Академия для двух зол

Размер шрифта: - +

28.03

Желание сжечь Громову вместе с её Лораном крепло с каждым днем. Я даже взяла в библиотеке знаменитый “Молот ведьм” в переводе, но с оригинальными картинками и цитатами. Занятные были авторы у книженции. Знали толк в ведьмах. Я искала, как правильно сложить костер – не нашла, видимо, нужна другая книга, зато нахваталась латыни и теперь хлесткие слова лезли из меня по любому поводу. Позерство? Плевать. Зато я душу отводила, посылая по-латыни одноклассницу, а она не понимала, как именно. И даже бледный друг из загробного мира ничем не мог помочь. Он не отходил от Громовой, а я сейчас бездельничала во дворе прямо в середине учебного дня.

Мою группа стихийников с позором выставили за дверь аудитории с лекции по молекулярной физике после того, как Макс приморозил преподавательницу к стулу. Напыщенный и самоуверенный дурак! Нашел над кем изгаляться. Ида Яковлевна – обычная бабушка-одуванчик в огромных очках, блузке с жабо и узкой юбке самого что ни на есть старушечьего фасона. Ну, голос занудный, ну, трындит зазубренное когда-то, не вдаваясь в истинный смысл, но это же не повод! Примчавшийся на разбор конфликта Небулла так и сказал: «Радуйтесь, что кто-то вообще согласен преподавать физику в этом сумасшедшем доме!» Раньше я за старшим воспитателем такой экспрессии в выражениях не замечала. Довели выходца из Ада. Приятно, что на этот раз не я. Мне наказаний за войну с некромантками хватало за глаза. Последний случай до сих пор не разобрали, Небулла ждал меня после лекций. И вот опять.

Этот Макс вообще странный. Даже для мага странный. То носится, как угорелый, то сядет в уголочек и застынет с дебильно-пустым выражением  лица. О чем он там думает? О судьбах Вселенной или об очередной пакости? Помешались все на розыгрышах и подставах. Какое раздолье-то теперь с магией. Мои стихийники то воду разольют на полу в коридоре и заморозят до ровного катка, то сотворят вихрь и унесут конспекты и ручки под потолок. Прыгай потом за ними, как обезьяна, и вылавливай из доморощенного торнадо. Но одно дело развлекаться между собой, отрабатывая практические навыки, совсем другое – на преподавателях упражняться. Это некрасиво, хоть и весело иногда. Ида Яковлевна вот не оценила.

От нечего делать мы уселись на скамейки возле учебного корпуса. Территорию вчера тщательно подмели и практически вылизали. Двор ГУПМиК щеголял побеленными поребриками и подстриженным газоном. Тополя шумели листвой, стыдливо роняя остатки июньского пуха, щебетали птицы, а от летней жары было совершенно некуда деться. Я расстегнула ворот гимнастерки и рассматривала через прищур коллег-стихийников.

Долговязый и длинноволосый Макс, своей бледностью больше похожий на гота-некроманта, чем на мага льда. Его подружка-блондинка Катя, предпочитающая тратить силу земли только на то, чтобы выращивать цветы. «Сиамские близнецы» Стас и Кирилл, маги воздуха. Мы прозвали их близнецами из-за привычки везде ходить вместе, а так они были похожи друг на друга не больше, чем котлета на макаронину. Рыжий и конопатый Антон. Такой же гордый поджигатель, как я, с самым низким уровнем силы среди стихийников. Только нам не подчинялись другие стихии от слова совсем. Тот же Макс спокойно зажигал артефакт-имитатор газовой плиты, Катя  крутила маленькие торнадо, а мне облом, печаль и горе.

– Эй, лови! – крикнул Стас и запустил снежком в Макса.

Он увернулся и бросил в Стаса палку, просто и без лишней магии поднятую с земли. Не долетев до обидчика нескольких сантиметров, снаряд резко взлетел вверх и по дуге приземлился на ступени крыльца административного корпуса.

– Щит ставить так и не научился, – хмыкнул Макс.

– Лучшая защита – это контратака, – не растерялся Стас.

Пока они перепирались, во двор университета заехала огромная машина, до ломоты в зубах напоминающая лимузин. Интересно, как она не разбила подвеску на наших ямах и ухабах?

– Глянь, – панибратски толкнул меня локтем в бок Антон, – никак президент Америки к нам пожаловал.

– Лучше, – фыркнула Катька, заправляя блондинистую прядь волос за ухо, – сам ректор из отпуска вернулся.

Тут, как говорилось в книгах, моё сердце пропустило пару ударов. В зобу дыханье сперло, а голова закружилась до солидных вертолетиков. Ректор! Это же средоточие всего самого прекрасного, волнующего и сногсшибательного в любом фентези-романе о магических академиях. Он обязан быть знатным, богатым и ужасно красивым. К тому же ему во что бы это ни стало нужно влюбиться в первокурсницу-попаданку. Эх, не вовремя Ксюха втрескалась в мастера Лорана. Вот какую рыбу стоит ловить в этом пруду!

Я расчесала пальцами длинные волосы, пригладила мизинцем брови и поправила гимнастерку.

– Зря, – насмешливо прокомментировал Антон наши с Катькой попытки прихорошиться. Такие пигалицы, как вы, зрелым мужчинам не интересны. А полезете общаться, так всем еще и влетит за то, что в учебное время торчим во дворе.

– Если ректор влюбится, то можно больше не учиться, – заявила Катька под неодобрительным взглядом Макса. Тоже начиталась книжек в мягком переплете? Сколько первокурсниц сейчас думает точно так же? Пропал ректор! Лорана одна Громова донимает, а ему достанется столько женского внимания, что не унесет.

Водитель в военной форме вальяжно обошел лимузин, чтобы открыть дверь. Я зажмурилась в предвкушении зрелища невиданной красоты и не ошиблась. Как вы думаете, куда делся весь средневеково-фэнтезийный пафос нашего отечественного Хогвардса? Правильно, сконцентрировался в ректоре.



София Мещерская, Таша Книжная

Отредактировано: 20.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться