Алиса Дорн | Гетценбург

Автор: turnezolle / Добавлено: 11.11.18, 20:04:46

Алиса Дорн уже кому-то из вас знакома как автор “Института моих кошмаров” - немного нетипичной для ромфанта академки с гендерными исследованиями, оккультизмом и ректором-ктулху. ИМК мне понравился уже тем, что это была книга про учебу, а не про отношения: герои общались, делали домашку, не спали, пили кофе литрами и немного спасали мир. Правда, я ужасный читатель и уже почти год прокрастинирую чтение второй и третьей части, но зато успела за это время познакомиться со второй работой автора.

“Сыщик и канарейка” - название сборника детективных историй, действие которых происходит в выдуманном городе Гетценбурге в неком фентезийном мире, конечно же, похожим на наш. Мир стилизован под двадцатые: уже есть телефоны и автомобили, женщины все еще зависимы от мужчин, аристократия развлекается, а обычные люди работают - в том числе ради этих развлечений. В Гетценбурге судьба сводит вместе трех главных героев: сыщика Виктора Эйзенхарта, таинственного врача Роберта Альтмана, который вернулся к мирной жизни после некого произошедшего с ним несчастья, и леди Эвелин Гринберг, которая ну очень нетипичная леди. Каждая из историй каким-то образом затрагивает всех троих героев и двигает их куда-то вперед.

Куда - пока не ясно, но видно, что все не просто так.

RHXPMwSn6k8.jpg

В первую очередь истории о Гетценбурге - это детектив. То есть, сюжет каждой из них вертится вокруг расследования некого происшествия - убийства, конечно, убийства. Именно убийствами занимается Виктор - тот самый Сыщик из заглавия. Виктор Эйзенхарт персона неоднозначная и со своей тайной (эта тайна связана с местной системой религии и очень мешает ему жить), а еще он, будем честны, тот еще манипулятор, который даже близких к себе людей использует ради достижения собственных целей.

AWmr6nPDRl0.jpg

Доктор Роберт Альтман нужен ему в первую очередь как врач и консультант, и из этого вырастает классический тандем: они в первую очередь - коллеги, но их отношения куда глубже простого сотрудничества. Это почти тот же тип заботы, что был у Шерлока и Ватсона, правда, типажи совсем другие - и тайны тоже. Как и Виктор, Роберт носит свои шрамы, и они тоже отчасти связаны с местной религией (о ней сейчас будет отдельно), а отчасти - с семьей Роберта, его почти проклятьем.

OtO5RPGoYHI.jpg

И, наконец, третий элемент - леди Эвелин, Канарейка. Почти красавица, харизматичная и свободолюбивая аристократка, которая не боится показывать свой ум и вообще входит в текст так, что ты сразу понимаешь - сейчас начнется самое интересное. Леди Эвелин свою тайну хранит глубоко, куда глубже, чем герои-мужчины, и в первый момент может показаться, что она - просто женщина, вынужденная искать свое место и прятать себя в мире, принадлежащим богатым мужчинам. Пожалуй, про “прятать себя” тут верно, но прячет леди Эвелин нечто куда большее, чем интеллект, инакомыслие и, кажется, свою ориентацию. Это персонаж-загадка, шкатулка с секретами, личность многогранная и знающая себе цену. Читатель ее почти не узнает (точнее, не узнает и половину того, что в ней есть), но понимает и сочувствует. В отличие от Виктора или Роберта, Эвелин почти и не говорит с читателем, она - персонаж, на которого смотрят чужими глазами, персонаж, который проходит мимо и иногда берет за руку - если ей того хочется, но который объединяет вокруг себя других и, кажется, притягивает неприятности.

v7ytBr_oPlM.jpg

Канарейка в отношении Эвелин - это не прозвище. Это знак. В мире Гетценбурга своя собственная система религии и магии, специфического типа тотемизм. Духи-покровители, каждый из которых воплощает некое животное, выбирают себе людей, и люди получают защиту и некоторые особенности внешности и поведения. Это называется инклинацией. От инклинации зависит многое, в том числе - место человека в обществе и его специфические таланты. Роберт, к примеру, змей, а змеи - равно талантливые врачи и убийцы. Леди Эвелин, как, наверное, полагается леди, Канарейка, певчая птичка, душа теплых компаний, правда, по словам других героев, канарейка она нетипичная. Здесь нет магии, меняющей мир по щелчку пальца, здесь есть свои законы, очень четкие и очень ограниченные, есть наука, а еще есть легенды - автор их знает и иногда рассказывает, из-за чего мир становится понятнее, а герои - ближе. Несмотря на победивший научно-технический прогресс, присутствие духов и их влияние на мир людей очевидно и осязаемо, а сама эта продуманная тема с инклинациями и их проявлением, используется и как дополнительный инструмент создания атмосферы, и как способ объяснить мир вообще. Эта система определяет быт героев, привычки, детали архитектуры, менталитет, ритм жизни, систему взглядов - в общем, все. Она не номинальна, как бывает у авторов фэнтези, вводящих красивые системы с красивыми словами как антураж. Она работает, и мир - живет.

Мир живет еще и потому, что кроме людей в нем есть еще один герой - Гетценбург. Город присутствует в каждой истории и не только как названия улиц, кварталов, рек и мостов. Гетценбург - это атмосфера, опять же - ритм, система взглядов, детали архитектуры, история в камне, привычки жителей, разделение по районам. Он объединяет людей, которые живут в нем, он определяет их и тех, кто приходит извне. Он знаком героям, и герои говорят о нем и о том, что в нем любят. Это примерно то же, что случилось у Фрая с Ехо, а у Мьевиля - с Нью-Кробюзоном. Гетценбург определяет и время, и место событий, замыкает истории в себе и ограничивает себя от остального мира, позволяя, тем не менее, этому миру проникать извне - через слухи, мировые новости, гостей издалека. Здесь чувствуется некая любовь автора к городам вообще и опыт рефлексии, связанной с этой любовью. Как и система магии/религии, город не становится еще одним звуком, просто локацией без особого содержания. Он включен в историю и оживает.

О том, что город продолжает жить своей жизнью даже когда герои спят, говорит еле заметное движение времени. Три истории в “Сыщике и Канарейке” - это лишь три истории, которые произошли с героями, да еще и не одна за другой. Существует пространство между ними, недели и месяцы, за которые город успевает меняться: мода, цветы у ресторанов, погода и сезон. Существует пространство и внутри историй, которое не связано с событиями в них: иная жизнь героев, их печали и радости, их любимые и нелюбимые, новые автомобили, новые знакомства, шрамы и стычки с кем-то, кто даже не упоминается, и прочие детали бытия. Здесь есть социальные проблемы, поднятые словно бы случайно, вскользь, как вывод из ситуации, здесь есть моральные дилеммы, сложный выбор, политические конфликты, немного феминизма, вопросы толерантности и выживания, алчности и добродетели. Это делает мир Гетценбурга огромным и не пустым, возбуждает интерес, потому что автор, конечно, не будет рассказывать все. Автору интересно именно то, что происходит, когда по воле рока, вполне себе вписанного в мировоззрение жителей того, гетценбургского мира, три главных героя снова оказываются не в то время и не в том месте - а значит, что-то будет.

___

На ЛитНете: https://litnet.com/book/syshchik-i-kanareika-b42159

Использованы иллюстрации Полины Дорошиной: https://vk.com/kazubyka_art

____

А я напоминаю, что у меня есть сборник для рецензий (не только на сетературу)

В блог я стараюсь тащить то, что нравится, туда же попадает и то, что не нравится (или совсем не нравится).

Комментарии:

Всего веток: 0

Books language: