20 лет и 2 недели

Font size: - +

Глава 7

Следующим утром в головном офисе холдинга Радика встретила женщина лет тридцати пяти, выдала ему пакет документов для заполнения, потом познакомила с начальником IT-отдела – невысоким плотным мужчиной в очках (Радик, поздоровавшись за руку, инстинктивно поправил свои очки), и провела на его новое рабочее место – небольшой закуток в большом зале, огражденный пластиковыми перегородками.

Радик надеялся увидеться с Сергеем, но быстро понял, что это нереально. Заполнив документы – договор, анкету, инструкции, соглашение о конфиденциальности, он решил подойти к начальнику, чтобы ему дали какое-нибудь задание, и он приступил к работе.

Начальник посмотрел на него через стекла круглых очков с каким-то недоверием и неприязнью, потом сказал, чтобы сегодня Радий пока заполнял документы из отдела кадров, знакомился с инструкциями и процедурами, а также изучил систему хранения документов. Непосредственные задания ему дадут завтра. Радик, немного разочарованный, поблагодарил и вышел из кабинета. Вернулся в закуток и принялся за чтение инструкций и процедур.

После обеда, ближе к вечеру, зазвонил его рабочий телефон. Он поднял трубку и услышал голос Сергея:

- Привет. Ну что, с выходом на новую работу?

- Привет, Сереж. Да, спасибо.

- Что, зайдешь ко мне на пару минут? Я на четырнадцатом этаже, там секретарша встретит и проводит.

Радик вышел из закутка и направился к лифту. Он отвык от работы в офисах. Казалось, что в этом большом бизнес-центре слишком много движений и мельтешений. «Почему они не работают, а ходят по коридорам, ездят на лифте?» При этом Радик все время помнил о Воронине. Представлялось, как тот сидит где-то в центре этого здания, недвижимый и величественный, как изваяние, а вокруг него – словно неподвижного центра Вселенной – вся эта суета и движение. Воронин тихо шепчет: «Двигайся…», и вся масса частиц вокруг начинают двигаться, копошиться…

В большом лифте двое человек – Радик и молодая, недовольная чем-то девушка. Девушка выходит на двенадцатом этаже. Радик остается один, смотрит в зеркало.

На четырнадцатом этаже тише, чем на других. Радику кажется, что возникший несколько мгновений назад в его голове воображаемый образ сейчас материализуется. Где-то здесь в одном из кабинетов – Воронин, один, неподвижный, шепчущий.

Миловидная девушка за стойкой улыбнулась Радику, пригласила пройти за собой.

Несколько коридоров и несколько открывшихся-закрывшихся дверей – и Радик перед Ворониным, сидящим за большим Т-образным столом. Сергей поднялся ему навстречу, пожал руку и пригласил сесть за стол – напротив себя, в «подмышку» Т:

- Ну, как дела? Обустроился на рабочем месте?

- Да, в порядке. Работы, правда, пока никакой не дали, только тома инструкций вручили читать, - попытался пошутить Радик. – Как у тебя дела?

- Все хорошо, спасибо. График плотный, но мне не привыкать. Значит, тебя встретили, разместили, все в порядке? – Задумчиво повторил Воронин. - Может, у тебя какие-то еще пожелания, комментарии?

- Нет, спасибо, все отлично. И так очень тебе благодарен…

- Пустяки, - улыбнулся Воронин. – Столько лет… Столько самых лучших лет нашей жизни вместе провели, так неужели не помочь теперь друг другу… Хорошо, кстати, посидели в субботу.

- Да, очень хорошо, - подтвердил Радик.

- Некоторые так сильно изменились… Другие, наоборот, какими были, такими и остались.

- Да, по-разному люди меняются, - снова согласился Радик. – Ленка вон совсем почти не изменилась, даже удивительно. Я с ней еще встречался вчера, - он вдруг подумал, что сейчас хороший момент для налаживания более дружеских и, значит, более доверительных отношений с Сергеем, и решил своей откровенностью вызвать такое же откровенное и доверительное отношение со стороны Сергея.

Сергей бросил на Радика быстрый взгляд, но тот ничего не заметил.

- Такое впечатление, что она и внутренне мало изменилась, не повзрослела по-настоящему, - продолжал Радик.

Сергей хотел прервать бывшего одноклассника вопросом, но передумал, и вместо этого смотрел на него с полуулыбкой, в которой можно было прочесть то ли поощрение, то ли что-то еще… Радику вроде больше нечего было говорить, но повисшее в воздухе словно выжидающее молчание заставило его подыскивать слова, фразы:

- Может быть, это от того, что работает в школе, с молодыми… Другие наши гораздо сильнее изменились…

- В общем, влюбился и не признается… - Все с той же улыбкой наконец проговорил Сергей, не давая Радику уйти от темы.

Радик покраснел. Как школьник, о чьей первой любви вдруг все узнали. 

- Н-нет, не влюбился… Это другое… Я ее… наверное… со школы… – С трудом подбирая слова, мямлил Радик. Он не понимал, зачем это говорит, но что-то как будто распирало его изнутри, заставляло заполнять пустующее спертое молчание комнаты, выдавливало из него неуместные глупые слова. Хотелось как можно скорее закончить этот разговор («какого черта, с какой дури я его начал», - вертелось в голове), но это нечто внутри мешало, сковывало его, и только продолжало выдавливать слова:



Вера Терлецкая

Edited: 18.01.2019

Add to Library


Complain