7.7.7.

Глава третья.

Дюна, вдоль которой мы шли, была настоящим исполином среди дюн. Все утро мы, кувыркаясь в пыли, взбирались на ее хребет и до полудня не одолели и половины ее длины. Она тянулась и тянулась, как будто размечая границы песчаной долины, где дремали неподвижные волны песка. Я предлагал ему двигаться в ее тени, у подножия - с подветренной стороны, однако Гектор был непреклонен. Он хотел высоты, чтобы осмотреться и попробовать взять азимуты хоть на что-нибудь посреди этого пустынного однообразия. А я был его подзорной трубой.

- Что там, крысеныш? Вон там, смотри за моей рукой! По-моему, полмили отсюда…

- Ничего. Это просто две тени от холмов. И прекрати называть меня «крысенышем»!

- Простите, Ваша Светлость… - я видел, как оживленно и насмешливо блестят его глаза над маской-фильтром,- А там что?

- Ничего… Тоже тень.

- Ты даже не присмотрелся, крысеныш!

- Это тень, смертный,- вздохнул я,- Обычная тень.

- Ладно, дай мне флягу!

Помимо всего прочего, я теперь был еще и его вьючным животным. Все наши нехитрые пожитки болтались у меня за плечами в импровизированном мешке. Я отцепил флягу от пояса и протянул ему.

- Почему бы тебе не понести что-нибудь?

- Потому что я несу вот это! - он постучал донышком фляги по собственной голове, откинул маску и сделал экономный глоток,- На, возьми. Только не пей много.

- Я потерплю,- буркнул я.

- И долго ты можешь терпеть?

- Ты десять раз успеешь умереть от жажды! - процедил я.

- Очень кстати! - захохотал Гектор,- Ты мне напомнил! Я читал, в древние времена было такое животное, которое обходилось без воды. Называлось Камела. Ужасно уродливое, горбатое, как Гефест! И тоже плевало на всех свысока. Но люди приручили его, надели ему уздечку и потом водили по пустыням целые караваны таких зверей…

Я оценил расстояние между нами и подумал, что могу преодолеть его в одном прыжке.

- Хочешь убить меня? - невинно спросил Гектор, наклонив голову и запустив руку в карман.

- Хотел бы убить - убил бы вчера ночью!

- Но не убил. Потому что без меня ты здесь все равно не выживешь. Пустыня справится даже с тобой.

- Не поэтому!

- А почему?

Я прикусил язык. Гектор обежал меня глазами, нерешительно хмыкнул, натянул маску на лицо и отвернулся, всматриваясь в горизонт.

- А там… Смотри туда! Что это? Похоже на крыло?

Я кивнул. Там, куда он показывал, над краем дюны отчетливо виднелась острая, вытянутая лопасть. Она была металлическая, избитая пыльными бурями почти до неузнаваемости. Серовато-ржавая, как и холмы вокруг. И все-таки это был рукотворный знак, одинокий маяк памяти о людях в центре безбрежного моря песка. Я различал каждую щель и щербину на поверхности. За сотни лет их накопилось столько, что сосчитать невозможно.

- Это какая-то старая машина,- сказал я,- Отсюда меньше мили. Пойдем туда?

Гектор опустился на одно колено, положил перед собой компас и обрывок бумаги, сделав на нем несколько быстрых пометок…

- Пойдем,- кивнул он сосредоточенно.

Мы добрались до крыла через час. Это действительно оказался обломок хвостового оперенья летательного аппарата. Холм осыпался и обнажил всю его тушу. Он напоминал неуклюжее - вроде жука - насекомое, своими носорожьими очертаниями ничуть не похожее на наши аэроклиперы или даже хищнокрылые преторианские штурмовики. Фюзеляж с обеих сторон раздувался кожухами-улитками, под которыми навсегда окаменели поворотные турбины. Громоздким носом машина по-прежнему окуналась в песок. Я встал в ее тени и запрокинул голову. Настоящий древний левиафан, который нес столько оружия, что мог уничтожить своим огнем целый город. Гектор шел вдоль его корпуса, ведя раскрытой ладонью по нагретому солнцем металлу. За ним с шумом осыпалась на песок металлическое крошево и чешуйки зеленой краски.

- Чей он? - спросил я благоговейно.

- Меруканский,- ответил Гектор, смахнув пыль с какой-то болванки,- Видишь белую звезду? Это летающий танк. Их иногда находят то тут, то там… Он тут упал, наверное, в конце Последней Войны… У него, кстати, должен быть изотопный генератор. Не такой, как наши холодные магнитосинглеты, конечно. Примитивный! Опасный, как жаба-гадюка, но… может, еще живой.

- Еще живой?!

- Такие штуки живут долго. Если электроника не сгнила, можно даже…

Он присмотрелся и резко ударил ногой по корпусу, сорвав какую-то панель. С резким стоном сервоприводов вслед за ней упала небольшая аппарель, подняв целое облако песка и пыли. Гектор отмахнулся от пыли рукой и отступил.

- Что я говорил!

За аппарелью в отсеке, как гнилушка, тлел желтый электрический свет. Я втянул воздух обеими ноздрями. В нем было много запахов старого железа и сухого пластика, но ни одной коварно-вкрадчивой, миндальной ноты, что отмечает распадающееся на ионы вещество.

- Ну что? - напряженно спросил Гектор.

- Нет. Он чистый… Гектор?

- Что?

- Ты… на самом деле хочешь туда идти?

- Эти блоки,- сказал он, занося ногу над аппарелью и всматриваясь внутрь машины,- Должны быть под сильной защитой вообще-то… Нам повезло, что танк почти целый. Пошли, нужно осмотреть его внутри! Что ты встал, будто призрака увидел? Идем! Клянусь Минервой, до чего же ты пугливый! Это не пещера Минотавра, а всего лишь довоенный хлам…