31 взгляд

Говорит Инай

Там, откуда я пришел, всегда темно. (Достает из кармана коробок спичек, трясет им, так, что спички шуршат по стенкам. Достает одну. Она необыкновенно длинная, с широкой красной головкой. Поджигает. Спичка медленно прогорает. Мы молча наблюдаем за блеклым огоньком, вибрирующим на ее кончике.)

Я шел много дней в темноте. Длинные коридоры, земляные полы, намокшая плитка. Кругом пахло сыростью. Тихо. У меня с собой были только эти спички. Но их все меньше. (Он опять достает коробок, трясет им, открывает и показывает мне. Внутри три спички.) Поэтому я поджигал их все реже. 

Это особая тьма. Глаза к ней не привыкают. Сколько бы я ни шел, все равно впереди оставался непроглядный мрак. Коридоры оборачивались новыми молчащими поворотами. Тишина.

(Он опускает голову, локтями опирается на колени.)

Я шел долго. Время тянулось через мое сознание путанными нитями, я возвращался в прошлое и уходил из будущего. Я бродил до тех пор, пока не увидел свет.

(Достает спички из коробка, вертит их в руках, складывает их обратно.)

Ты, наверное, уже догадалась, что я пришел рассказать о Миле. 

Я убежден, что она была там не по своей воле. Она не была связана, но то, как она выглядела... Ее вид красноречивее любых слов. Вся в крови, в земле, в изорванной одежде, она брела по коридору навстречу мне. Плакала. Я в жизни не слышал ничего более горестного. Мне много чего встречалось в темноте. Но Мила перечеркнула всю мою жизнь. 

После того, как я нахожу кого-то в темноте, мы вместе ищем выход. Мила не хотела искать выход. Что-то загнало ее во тьму, что-то пугающее скрывал свет. Когда она начинала плакать особенно сильно я поджигал спичку, и мы смотрели на огонь. Живой огонь придает сил. Мы странствовали вместе долгие годы. Кровь на ней обсохла и впиталась в кожу. Ноги изранились об острые камни и осколки плитки. Порой я нес ее на руках. Мы почти не спали из-за ее ночных кошмаров. 

Прошли века прежде чем мы вышли на поверхность. Мила уже не кричала и не пыталась вырваться. Она обессилела. На поверхности я передал ее Кристену. Это он разговаривал с ней. Смог узнать ее имя. Рядом с ним она иногда засыпает.

Несколько дней я лечил царапины, оставленные Милой на моих руках. Они все кровоточили, не хотели закрываться. (Он показывает мне руки. Ладони и предплечья в тонких шрамах). Это не только от нее. Многие оттуда, из тьмы, не хотят идти на поверхность.

(Он собирается еще что-то сказать, но только вздыхает. Мы остаемся сидеть в тишине).



Таня Шер

Отредактировано: 09.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться