Афферентация

Размер шрифта: - +

84.

2 мая 2266 года. Пространство класса «альфа», Новая Москва, Северо-северо-восточная ось, двадцать девятый Посадский остров, Пост на омикрон-восемь.

На альфе оказалось светлее, чем на минус первом шахт-восемь. Зауриэль зажмурился, и, как оказалось, вовремя – поток ледяной жидкости обрушился на него сверху. От неожиданности аэлв подпрыгнул на месте, выронив из рук баулы, почти интуитивно выхватил бутылку у человека, производившего эту странную и бессмысленную экзекуцию, и на инерции обратного движения руки очень аккуратно и точно отколол у бутыли донышко об раму контура.

Тяжело дыша и убирая со лба намокшие волосы свободной рукой, Зауриэль выставил перед собой розочку. Всё это заняло несколько секунд.

– Ловко, парень! – довольно загоготал и захлопал в ладоши тип, не ожидавший от аэлва такой прыти.

– Ты зачем её об контур расколошматил, чёрт белый?! – тут же наорали на и так оглушённого аэлва с другой стороны. Человек в светло-сером комбинезоне протиснулся мимо Ури к контуру, совершенно проигнорировав его доморощенное оружие. – Остынь, – бросил он, даже не оборачиваясь к аэлву, совсем растерявшемуся, кому угрожать за перенесённое издевательство. – Дезинфектор сломался, а у этих придурков традиция хорошую водку переводить. Удивляюсь, как нас тут всех ещё не размазало, – проворчал он, осматривая скол на охладительной секции рамы. Заметив замешательство аэлва, он повернулся к нему, замахав руками: – Не толпись давай, проходи дальше, места навалом.

Ури послушно сделал несколько шагов вперёд, пытаясь одной рукой подхватить все сумки и облизывая губы. Химическую вонь неведомой смеси отчасти глушили явственные сивушные масла. Зауриэль по-собачьи потряс головой, стремясь избавиться от излишков дезинфекционной жидкости, и, несомненно, постарался бы убраться ещё дальше от контура, если б чуть не врезался в ещё одного человека. Аэлв поднял взгляд вверх – человек был выше его, хотя до детины-дезинфектора ему ещё было расти и расти.

– Договор «Гэ-эс-три-четыре-семь-ноль-шестьдесят-шесть». Шахты У-восемь. Зауриэль. Пятнадцать полных лет. Правильно? – тип переводил взгляд с экрана планшета, который он держал в руках, на Зауриэля.

Планшеты, перекупленные у альфы и раз двадцать сменившие хозяев, Зауриэль видел и раньше, а вот людей так близко – нет. Даже этот пограничник был выше и плотнее любого из соплеменников Ури и... тут аэлв затруднялся с определением... ярче?

– Шестнадцать, – хрипло сообщил Зауриэль, потерев начавшие слезиться от непривычно яркого света глаза. – Недавно исполнилось.

– Так какого чёрта нам сообщают устаревшие данные? – философически вопросил человек, делая пометки в своей электронике.

Зауриэль только развёл руками, показывая свою непричастность к бюрократической путанице, царившей у Серых Принцев. Второй пограничник воспользовался меланхолическим настроем омикронца, ловким движением, свидетельствовавшим о немалой сноровке в таких делах, отобрал у Зауриэля розочку и махнул рукой, делая знак следовать за ним. Аэлв повиновался, морщась и потирая запястье.

Втроём они покинули помещение с металлическими стенами, где находился контур. Вероятно, пасти аэлвов считалось некомильфой у местных работников, потому что они предоставили Зауриэлю самостоятельно догонять их. Правда, тип с планшетом периодически оборачивался, официально и строго говорил: «Не отставайте, Зауриэль», будто бы несколько минут назад подручный человека смеха ради не окатывал аэлва сомнительным пойлом.

За время пути аэлв успел хорошенько рассмотреть этих двоих. Тип с планшетом был ниже, держался прямо и отчуждённо, а голос его звучал мягче и вариативнее, чем у второго. Доморощенный дезинфектор топотал, аки пещерный лемминг-шатун, размахивал ручищами и говорил так гулко и гудяще, что у омикронца с непривычки закладывало уши. У обоих пограничников была серо-синего цвета форма и чистенькие воронёные автоматы, висевшие на ремнях, перекинутых через плечо. Зауриэль догнал своих проводников и благоговейно коснулся приклада автомата типа с планшетом. Второй человек тут же замахнулся для хорошего подзатыльника. Меру воспитательного воздействия он применить не успел, остановленный взглядом первого. Тот посмотрел на невольно съёжившегося Ури, сказав:

– Трогать только глазами, мальчик.

Аэлв закивал.

– Если это, конечно, мальчик, – хмыкнул второй. – Кто его хоть должен забрать, Сань?

Зауриэль насторожил уши, но тип с планшетом ограничился формальным: «разберёмся».

Вместе со своими провожатыми омикронец вскоре оказался в относительно небольшом кабинете, почти всё пространство у стен которого занимали баррикады из металлических ящичков, пронумерованных акккуратно по трафарету белой краской. Впрочем, картотека была не самой интересной деталью интерьера. В нескольких кадках, стоявших на полу, росли… тут аэлв несколько затруднялся с оценкой таксона... ну, зелёные растения. Деталь сия показалось омикронцу весьма интригующей – мох, который можно было выкопать из-под снега, был, скорее, серым, водоросли, вытаскиваемые сетями с мелководья – буро-красными, а уж бесцветную брюкву, выращиваемую под землёй под светом мощных ламп, вообще не к ночи было помянуть. В общем, признак наличия хлоропластов у флоры был интригующим ровно настолько, чтобы попробовать сжевать хотя бы один листик.

– Не трудитесь, они искусственные, – сухо заметил строгий тип, усаживаясь за стол.

Под глумливое гыгыканье второго пограничника, занявшего пост у двери, Зауриэль с оскорблённой миной оставил в покое флору, столь подло обманувшую его ожидания, и подошёл к окну.

Город показался ему каким-то... бесцветным. Полосатые красно-белые трубы и многоэтажки вдали своими вершинами утопали в грязно-серых облаках. На бетоне ближайших домов виднелись тёмные подтёки конденсировавшейся из воздуха влаги, а уж пустой двор, окружавший здание Поста, и вовсе являл малопримечательное зрелище. Ури хотелось поглазеть на море – он знал, что Старая Москва – приморский город, но плотная застройка заслоняла собой всё. Аэлв разочарованно отвернулся от окна и, не дожидаясь разрешения, плюхнулся в кресло напротив стола, расстёгивая куртку из кожи морской собаки – за всеми этими треволненьями он не сразу понял, как взмок в чересчур тёплом помещении. Строгий тип поднял взгляд на омикронца:



Искандера Кондрашова

Отредактировано: 12.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться