Академия альфачей, или Всем лечь на лопатки!

Глава 38. Проект и ода

   Мое временное каменное убежище разваливается где-то внизу на тысячу кусочков. Я же земли не достигаю. В траекторию идеально ровного падения влезает массивное препятствие.

Камнежорка сначала подбрасывает меня вместе с камнем, а затем ловит своей пирамидной головой. Группируюсь, пока съезжаю по шершавой поверхности.

В какой-то момент голова зверюги заканчивается, и на моем пути появляется пропасть, усеянная по краям острыми наростами. Зверюшка открыла ротик, чтобы в один присест заглотить добычу. 

Только вот добыча категорически отказывается заглатываться.

Вопить хочется жутко, или даже не вопить, а верещать. Но вместо этого перекатываюсь на бок и упираюсь пяткам в пространства между зубами камнежорки. По пятке ‒ для верхней и нижней челюстей.

Чувствую себя персонажем комедийного мультика, где герои попадают в похожую передрягу. И даже выходят из положения тем же способом.

Камнежорка, озадачившись отсутствием пищи в желудке, ‒ хотя, по расчетам, я уже должна была благополучно соскользнуть прямиком туда, ‒ захлопывает пасть. Этим движением зверюга сдвигает и мои ноги, пару секунд назад выдававшие едва ли не полноценный шпагат. 

От резких перемещений бухаюсь на колени и упираюсь ладонями прямиком во впадинки у уголков звериных глаз. Наши взгляды встречаются.

‒ Цель не в том, чтобы умертвить животное, ‒ назидательно замечает Плюшка. – А сделать так, чтобы оно признало за собой поражение.

Да ладно?! Не похоже, что камнежорка в ближайшее время собирается умертвляться. У зверюги в планах явно вкусно покушать и поразвлечься. И можно даже одновременно.

Животное встряхивает мордой. Но я как липучка. Обнаруживаю глубокие расщелины в тех местах, где умещаются мои руки, – по всей видимости, ноздри, ‒ и со всей ответственностью в них вцепляюсь. Кожа зверюги резко охлаждается. Камнежорка пыхтит, а затем издает глухой рев.

Публика на трибунах вторит ей присвистами и улюлюканьем. Кто-то даже от души вопит: «Давай, Лютик!»

Чего дать? Я дам. Деру дам. Как только почву под ногами нащупаю.

«Ой-ой!!»

Что-то влажное касается моего бедра. Оглядываюсь через плечо и ошарашено наблюдаю, как пухлый зеленоватый язык камнежорки снова деловито проходится по моей ноге. Ну, точно суп на кончике ложки пробует!

‒ С-спокойно! – Подтягиваю правую ногу повыше и стаскиваю кроличий тапок, который каким-то чудом еще не слетел. Упираюсь краем тапка в настойчивую мясистость языка и с усилием отодвигаю его подальше. – Фу! Спокойно! Не лакомиться хорошенькими девочками! Фу! Бе! Выплюнь!

Но камнежорка не отстает. Продолжает касаться меня языком, а затем смачно облизывается.

Плохо дело. Еще чуть-чуть и сковырнет меня с насиженного места.

‒ Не теряйте время, студент Лютик, ‒ доносится до меня громогласный призыв профессора Ярого. – Атакуйте! – Последнее произносится с явной ехидцей.

Сам атакуй, массовик затейник. А я пока еще за камнежорную сопелку подержусь. Мы тут уже почти сроднились.

 ‒ Дуля! – В моем шипении присутствуют нотки паники. – Мне срочно нужен проект решения на утверждение! Сразу же утвердим и реализуем!

‒ Камнежорки предпочитают холод. – Смайлик невозмутимо перебирается на мою шею, чтобы удобнее бубнить прямо в ухо.

‒ Предлагаешь мне его согреть? – Вцепляюсь в твердую шкуру еще сильнее, хотя пальцы уже успели подустать. – Щас устроим ему обнимульки.

‒ Я тоже люблю обнимульки, ‒ оживляется Дуля.

‒ Ну, спасибо, что поделился. – Быстренько осматриваюсь. Не будь вокруг крепких прутьев, можно было бы попытаться выиграть скоростью. Вряд ли камнежорка проворна – с таким-то массивным туловищем.

‒ Берегись хвоста, красотуля, ‒ до крайности будничным тоном предупреждает меня Дуля.

‒ Хвоста? – Я все еще сосредоточена на изучении местности. И, конечно же, пропускаю атаку слева. Упомянутый хвост – длинный объемный отросток – сбивает меня с насиженного места, будто свернутая газета со стекла муху.

И снова возвращаюсь к прежней траектории полета. Умудряюсь кувыркнуться прямо в воздухе и наметить точку соприкосновения с землей. Я не специально, но моим ягодичкам, похоже, хана. В общем, как и всему остальному.

Приготавливаюсь к смачному удару, обращающему меня в неэстетичную лепешку, но на деле врезаюсь в нечто упругое и теплое. Открываю глаза и с интересом оглядываю камни подо мной, до которых так и не долетела, а потом перевожу взгляд на начищенные ботинки.

Меня кто-то подхватил.

Зависаю вниз головой, так что, надеюсь, моя пятая точка, как раз и сверкающая перед лицом спасителя, выглядит настолько же благодарной, насколько я себя чувствую.

‒ Помочь?

А голосок-то знакомый. Да и этот сладковатый аромат я уже успела где-то занюхать.

Люкос!