13

Размер шрифта: - +

Глава пятая. Нас тринадцать. Часть первая

Той ночью дежурил я.

 

Я сел, приготовился к томительному ожиданию, как вдруг через щель между досками просочился свет – в учительскую кто-то зашёл. Я расплостался по полу и стал тише тихого.

Там внизу директор интерната какому-то дядьке в круглой шляпе и плаще рассказывал про дерево. Подробно так рассказывал. Как я понял, он успел даже взять несколько листьев для анализов и сделал несколько снимков. А когда сказал, что у нас всех носом пошла кровь, гость заметно оживился.

- Значит, дерево напало на детей? Очень хорошо!

Интересно!

Лично я ничего хорошего в этом не видел.

- И эффект продержался всего несколько часов? – спросил дядька в шляпе.

Директор согласно кивнул.

- Какие есть предположения? – снова спросил дядька в шляпе.

И тогда директор открыл шкаф с личными делами – я замер! Вот честно, даже сердце биться перестало! Он открыл тайник, переложил папки с нашими настоящими делами и достал досточку. Что-то сделал с ней, и на досточке зажегся прямоугольник. Он заводил пальцами по прямоугольнику – по нему замелькали картинки.

- Смею предположить, что это либо Грег, либо Хелависа, - сказал директор. – Отец Грега – эльф. Причем из древа лесных эльфов. Их специализация – лечение деревьев. А мать Хелли – дриада. Правда, их специализация – цветы, но дерево цвело.

Дядька в шляпе ответил:

-У нас нет данных, что они могут использовать деревья или цветы в качестве оружия. – Или способа отравления. Но это не означает, что они не могут применять свою магию против врага. Так всё-таки Грег или Хелависа?

Чего? Что за чушь он несёт? Или это не чушь? Неужели, правда, дерево напало на нас? Но зачем?

Я аж вспотел!

- Скорее Грег, - ответил директор. – Он достигает нужного возраста. Мы сделали несколько дополнительные тестов, результаты будут завтра. А ещё мы усилили наблюдение за ним. И за Хелависой. На всякий случай.

Ого! Значит, теперь Грегу нельзя подниматься на чердак. Вот чёрт! Буду дежурить с этим очкастым чудиком.

От перспективы сдохнуть от недосыпания засосало под ложечкой.

А дядька в шляпе сказал:

- Будет лучше, если вы дополнительно протестируете всех подопечных. Особенно обратите внимание на Реджинальда.

Тут я не просто вспотел, а прямо-таки взмок ручьями.

- Смею заметить, что он – весьма посредственный ребенок, - сказал директор. – Его средний балл 3,5, особых нарушений дисциплины нет. Он ни в чём не привлекает внимания.

- Его родители до определенного возраста тоже особо не привлекали внимания, - резко ответил дядька в шляпе. – Именно поэтому мы не смогли их найти.

Я судорожно сглотнул.

- Хорошо, - согласился директор, - мы проведем дополнительные тесты.

 

* * *

 

Я кинулся в спальню, чтобы разбудить Грега и лупоглазого. А там – вот жесть! – все на вытяжку стояли у кроватей, а фигура воспитателя переливалась с ноги на ногу посередине, монотонно бубня кодекс поведения.

Ночью нам запрещалось покидать спальню, но раньше никогда не проверяли: все ли мы на местах? Куда нам деваться-то, собственно говоря? Кому мы нужны?.. Ой. Нужны. Папам. Мамам. Только они не знают, что мы тут.

В общем, приплыли.

И что делать?

Я робко заглянул в спальню, судорожно пытаясь придумать более или менее сносную причину отсутствия. Вот про что наплести? Заболела голова, пошел подышать свежим воздухом? Ога, за это ещё больше накажут. Забыл занести книгу в библиотеку? Какая библиотека ночью, ты о чём? А! заболел живот и…

В этот самый момент меня увидел толстяк Пуся. Подмигнул. И – клянусь так и было! – быстро сунул в рот хвост…

Ну и знатно же он блеванул!

 

Воспитатель подскочил, затряс подбородком. Я кинулся в кладовку при спальне, схватил тряпку, ведро. Бросился в спальню.

Пуся схватил ведро, скорчил жалобную рожу, и его снова вырвало.

Воспитатель так скривился, что даже забыл добавить строгость в голос:

- Где вы были, воспитанник?

Я, как и полагалось, вытянулся, отрапортовал:

- Пусю… Эээ… Питера вырвало, господин воспитатель. Я пошёл за тряпкой и ведром.

- Разве вы сегодня дежурный?

Вообще-то нет, тупицаГум. Сейчас воспитатель посмотрит на график – и мне хана!

И тут Гум перекосился лицом, схватился за живот и застонал:

- Пуусяаа!

Отобрал ведро, сунул туда голову и весьма правдоподобно зарыгал.



Мариэтта Роз

Отредактировано: 17.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: