2.Воин

Размер шрифта: - +

19 глава

Очнулся я от потока ледяной воды, обрушившейся на мою голову. В висках колотило, а в затылок будто загнали раскаленный лом и медленно его ворочали из стороны в сторону. Я открыл глаза и тут же закрыл их. В лицо бил ослепительный свет прожектора, он ослепил меня и добавил новую порцию боли. Сознание попыталось ускользнуть из ужасной реальности, но тут на меня обрушилась новая порция воды. К моему удивлению, ледяная вода остудила голову и боль, разламывающая ее изнутри – отступила. Теперь в нее начали приходить мысли, на первом плане пульсировали две: первая о том, что я опять, как дурак, полез в пекло, не продумав все до мелочей, понадеялся на везение, на свою мальчишескую самоуверенность. Почему я решил, что нас встретят с распростертыми объятиями? Кто сказал, что здесь нет жестоких и эгоистичных людей? Кто сказал, что они оторваны от большого метро? В очередной раз я получил по носу. Впредь, если выберусь, я поклялся себе, что ни шагу не сделаю, пока не обдумаю его до мелочей. Второй мыслью было беспокойство за друзей, что с ними? Живы ли?

Где-то на грани сознания болталась еще одна мысль, она заставляла отвлечься от самотерзания и заняться поиском выхода из сложившейся ситуации. Я ухватился за нее и стал вытягивать ее на передний план. Итак, генерал знает о большом метро и как-то связан с генсеком Красных, товарищем Москвиным. Нужно понять каким образом они связываются друг с другом, насколько хорошо генерал осведомлен о метро и главное, что он хочет с нами делать?

Еще один поток воды нарушил ход моих мыслей. Черт возьми, я понял, что совсем уже замерз, мышцы сводило судорогой, а зубы выбивали дробь. Я вновь открыл глаза и попробовал оглядеться, но малейший поворот головы заставил ее взорваться вспышкой боли. Я застонал.

- Ага, очнулся, наконец, – обрадовался кто-то по ту сторону боли. – Вот и хорошо.

Я опять открыл глаза, где-то в районе источника света маячил смутный силуэт.

- Ну что ж, давай продолжим наш разговор. Видит бог, я не хотел причинять тебе боль, но ты стал упрямиться, а я не люблю упрямцев. Если ты расскажешь мне все что знаешь и примешь присягу, то я разрешу тебе остаться в моем бункере. Возможно, вскоре ты будешь получать интересные задания, помимо чистки сортиров, ха-ха. Ну, а если нет, - тут тон говорившего резко сменился на жуткое рычание, - то у меня есть множество способов развязать язык. Но после того как я узнаю все что мне нужно, ты будешь годиться только в роли приманки на какого-нибудь не очень крупного мутанта.

- Пить, - просипел я.

Через пару очень долгих секунд, моих губ коснулось горлышко фляги и в горло потекла такая вкусная, такая сладкая, такая обалденно прохладная вода, что я взвыл от бессилия, когда у меня ее отобрали.

- Ну, полно-полно, будешь говорить?

- Почему ты схватил меня? – спросил я, пытаясь вытянуть руки из пут притянувших их к подлокотникам. – Ты понимаешь, что с тобой сделает Мельник, когда узнает, что ты со мной сделал?

- А ты нахал? – вдруг обрадовался генерал. - Торчит в путах, но хамит, тыкает, да еще и угрожает. Ничего мне ПОЛКОВНИК Мельников не сделает, он хоть, и начальник сталкеров Полиса, и пользуется уважением сталкеров других фракций, но он не сможет снарядить экспедицию сюда. Он даже до Университета еще не дошел. А вот ты дошел до моей базы и мне очень интересно как? Но главный вопрос сейчас звучит так - кто ты такой? Чтобы ты не юлил я, сразу обрежу все неверные ответы: ты не сталкер Мельника - он бы сам отправился сюда и не посылал бы мальчишку. Ты не разведчик каких-либо других фракций - как и Мельник, они не знают обо мне и так же не посылали бы мальчишку. Ты не являешься человеком Москвина, хоть он и пытается выйти на меня, но пока его бойцы не могут пробиться сквозь полчища мутантов обитающих в городе. К тому же во время недавнего разговора с ним я напрямую спросил о тебе, и он сказал, что не знает тебя. Зато он высказал очень интересную мысль. Он предположил, что ты боец загадочного Анклава, и я склоняюсь к тому, что он прав. Так вот, я повторюсь, кто ты такой?

Я был раздавлен, уничтожен, моя легенда рухнула как карточный домик. Мало того, противник практически точно знал кто я, так еще и самая главная наша тайна - тайна местонахождения нашего дома находилась лишь за тонкой дверью моей силы воли и стойкости моих друзей. Что ж, этого он не узнает ни от меня, ни от них, мне осталось лишь терпеть, и при возможности умереть, как можно быстрее.

- Будем играть в молчанку? – вкрадчиво спросил генерал. - Ну что ж, тогда приступим. Для начала возьмем вот это.

Он показал мне простую булавку. Я, не желая смотреть, отвернулся и зажмурился.

- Страшно? – усмехнулся генерал. - А сейчас будет больно.

В ту же секунду страшная боль пронзила левую руку. Лишь чуть позже я смог понять, что боль идет от мизинца, а точнее от ногтя. Эта сволочь вогнала мне булавку под ноготь. Я до хруста сжал зубы, чтобы не выдать свою боль. Но генерал знал, что делать. Он взялся за торчащий кончик и стал шевелить булавку из стороны в сторону. От адской боли я не выдержал и закричал. Против моей воли из глаз потекли слезы. Я зло мотнул головой.

- О, не надо стесняться слез, мой мальчик. Я, понимаешь ли, виртуоз этого дела. На моих занятиях ребята покрепче тебя не то что плакали, но и писались и даже какались. Ха-ха-ха.

- Сдохни, тварь.



Максим Касьянов

Отредактировано: 10.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться