Афферентация

Размер шрифта: - +

159.

10 июля 2266 года. Пространство класса «альфа», Новая Москва, второй Посадский ЮВО.

Неясыть – птица отряда совиных, пёстрое оперение которой мимикрирует под древесную кору, отчего её можно принять за пенёк. Кто бы ни давал названия этим самолётам, толк в иронии он знал. Эти «Неясыти» тоже мимикрировали. Под две кучи железного лома.

Карбидные обода локусов нейтринных ловушек выглядели закопченными, то же, впрочем, касалось и дублирующих реактивных двигателей на крыльях, краска сохранилась в очень номинальном количестве, а сами корпуса носили множественные мелкие характерные оспинки-оплавленности – зачастую, единственный урон, который наносили «Неясытям» лазерные пушки летающих куросанов дельты. Кокпит одной из машин украшала характерная змеящаяся трещина, которая появляется на любом отечественном транспорте по прошествии нескольких лет эксплуатации, а, если совершить променад под любым из самолётов, можно было послужить сборником мелких хлопушков ржавчины. И это только список того, что было заметно снаружи. Насколько «Неясыти» прогнили изнутри, и какие системы приказали долго жить, а их аналоги перестали выпускать десятилетия назад, ещё предстояло выяснить.

Примерно в таком ключе Доминик обрисовал ситуацию остальным – на следующее утро поглядеть на самолёты вживую пригласили только его и Морри, но та, исторгая нечленораздельные примитивные вопли восторга, уже унеслась делиться новостями со своим цирком уродов. Что-то подсказывало Нику, что евангелие от Морруэнэ о явлении «Неясытей» будет сильно расходиться с его видением проблемы. «Главное, клептоману своему передай, чтобы ничего от них не откручивал», – сказал ей Доминик на прощание.

– Такие дела, народ, – подвёл он итоги собрания. – Выдали хлам для добивания, обычное дело.

– Как бы мы сами на нём не подобивались, – высказал общую мысль Георг – общую, так как по виду Катеньки можно было предположить, что она всерьёз задумывается, не поздно ли ухватиться за вакансию заведующей мемориалами второго Посадского.

– Я бы за это не переживал – автоматика спасёт, если что, – авторитетно заверил кузена Доминик.

Ага, конечно, автоматика. На машине выпуска двадцать второго века. Да кого он обманывает вообще?

– Нас о таком не предупреждали… Доминик, ты сказал им, что мы на такое не подписывались? – забеспокоилась Катенька, спрыгнув с парты первого ряда и всколыхнув выпуклостями. Очевидно, под «ими» она имела в виду Ольгу и Злого Полковника. – Я не очень в этом разбираюсь, но наверняка надо годами учиться управлять такой штуковиной…

– Знаю, знаю… я тоже в замешательстве, – замахал руками Ник, прерывая поток сознания Катеньки. – Я всё утро думал, зачем им это нужно, и ничего больше в голову не приходит, кроме как… помните, что в сентябре прошлого года творилось? Ну, когда кузнечики набежали?

Катенька, которая о событиях сентября шестьдесят пятого года в Москве знала только по репортёрским сюжетам канала веры, сочла нужным уточнить:

– Когда несколько островов под воду ушло?

Ник строго посмотрел на неё.

– Фильтруй, – посоветовал он коротко, а потом вернулся к потерянной теме.

 

Княжна Морруэнэ оглядела свой разношёрстный взвод. Половина выражений физиономий была нечитаема, потому она ориентировалась на Зауриэля.

– Рассказывай давай, не томи, – поторопил он.

– Короче, – Морру остановилась, размышляя, как бы передать свой восторг аудитории, – эти штуки огроменные! Как… – она огляделась в поисках подходящей аналогии, – как это святошное педулище! Или больше!

Анна-Мария издала серию недоверчивых щелчков.

– Не, ну метров тридцать в них точно есть, – быстро уточнила Морруэн. – Видно, что они не новые, но они уделают дельтовские леталки в два счёта, – она стукнула кулаком по ладони.

Анна-Мария снова прощёлкала что-то в другой последовательности.

– Как это откуда мы их возьмём?! Никто из вас, лошпедов, значит, не понял ещё, куда ветер дует?

 

– Я и подумал: может, после такого они захотят поискать изъяны в системе ПВО Москвы?

Катенька и Георг в молчании оценивали полученную информацию.

– Типа, могут ли автоматические системы произвести захват цели, представляющей собой… э-э… двадцатипятиметровую маломанёвренную дуру с нубами за штурвалом, возраст которой превышает суммарный возраст экипажа раза в два? – сформулировал концентрированную скептическую тираду Георг, который любил ёмкие, но громоздкие словесные конструкции.

– У тебя есть версия получше? – мрачно спросил Доминик, который не любил стебучих умников, которые любили громоздкие словесные конструкции.

– Там количество экипажа наверняка больше, чем три человека, – Георг плавно обогнул тему сочинения более логичной версии.

Доминик ждал этого. За три недели ему всё никак не представился повод эффектно выложить то, что он случайно узнал, когда его вызывал к себе Злой Полковник.

– А сколько же? Четыре?

 

– Это просто, как всё гениальное, – вознеся завуалированную хвалу собственным умственным способностям, кротко опустила взгляд Морруэнэ. Когда она снова посмотрела на остальных, кротость в ней вся повышла: – Мы возьмём реванш за прошлый год! Отымеем этих трусливых пустынных говнюков на их же территории! – княжна воздела сжатую в кулак руку к шелушившемуся побелкой потолку аудитории.

Трусливый пустынный говнюк кашлянул. Морру посмотрела на него тем взглядом, которым она бы одаривала руины поверженных муравейников, и Арчи порадовался про себя, что ей не известен его идентификатор.



Искандера Кондрашова

Отредактировано: 12.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться