365

Размер шрифта: - +

347

21 мая 2017 года

Воскресенье

Марина написала ему вчера поздно вечером, и на почту, а не через социальные сети: знала, что Игорь никогда их не открывает. Она не спрашивала адрес, не уговаривала его помириться с Верой, в отличие от матери, не кричала, хотя, вряд ли возможно кричать в деловом письме, пролетевшим мимо корзины спама каким-то чудом. Игорь навесил на свой почтовый ящик такое количество встроенных скриптов, что практически всё ненужное к нему не приходило; на то, в крайнем случае, были мессенджеры, пусть пишут там. Но вот что удивительно: задавшаяся целью Верина подруга умудрилась с содержанием своего письма вывернуть всё так, что все алгоритмы защиты его проигнорировали.

Игорь не относился к людям, склонным перечитывать послания, особенно от посторонних женщин, по десять раз подряд, но это перечитал аж дважды – само собой рекорд, что касалось личной переписки. Марина, лингвист вроде бы по профессии, хотя он не был в том уверен, умудрилась обставить просьбу поговорить с нею как деловое приглашение на ужин; Игорь успел ответить согласием прежде, чем рассмотрел среди перечисленных регалий приглашавшего знакомое имя.

Место она выбрала недорогое, что само по себе уже ставило разграничитель между Верой и её подругой. Первая с удовольствием за его счёт посетила бы самое фешенебельное заведение города, вторая, вероятно, предпочла не мелочиться. И не опаздывать, впрочем, тоже; когда Игорь пришёл – за пять минут до указанного времени, - она уже сидела на месте и перебирала навешенные на нитку браслета камушки с каким-то странным ностальгическим видом.

Веры, благо, не было. Игорь не сомневался в том, что, завидев её среди посетителей, просто развернулся бы и ушёл. Да, это трусость – или минимизация полученного морального и физического ущерба, впрочем, - но один разговор с бывшей мог стоить дороже, чем он был готов себе позволить.

- Здравствуй, - максимумом теплоты их приветствия были взаимные кивки, и Игорь занял место напротив. – Что было причиной для встречи?

Тёплое майское утро радовало погодой. Солнце, прорывавшееся сквозь большие окна кафе, отражалось от поверхностей столов и слепило глаза, но это, впрочем, не мешало Марине выглядеть не по месту мрачной и серьёзной. Она тряхнула головой, перебросила длинные русые волосы через плечо – надо же, а обычно заплетала косу, - и посмотрела на него почти с удивлением.

- Я была уверена, что ты не ответишь на то письмо, - наконец-то вздохнула она. – Но мне не хотелось звонить.

- Это было бы легче.

- Да, - согласилась Марина и потянулась к сумке. – Но это по поводу Веры, а ты бросил бы трубку, стоило б только мне заговорить. Или вообще не ответил бы. Я в чёрном списке?

- Нет, - покачал головой Игорь. – В чёрном списке у меня только три или четыре эйчара из фирм-конкурентов. Голосовой спам раздражает больше текстового. Так к чему всё это?

Марина сделала глоток воды – он только сейчас заметил высокий гранённый стакан по правую сторону от неё, - и вновь взглянула на него, почти сердито и холодно. Мрачный взгляд, сопряжённый с тяжёлым дыханием – впрочем, жарко, может, ей просто плохо? – не предвещал ничего хорошего.

- Ты помнишь, как ты её подвозил? – ни с того ни с сего спросила Марина.

- Смутно, - кивнул Игорь. – Но ты, кажется, хотела сказать что-то о моей драгоценной бывшей. Давай быстрее, я спешу.

- Бывшей? – Марина изогнула бровь. – Я искренне надеюсь, что она такой и останется, - девушка сжала зубы. – Мы ездили на отдых, помнишь?

- Помню. Она ещё отдала тебе мой билет.

Марина отрицательно покачала головой. Игорь изогнул бровь; впрочем, девушка не казалась загоревшей и только-только с далёких морей. Она была бледна – стандартное для Марины состояние, впрочем, - и пила воду чаще, чем полагалось. Может быть, действительно заболела.

- Она собиралась, - наконец-то сказала Марина. – Предложила мне… поехать. Но Вера не такая дура, как тебе кажется, и она отлично помнит, что у меня аллергия на солёную воду.

- А.

Он почти понял, о чём шла речь.

- Я только хотела сказать, - девушка коснулась ладонью собственного лба, словно проверяя температуру, - что она много чего может тебе рассказать. И я б на твоём месте не была уверена в том, что это правда.

- Меня мало интересуют женские сплетни.

- Я согласилась ей подыграть, - выдохнула Марина. – Ну, знаешь… По-дружески, притвориться, что тоже еду. Она сказала мне, что хочет оставить билет для тебя на всякий случай, но если не сложится, то лучше он пусть пропадает. Мол, а вот тебе об этом знать не стоит.

- Зачем ты мне всё это рассказываешь?

- Совесть мучает, - призналась она. – Никогда не думала, что буду сливать свою подругу и её поступки её же парню, но… да не могу я, понимаешь? Меня это просто доводит. Я думала раньше тебе сказать, а вот теперь, когда она вернулась и поведала мне грустную историю о том, что ты не хочешь её слышать, подумала, что пора.

Игорь только равнодушно пожал плечами. Не то чтобы он ожидал что-то другое от Веры, но неприятный осадок оставался всегда.

- Спасибо за честность, - вздохнул он. – Но это, правда, тоже можно было сообщить и в письме.

Марина только пожала плечами, словно оправдываясь женской логикой, склонилась к сумке, достала телефон и быстро защёлкала по экрану. Игорь наблюдал за этим с равнодушием; он даже не особо заинтересовался в ответ на продемонстрированную фотографию: радостная Вера, радостное солнце, радостный курорт и какие-то совершенно радостные посторонние люди.

- Я думаю, когда она расскажет тебе о том, как ей было плохо, ты поймёшь, что это ложь, - пожала плечами Марина. – Но если вдруг тебя заинтересует вопрос, почему я сливаю свою подругу, то я просто ненавижу, когда меня используют.



Альма Либрем

Отредактировано: 23.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться