Вкусные Отрывки Из Романа Искушение

Автор: Инна Комарова / Добавлено: 29.05.19, 16:00:50

Роман «Искушение» – два отрывка для ознакомления

*Отрывок №1

Ярмарка

Ранним воскресным утром после службы в храме приехал Прохор Петрович. Я ещё толком не отошла от сильных впечатлений, полученных на концерте, а тут…

– Дорогие дамы, собирайтесь, сегодня вас ожидает чудо чудное, диво дивное, – заявил он с порога.

– Прохор Петрович, друг мой, что вы ещё придумали? – неохотно ответила тётушка. Она плохо спала ночью, не отдохнула, и поэтому её настроение нельзя было назвать боевым.

– Я же говорю, мы едем на ярмарку. Карета подана.

– И чего я там не видела? Тысячу раз с мужем ездили. Нет, я останусь дома. А ты поезжай, душа моя, – обратилась ко мне Софья Гавриловна. – Получишь представление о петербургских ярмарках. – Не обижайтесь, любезный Прохор Петрович. Как-нибудь в другой раз, – извинялась она перед Федотовым.

– Не печальтесь, ма шер, ваше желание для меня свято. – Федотов подошёл и поцеловал княгине руку.

Я посмотрела на вялую тётушку, затем на Прохора Петровича. Его взгляд застыл в ожидании. После концерта прониклась к нему доверием и благодарными чувствами. Мы дышали в унисон, очень удивилась этому факту, но промолчала.

– Хорошо, поеду с вами, – согласилась я, глядя на него. Федотов обнадёженно заулыбался. Мне показалось, что большому выигрышу на скачках наш опекун не обрадовался бы так, как моему согласию. Его мгновенная реакция о многом говорила. – Несколько минут, и буду готова.

– Не торопитесь, время есть.

 

Раздолье душе русской

Разудалая, разноликая, разноголосая, шумная, говорливая ярмарка поглотила меня и закрутила в своём водовороте. Народное гуляние шло своим чередом, мы застали его в самом разгаре. Казалось, бесконечные ряды с обилием вкуснейших сладостей и угощением на любой вкус тянулись от начала площади и по всему периметру ярмарки, возбуждая у посетителей неистребимое желание непременно отведать вкусности у каждой лавки.

Фургончики с клоунами, иллюзионистами, цирковыми артистами пользовались неизменным успехом у зевак. Странствующие комедианты-скоморохи вносили в атмосферу ярмарки оживление, весёлость, ликование, развлечение, утеху и отраду. Удовольствие получали все от мала до велика. Какое раздолье для души! Чего здесь только не было! Глаза разбегались.

Бабушка рассказывала, что в период масленичной недели на ярмарку прибывали балаганчики, в которых шли представления, развлекая скучающих и зазевавшихся ярморочных посетителей. На подмостках можно было услышать не только шутки-прибаутки, народные песни, но и увидеть театральные постановки. Кочующие артисты на ярмарках выступали на временных подмостках. У балаганчиков имелись владельцы. По оформлению и убранству каждого из них посетитель судил о скупости либо щедрости его хозяина.

Но и это не всё. Для маленьких посетителей шли представления вертепа. Все истории вызывали интерес, улыбку, их простота и мораль были доходчивыми и развлекали детвору. Многие полюбили весёлого Петрушку. Нередко цирковые артисты привозили забавных медвежат. Они танцевали под музыку гармошки, крутились вокруг своей оси и при этом громко ревели. Порой выступления медведей заметно отличались, в них можно было уловить пародии на людей – миниатюрные сценки из жизни, от которых народ обхохатывался, держась за животы.

Я отвлеклась, рассматривая акварельные картины, которые демонстрировали приехавшие на ярмарку молодые художники.

– Нина Андреевна, взгляните, – позвал меня Прохор Петрович. Обернулась и увидела, как в центре площади по столбу карабкался молодой крепкий крестьянин.

– А что он там делает? – спросила у Прохора Петровича.

– Это старинная деревенская традиция, позволяющая парням привлечь внимание девиц-красавиц. Видите, на самом верху подвешены новые сапоги – награда смельчакам. Соревнующийся юноша двух зайцев убивает одновременно.

– И что, девицы-красавицы на это обращают внимание? – заинтересовано спросила у Федотова.

– Представьте, обращают. Юноша демонстрирует свою силу, волю, смелость, смекалку, сноровку. С таким можно хоть на край света, не подведёт.

– Какой своеобразный метод ухаживания.

– У деревенских отношения складываются, следуя народным традициям и воспитанию.

– Мы далеки от них, их жизнь полнокровнее и веселее, – подметила я и загрустила.

– Вы правы.

 

Шумная ярмарка – совершенно изолированный островок всеобщей радости, оторванный от той жизни Петербурга, которая напоминала кипящий котёл. Здесь и намёка не было на политические баталии, распри, ссоры, сплетни, недомолвки, закулисные игры. В суете и праздничности ярмарки забывалось о несчастных, больных, страждущих, которым так недоставало тепла, внимания и реальной помощи.

Мы оставляли за собой одни ряды за другими, останавливались у лавок, я примеряла роскошные расписные платки с бахромой. Любовалась красочными подносами и глиняной посудой, искусно расписанной народными умельцами. Любо-дорого держать в руках изящный пузатенький горшочек для запекания мяса или картофеля в печи, не выдержала и купила на память. Прохор Петрович был в ударе. Он себя почувствовал молодым, счастливым лишь оттого, что я поехала с ним, видел, как на глазах оживаю, как улучшается моё настроение, и это обстоятельство вдохновляло его.

Атмосфера ярмарки кого угодно могла зажечь, увлечь и увести за собой. Мастеровые приехали со всех концов губернии показать, на что способны золотые руки трудолюбивого человека. В одной лавке умелец подарил мне шкатулочку с удивительной инкрустацией и надписью: «Для тех, кто ещё не любил, но в ком живёт мечта».

– Барышня, это вам на память.

Я открыла свой ридикюль, украшенный красивой вышивкой, и поспешно достала деньги. Когда-то этот атрибут женского туалета мне подарила матушка, и я с ним никогда не расставалась.

– Что вы, я куплю. Вот, возьмите, пожалуйста.

Он жестом показал мне, что деньги не возьмёт.

– Поверьте, я не стану богаче от одной проданной шкатулки, а приятное вам сделаю. Вот увидите, она принесёт вам счастье.

– Благодарю вас. – Я смотрела в глаза чужому человеку, и вдруг нагрянули детские вспоминания, во мне проснулась прежняя Нина Ларская. – Не сердитесь, я тоже хочу подарить вам кое-что на память, – сняла с груди цепочку, на которой висел очаровательный ключик. Естественно, предметы были выполнены из золота высшей пробы. Других украшений я не носила.

– Что вы, барышня, – отмахнулся мастер, – я не могу принять такой дорогой подарок.

– Берите, вам говорю. Когда я была маленькой, мне бабушка надела и наказала: «Девочка моя, когда на твоём пути встретится человек с чистым сердцем и щедрою душой, подари ему на удачу этот ключик». Вы тот человек, о котором говорила бабушка. С этого дня ключик будет открывать все двери в вашей жизни, денежки сами постучатся к вам и благословение Господне спустится с небес. Берите, носите и не снимайте. Отныне это ваш оберег. Никогда хворать не будете.

Умелец склонил голову передо мной, положив открытую ладонь на грудь.

– Дозвольте поцеловать вам руку, сударыня, вы тронули моё сердце, – попросил он. Слёзы застыли в глазах – так он расчувствовался. Я приблизилась к умельцу и обняла. Мы стояли вот так, обнявшись, два совершенно чужих человека. А внутренний голос мне подсказывал, что нет, он по духу мне ближе, чем некоторые представители знати. И неудивительно. В нашей семье не делали разницы между дворянами и крестьянами. Я играла и дружила с детьми наших работников как с равными.

– Сударыня, могу ли я узнать ваше имя? – спросил меня Иван.

– Княжна Нина Андреевна Ларская, будем знакомы.

– Мне очень приятно, поверьте. С этого дня буду молиться и благодарить Бога, что ниспослал вас во спасение души.

– Благодарю. Как звать вас, друг мой?

– Иван Доронин.

– Ваня, вот мы и познакомились. Скажите, вы грамоте обучены?

– Как же. Обучены мы.

– Вот вам бумага и карандаш, пишите, где живёте. Выпадет оказия – навещу вас. – Я вырвала из блокнота лист и протянула Ивану.

– Милости просим. – Умелец записал адрес. – Деревня наша недалеко от города. Из Петербурга доедете по железной дороге, а от станции городской к нам можно и на телеге добраться, – растолковывал мне мастер.

– Не заботьтесь об этом, разберёмся на месте.

– А это от меня детям на конфеты. – Прохор Петрович вложил в руку мастера купюру.

– Что вы, барин, не надо.

– Берите и считайте, что Бог послал. Сегодня – день чудес.

Иван отбил челом до земли.

– Век помнить буду доброту вашу. Благодарствуйте, барин.

– Мы ещё встретимся, Ванюша, – сказала я так, словно в полной уверенности и убеждённости пребывала, что мы действительно увидимся. Почему? Не знаю. Что-то знаковое зазвучало и забило в колокола, тогда я не представляла, каков результат будет от этой встречи. Да и день выдался особенный. И только спустя время, оказавшись в той деревне, никак не смогла ответить себе на вопрос: «Откуда тогда на ярмарке могла знать, что наша встреча с Иваном состоится?»

Много мистического и непонятного произойдёт в моей жизни, но этот случай врежется в память навсегда.

 

Мы с Прохором Петровичем перешли на другую сторону ярмарки. А там дурманящие ароматы защекотали в носу. Меня поминутно очаровывали и соблазняли пышные, воздушные, мягкие, румяные расстегаи с овощами, поджаристые пончики в сахарной пудре, пирожки с мясом и жареным лучком, аппетитные рулеты с печенью и морковью, медовые пряники, булочки с вишней, глазированные лимонной помадкой. Ах, как всё это манило! У меня заурчало в животе. Хозяюшка надломила кусочек пирожка, а оттуда выглянуло смачное мяско с сальцем в луковом соке, который соблазнительно, тоненькой струйкой стекал из начинки на пышное тесто. Я не удержалась и угостилась.

– Необыкновенно вкусно! Давно не ела с таким аппетитом. Спасибо, – протянула я денежку хозяюшке.

– На здоровье, милая. Возьмите и от меня. – Она завернула нам угощение с собой на посошок. – А что же вы скромничаете, барин? – улыбнулась хозяюшка Прохору Петровичу. – Угощайтесь, грех не попробовать.

– Благодарю вас, беру. Вы правы, грех не попробовать. От вашего изобилия и разнообразия глаза разбегаются. Ох, как вкусно, – надкусил он пирожок и с аппетитом съел до последней крошки. – Вы знатная мастерица!

Довольная хозяюшка провожала нас добрым взглядом.

 

– Пошли дальше. Теперь не мешало бы чайку испить. – Прохор Петрович указал мне направление, а там разрумяненная красавица с тугой длинной косой, переплетенной атласной лентой, хлопотала у самовара, гостей встречала и потчевала.

– Добро пожаловать к нам. Чаёк поспел. Выбирайте, какой именно пожелаете: с травами или же с ягодами? С медком, а может, с вареньицем?

– Мне, пожалуйста, с травами и с вареньем из черноплодной рябины, – попросила я и положила деньги рядом с самоваром.

– А мне со зверобоем и медком, будьте добры, – попросил Прохор Петрович.

– С большим удовольствием обслужу вас, барин. Какая у вас красавица жена.

– Благодарю, – ответил Федотов, принимая чай.

– Горячий и пахнет чудесно, спасибо. – Прохор Петрович раскраснелся от слов хозяюшки. Он не знал, как реагировать.

Я сделала вид, что не слышала, как она меня назвала.

– Барышня, берите баранки в придачу. Мой вам подарочек.

– Спасибо вам за угощение.

 

Мы испили ароматный чай и продолжили экскурсию по ярмарке. Не заметили, как вечер спустился на землю. Стало прохладно, но народ и не думал расходиться.

– Софья Гавриловна беспокоиться будет. Мы пропустили обеденную трапезу, и не уверена, что к ужину поспеем.

– Нина Андреевна, вы голодны?

– Ничуточки. Спасибо. Мы славно перекусили.

– Зачем же волноваться? Ваша тётушка осведомлена, куда мы уехали. Она знает, с кем вы. На мой взгляд, для волнений нет причин.

– Наверное, вы правы, но как-то непривычно. Вы знаете, я бы хотела покататься на карусели, как в детстве. Это возможно?

– Для вас всё возможно. Пойдёмте. На ярмарке можно найти абсолютно всё, что душа велит.

– Замечательно.

Наше путешествие продолжалось. Прошли между рядами, вышли к домику, который в народе назывался «Раёк», и в глубине площади я приметила карусели.

– Да вот же они, видите? – спросил Прохор Петрович.

– Вижу-вижу. – Я смотрела и не верила, что вновь оказалась в детстве. На круглой вращающейся платформе надежно прикреплённые сидения напоминали кресла-качалки. Восковые величественные лошадки, гордые лебеди, симпатяги уточки бегали по кругу и веселили народ. У всех животных на шее были повязаны красные банты. Лошади выглядели особенно нарядно, их фигуры взвивались вверх, застывая с поднятыми передними копытами, символизируя быструю езду. Животные мило улыбались посетителям. Навес над каруселью, расписанный цветочным орнаментом, был красиво увенчан бахромой. В центре купола возвышался и задорно кукарекал петух в ярком цветном наряде. Это зрелище являлось последним штрихом в карусельном ансамбле, поэтому так притягивало взгляды посетителей ярмарки. Я не выдержала, ринулась к карусели, вложила в руку владельца деньги, пробежалась по ступенькам и вскочила на платформу.

– Погодите, погодите, не крутите, дайте добежать, – попросила я и мигом подлетела к первому же сидению. Уселась на лошадку, и мы поехали. Прохор Петрович помахал мне рукой. Сторонние наблюдатели рассмеялись нам вдогонку, а я подумала:

«Какое счастье! – Сердце возрадовалось. – Я снова оказалась в детстве».

После этих эмоций чувствовала себя чудесно. Моё настроение взлетело до небес, наслаждалась, крепенько удерживая в руках счастливые мгновения.

 

– Идём дальше? Не устали? – спросил заботливый Прохор Петрович.

– Нет, что вы, разве здесь можно устать? Конечно, идём дальше. А ведь это благодаря вам я окунулась в праздник и великолепие ярмарки. Всей душой вам признательна.

– Нина Андреевна, дорогая, я всегда рад служить вам.

– Спасибо.

 

Мой взгляд притянул маленький, сухонький и очень подвижный старичок со смеющимися глазами. Он сидел на детском низеньком табурете и перебирал в своих мешочках зёрна, сушёные травы и пряности. Много загадочного и незнакомого было припрятано в его мешочках. Интерес возрастал, хотелось познать тот мир, который таился в сундучке. В глазах дедушки запрыгали чёртики, когда он увидел меня. Старичок указательным пальцем подозвал к себе и, привораживая, сказал:

– У меня для вас есть кое-что подходящее, – достал из своего сундучка маленький полотняный мешочек и протянул мне. – Вот в эту шкатулку, что держите в руках, положите мой подарочек, закройте крышкой и забудьте. Всему своё время.

– Дедушка, вы говорите загадками. Хоть намекните, что там?

Старичок призадумался и, махнув рукой, приоткрыл тайну:

– Узнаете в день вашей свадьбы, не раньше. Одно предостережение – держите при себе, чтобы постороннему случайному человеку не пришло в голову заглянуть в мешочек раньше вас.

– Спасибо, дедушка, я выполню.

– Ступайте с богом.

 

Меня отвлекли громкие звуки гармони. Меха раздвинулись, и задорная плясовая музыка ворвалась в гомон ярмарочной толпы. Я повернулась: в центре площади лихо выплясывал мужичок. Он так резво выбрасывал вперёд ноги, приседая, что казалось, они у него на пружинках. Народ веселился от души, забавляя посетителей.

 

Мне всё здесь нравилось и радовало безмерно. Ярмарка успокоила, внесла в мою душу равновесие и уверенность в том, что всё плохое осталось позади, и то, что суждено мне пройти, преодолею. А главное, она подарила надежду, что жизнь продолжается. Сомнения, изводившие меня так долго, исчезли. Я не задумывалась о причине таких перемен, но мой жизненный тонус стремительно вознёсся вверх, в душе разлилась нега и зазвучали чарующие звуки дивной музыки. Моя душа запела. «Вот так зарождается счастье», – промелькнула мысль в голове и спряталась, чтобы я не прогнала её.

Вывод сам собой напросился, когда спустя годы вспоминала эти дни. Ответ упал в мои руки, и я прозрела: любящий человек тихо, незаметно, не выпячивая своих чувств, дарил мне необыкновенные, незабываемые мгновения, шаг за шагом украшая мою жизнь. Тогда, в свои шестнадцать лет, этого не осознавала.

***

Отрывок №2

 

Я возвращалась домой, на сердце увесистым грузом лежал камень, он давил и жёг сознание, напоминая: «Дело сделано, и назад дороги нет».

Ни на что не было желания, настроение померкло. И как глоток воздуха:

– Не поеду к тётушке, начнутся расспросы, не сейчас. Нужна передышка. Решено: еду в Павловск – спасение моё.

 

Встреча с Павловском

Павловский парк встретил меня осенней порой как желанную гостью. Воздух щедро напоил бодрящей свежестью. Мне посчастливилось бывать в любимом месте в разные времена года. Помнится, с детства меня привозили сюда. Неподалёку жила маменькина подруга, мы время от времени навещали её. Подружки, наговорившись после обеденной трапезы, часто гуляли в парке, и я вместе с ними.

На сей раз осенний Павловск цепко захватил меня в свои объятия, как влюблённый мужчина, и крепко держал, чтобы я не сбежала. Непередаваемое, немыслимое очарование природы уголка счастья на земле – так я называла Павловск – внесло в моё состояние восторг, очищение и покой. Гордая стать и смирение валежника, невидимая обычным глазом жизнь роняющих цвет листьев – упоение душе. Строгий и величественный вид зданий заставил моё сердце затрепетать, а отражение в воде крон старинных деревьев, симпатяги льва, мило и ласково поглядывающего в мою сторону, тронуло до глубины души. Скромный застенчивый пруд, змейкой скользящий под изящным мостом через весь парк, вносил в моё состояние умиротворение и отраду. В одно и то же время золото, зелень и обнажённость природы на фоне лазурных небес приковывали внимание. Я упивалась и наслаждалась. А вот и старый грот.

– Ну здравствуй, старина. – Здесь я любила играть, когда была маленькой. Не могу объяснить, как мы поладили с ним, но подолгу задушевно делились новостями и строили планы, в то время как маменька с подругой вели неспешные беседы. А ивы-кокетки, склонившиеся над водой, словно стремились увидеть своё отражение и воскликнуть: «Батюшки, до чего же мы хороши!» Они открывали мне свои секреты, я слушала их, и моё сердце отвечало.

Нетронутая дивная красота Павловского парка в очередной раз покорила моё воображение и пленила, окутывая таинственной шалью, не желая отпускать. Я не сопротивлялась, мне так хорошо было здесь.

– Ха-ха, умора, какой-то шутник надел на голову статуи объёмный венок из увядающих жёлтых листьев. – Я улыбнулась ему вдогонку. Самое большое удивление – под статуей примостилась красивая рыжая кошечка и усердно, не отвлекаясь на посторонние взгляды, наводила чистоту и порядок, вылизывая своё тельце. До чего прекрасно и мирно в этом чудесном уголке! Нет сумрачности, нет суеты, беспокойства и ни в чём нет хмурых красок. Всё радовало глаз. Мгновения летели, бежали, спешили – встреча с Павловским парком подарила забытую детскую радость. Я была счастлива, что вновь оказалась в его объятиях.

– Люблю тебя! Жди меня, не теряй надежду. Я приду к тебе на свидание, что бы ни случилось. – Подул ветерок, и кроны деревьев мне в ответ закивали. – Вы – самое дорогое, что осталось из той жизни, в которой меня любили, и я была так счастлива.

Благодарю вас за преданность.

***

 

 

Комментарии:

Всего веток: 2

София Мирба 29.05.2019, 16:25:25

Прекрасно написано! Спасибо!)))

Последний комментарий в ветке:

Инна Комарова 29.05.2019, 17:26:31

София Мирба, Тебе, Софочка, огромное спасибо, что прочитала:)

igra-20 29.05.2019, 16:01:47

Чудесные отрывки.

Последний комментарий в ветке:

Инна Комарова 29.05.2019, 16:05:47

igra-20, СПАСИБО БОЛЬШОЕ, ДОРОГАЯ:)
Ваше мнение особенно важно для меня:)

С обложкой никак не разберусь. Не нашла, где нажать, чтобы установить её:((((((((

Books language: