#Тсуихо #Окаши
Остаток лета после сдачи экзаменов она провела дома. Почти не выходила, лишь несколько раз прошлась по старым местам без особого удовольствия.
Наконец пришло письмо: общая информация, напутствие, уведомление о предоставлении общежития, и Тсуихо начала собирать вещи. Рюкзак получился тяжёлым, но, казалось, отягощал не он.
Встав у двери выхода из родного дома, Мизукара хотела будто бы что-то сказать на прощание, но промолчала, открыла дверь и вышла на улицу.
Пасмурный день. Тсуихо больше не помнила солнечных дней с той роковой ночи, когда на одной из улиц нетрезвый водитель сел за руль. А ведь с того момента прошло уже больше года. Дверь позади тихо щёлкнула, но Тсуихо не оглянулась.
Под ногами скрипела блеклая песочная просёлочная дорога до станции, каждый шаг отдавался шелестом песчинок. Окидывать взглядом городок позади не хотелось. Именно он отягощал. Именно от него была вся серость и в небе, и тут. Так думала Тсуихо.
Дул небольшой ветер, рядом качались блеклые травинки, которые, казалось, при приближении Тсуихо чуть тянулись к ней, становясь менее тонкими и хлипкими.
Станция. Снова гудение рельс, звон шлагбаума, а пронёсшийся поезд создал ветер. Поднявшись на платформу, Мизукара дождалась своего и села в совершенно пустом вагоне, лишь через двери был слышен то ли плач ребёнка, то ли смех группки студентов.
По ощущениям она приехала быстро, однако её «быстро» не сочеталось с уже потемневшим небом, а значит она провела в пути хотя бы несколько часов. Все бюрократические дела были уже решены, поэтому девушка сразу отправилась в общежитие.
По приезде к общежитию стемнело совсем, хотя Тсуихо уже давно не боялась темноты: её было уже невозможно бояться, когда большую часть жизни девушка проводила под покровом ночи, бледной луны и маленьких мерцающих звёздочек. А тут ещё и фонари, город гораздо больше. Кажется, её подруга Онгаку так и не увидела большой мир, а их общая мечта – объездить весь мир вдвоём – больше никогда не сбудется.
В некоторых окнах общежития горел свет – кто-то ещё не спал, а может, и не собирался ложиться спать. Всё вокруг было уложено асфальтом, не то что неухоженные просёлочные дорожки.
Около входа, на скамье сидела девочка с белыми волосами и бледной кожей – от слабого освещения она становилась ещё необычнее. «Альбиноска», – догадалась и немного удивилась Тсуихо. Даже в мире суперспособностей альбиносы были всё также необычны. Но удивление быстро спало – Тсуихо не намеревалась заводить знакомство, не сейчас – она намеревалась пройти мимо. Мизукара почти дотронулась до ручки двери, ведущей внутрь, но внезапно её окликнул голос.
– Хей, привет! Ты меня не заметила? Я думала, хоть поздороваешься. Ты кем будешь? – Встала со скамьи девочка довольно низкого роста.
Тсуихо сжала ладони в перчатках без пальцев. Кажется, намёк молчанием не указал на нежелание разговаривать. А возможно, собеседница просто назло начала беседу.
– Мизукара Тсуихо. Теперь твоя одногруппница. – Голос получился и строгим, но и небрежным; и твёрдым, но и тихим. Темноволосая обернулась к собеседнице, на лице которой была нарисована улыбка. «Лишь нарисована», – подумала Тсуихо.
– А меня Окаши Хако. Приятно познакомиться! – Окаши протянула руку. Жать её высокой Тсуихо было непросто и неловко, но, казалось, именно такой неловкости беловолосая и добивалась. – Пошли экскурсию проведу.
Потянула за руку Окаши, ведя внутрь общежития. Тсуихо вытянула руку их рукопожатия и сама открыла дверь, отвечая через плечо:
– Извини, в другой раз, – с лёгким нажимом ответила Тсуихо, но, заметив, что повысила тон, смягчилась: – Спать хочется.
– Это быстро! – Вновь сделала пригласительный жест Хако, но темноволосая не подалась на провокацию. – Ладно, тогда так. Там кухня, там общая зона, там лифты, там лестницы. – Указывала пальцем Окаши, идя рядом с Тсуихо и, видимо, провожая её до комнаты. – Там живёт Кудамоно Ясай, она заселилась ещё летом. А там не знаю кто. Ни разу не вышел жилец. Или нежилец. Но вроде водой управлять умеет. Я хочу украсть табличку «не влезай – убьёт», но вместо молнии нарисовать капельку.
– Не стоит, – прервала тираду Тсуихо, немного покосившись. – Не хочет выходить – его или её право, не мучай человека.
– Как скажешь. – Пожала плечами Окаши, как кажется, не демонстрируя ни капли стыда. – А я живу там. – Указала на одну из дверей альбиноска.
– Спокойной ночи, – тихо сказала Тсуихо, открывая дверь в свою комнату.
– А, ну да... С-спокойной! – улыбнулась и помахала рукой Окаши, заглядывая в закрывающийся проём.
Тсуихо заперла дверь, лишь краем глаза взглянув на Окаши. В последний момент она заметила поменявшееся лицо собеседницы – весёлое, удивлённое, но и немного расстроенное, смущённое. В груди немного кольнуло. Тсуихо отвернулась от двери и положила-бросила рюкзак в угол. Повесив что-то вроде пальто на крючок, она подошла к кровати и с небольшим прыжком легла на неё, беря подушку в объятия. Она думала, что не уснёт, но уснула довольно быстро.