365

Размер шрифта: - +

10 - 9

10

23 апреля 2018 года

Понедельник

Период между сдачей предыдущего проекта и получением нового всегда был самым спокойным и самым ленивым для программистов. Можно расслабиться, блуждать по фирме эту неделю или несколько дней, пока не появится новый заказчик. В прошлый раз их лишили этого удовольствия, ведь сразу же после дедлайна начался новый проект, а вот сейчас каждый из команды наслаждался неожиданными днями покоя.

Игорь, впрочем, мог даже не переживать о том, будет ли следующий проект. Его работа в эти две недели заключалась только в том, чтобы приходить и проводить картой по сканеру, а потом отвечать на редкие вопросы заказчиков, возникающие в тот или иной период. Да, конечно, полученный код ещё надо было интегрировать в общую систему, возникала масса вопросов относительно того, как это правильно сделать, но всё равно ощущение свободы никуда не пропадало.

Вот только Ольшанскому от этого было паршиво. Он сейчас с большим удовольствием бы работал, постоянно думал о чём-то. Только б не возвращаться мыслями к Саше, к её отъезду.

Если б кто-то год назад сказал ему, что он уйдёт с любимой работы, чтобы найти себе какое-нибудь другое место, что будет тосковать от того, что останется один – Игорь не поверил бы. Ему нравилось одиночество – никто не трогал, никто не морочил голову. В тот период он мечтал избавиться от назойливой Веры, от матери, мечтающей увидеть сына женатым человеком… Теперь это казалось смешным.

Он взял стаканчик с кофе, сделал глоток и поймал себя на мысли, что с удовольствием выпил бы что-нибудь покрепче. На кухне было пусто; все остальные остались в кабинете, но сил находиться там Игорь в себе не чувствовал.

- Нам надо поговорить.

Если б это сказала Саша – она могла бы, если честно, - наверное, Игорь содрогнулся бы. Но голос Регины не вызывал никаких эмоций. Ольшанский обернулся на неё, посмотрел так, словно задавался вопросом, что ещё она может от него хотеть, и пожал плечами.

- Говорите, кто вам мешает.

Ещё один глоток кофе напомнил о том, что надо бы подождать, пока остынет, но Игорь не собирался этого делать. Что-то было приятное в том, как горький напиток обжигал горло, вместе с тем вытесняя все мысли. Мозг, на короткие мгновения концентрируясь на болевых ощущений, не думал больше о Саше.

- Теперь, когда твоя супруга уезжает, ты мог бы остаться.

Игорь удивлённо изогнул бровь.

- Остаться? – спросил он, словно говорил с больным или полоумным человеком. – Вы серьёзно предлагаете мне остаться? Кажется, мы уже всё решили: я увольняюсь.

Регина подошла ближе и села за столик. На памяти Игоря это было впервые, когда она снизошла до сидения на кухне. Обычно женщина фыркала и проходила мимо максимально быстро, делая вид, что люди, находившиеся здесь, ниже её во всём. Да, она пыталась демонстрировать себя как хорошего начальника, пусть не всегда хорошо получалось, но с каждым проколом эта строгость становилась всё более напыщенной.

- Теперь твоя жена тебя не держит, - протянула Разумовская. – Ведь это из-за неё всё началось? Ты решил остаться в Украине, отказался от своего шанса потому, что она здесь и не могла за тобой поехать. А теперь она согласилась, ты – один, по крайней мере, на некоторое время. Хорошее место и хорошая зарплата на дороге не валяются. Почему нет?

- Я решил остаться в Украине, потому что не видел смысла в переезде. У моей жены он есть, - ответил Игорь, стараясь не думать о причинах, которые подтолкнули Сашу к такому решению. – Она едет, и я не скажу, что меня это особенно радует, но её решение не отменяет большинства моих планов на жизнь.

Регина прищурилась.

- Это смешно, - отрезала она. – Ты поступаешь, как ребёнок.

- Я поступаю так, как считаю нужным, - возразил Ольшанский. – А взрослость моих поступков, Регина Михайловна – это не ваше дело.

- Что ж, значит, это не подействовало… - Разумовская поднялась со своего места и брезгливо отряхнула юбку, словно могла измазаться о пластиковый стул. – Замечательно. Делай всё, что хочешь.

Она уже почти покинула кухню, когда Игорь наконец-то заговорил:

- Что именно не подействовало?

Разумовская взглянула на неё с знакомой надменной улыбкой на губах и произнесла со всем возможным презрением, на которое только была способна:

- Я специально назвала заказчикам кандидатуру твоей жены. Не подумай, что это потому, что она какая-то исключительная, особенная или что таких у нас на фирме больше нет. Есть люди, которые сгенерируют намного больше идей и намного быстрее. Ты – да, это было честно. Но она… Я хотела, чтобы ты увидел, насколько твоя жёнушка гнилая. Чтобы одумался и вернулся в свою нормальную прежнюю жизнь. Но если ты хочешь и дальше грузнуть в болоте, которое она для тебя создала, то…

- Регина Михайловна, - прервал её Ольшанский, - не утруждайтесь, пожалуйста. Я прекрасно знаю, как вы относитесь к моей жене, даже не так – к нашему браку. Вы не имели никакого права влезать в нашу личную жизнь, но влезли. Я могу закончить этот разговор только одной фразой: разберитесь в себе для начала. А потом учите других.

Она покраснела, отвернулась и ушла так быстро, как только могла. Игорь рассмеялся.

Она уже сломала всё, что смогла, но теперь хотя бы услышала и о себе правду…

 

 

9

24 апреля 2018 года

Вторник

Дурная привычка пить много кофе появлялась от лени. Игорь сделал это открытие, когда понял, что без работы постоянно торчит на кухне фирмы, постоянно готовит себе один и тот же напиток и пьёт его декалитрами, и рука его, словно у наркомана, тянется к заветной кнопке. Когда он так успел пристраститься к кофе? Никогда ведь не испытывал особенного трепета перед всеми этими эспрессо, американо…



Альма Либрем

Отредактировано: 23.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться