Академия Города Химер 2. Дебют черных фигур

Глава 9. Неожиданный союзник (2)

Майя смотрела на пестрые городские дома, проносившиеся за окном. Они ехали в повозке, которую безотказно решила полностью оплатить Лаура.

– И все-таки это плохая идея, – скривила богачка губки, как обычно делала, когда кто-то из простецких парней пытался к ней подбить клинья. – Может, день еще подождешь? С профессором Семирозом наверняка все хорошо, он же такой сильный.

– Но не всесильный, – тихо заметила Майя.

В голове настырно всплывала картина, которую она всем сердцем желала забыть: она смотрит на тускнеющие черные глаза. Видит, как пропитывается черная рубашка кровью, и как мертвенно бледно осунувшееся лицо. Она кричит, зовет его, но он не слышит…

Глянув на свою ладонь, Майя вспомнила те нити крови, что она, а точнее – ее интуитивная магия – влила в сердце отца. Не дай Небеса, но если придется, сможет ли она повторить это?

– Лаура, – повернулась она к сокурснице, поняв, что начинает паниковать и пора отвлечься. – Ты как одна из… них, что знаешь о Маскароне? – прошептала.

– В каком плане? – так же тихо спросила богачка и покосилась на кучера.

– Ну… Какие у него слабые места, например?

– Не знаю, – задумалась Лаура. – Наверное, как у любого магического существа: сердце и голова.

– А может, у него есть страх перед чем-то? Или аллергия на что-то? На устриц или помидоры?

– Помидоры? – не поняла девушка.

– Да, вот у моей тети Эммы страшная аллергия на помидоры. Она если съест один, сама становится вылитым помидором, – серьезно кивнула Майя.

– Зачем тебе знать о слабых местах Маскарона? – напряглась Лаура. – Убить его решила?

– Ну… не прям убить – это не мне решать, что с ним делать. Но вот поймать его бы не помешало.

– Ты сейчас как змея, желающая съесть свой хвост, – нахмурилась Лаура. – Он тебя короновал, без него тебя никто не воспримет Темной Княгиней.

– Славно, ведь этого я и хочу, – заметила Майя.

Лаура помрачнела.

– Как по мне, ты себе только хуже сделаешь. Но, если так хочешь знать, то он желает уничтожить рубин из посоха Яхонта Красного. Значит, там какое-то заклинание, способное ему навредить или помешать его планам...

Майя еле удержалась, чтобы не фыркнуть. О камне она знала. А еще знала, что он у одного хитрющего и бессовестного даймона, которого она еще больше жаждет поймать и заставить за все ответить! Но того сейчас искать, что ветер в поле ловить.

– …Сам Маскарон редко сражается в открытом бою, – продолжала Лаура, – значит, он вполне смертен. Свою силу он обрел за счет ловушек и манипуляций людьми. Он как кукловод, направляющий других через сны, желания и чувства.

Майя хмыкнула. Об этом она тоже наслышана. И самое забавное, даже помнила, как Маскарон на своем же уроке предупреждал их никогда не связываться с собой. Наверняка про себя животик надорвал, пока смотрел на адептов, внимательно слушавших каждое его слово.

– А что насчет прошлого Маскарона? – спросила Майя, подумав о следе на запястье мага.

– Не особо много, он и для темных загадка. Известно ли тебе, что он Четвертый Основатель?

– Четвертый Основатель?! – воскликнула Майя. Лаура напряженно глянула на кучера, а потом возмущенно на соседку. Та кивнула, мол, буду тише, и прошептала: – Откуда такие выводы?

– Это не выводы, а правда. Среди темных это не секрет. Некоторые шутят, что город – его огромная кукла. Маскарон, как это ни странно, многое сделал для процветания Цветоча. – Лаура глянула на Майю, словно засомневалась, стоит ли говорить дальше. – Он даже к появлению Академии Тайлогос руку приложил.

– А отсюда поподробней, – склонилась к ней девушка. – Академия, насколько мне известно, заслуга отца. И он точно не стал бы водить дел с Маскароном.

– Да, профессор Семироз был главным инициатором идеи, но мы говорим о построении целого замка. Магического замка! Моя семья спонсировала этот проект, потому что именно его сказал поддержать Маскарон. Мой брат и еще несколько влиятельных семей выступили за чародейскую Академию.

– Несколько влиятельных семей? – изогнула бровь Майя. – Ты так говоришь, будто темные маги заправляют всем в городе.

– Не всем, но наше влияние в Цветоче куда больше, чем многие думают. А влияние Маскарона – и подавно. Да, люди даже сейчас сомневаются в его существовании, но это все потому, что он играет из-за кулис. В этом его самая большая власть.

– Да ты им восхищаешься! – прищурилась Майя.

– Восхищаюсь и боюсь, – кивнула Лаура и неоднозначно глянула на девушку. – И, честно, глубоко не понимаю его интерес к тебе.

– Спасибо за прямоту, – буркнула Майя. – Хотя я сама не понимаю, – призналась она.

– Это был бы не Маскарон, если бы его легко было предсказать, – мечтательно вздохнула Лаура.

«Да он там у них прямо царь-батюшка!» – смотрела на восторженное лицо соседки Майя. Она уставилась на дома, пытаясь переварить новость об участии главного злодея в благополучии города, и, что еще невероятнее, в помощи отцу с Академией.

Они выехали на центральную площадь и свернули в одну из затененных улиц. Штаб-квартира городской стражи – она же самая известная подземная темница в городе – называлась «Пожиратель Судеб» и, надо сказать, своим видом оправдывала голодное имя. Серое грозное здание окружал густой терновник, а высокие стены поросли лозами с шипами. Эти же шипы оплели массивные ворота, из-за чего входная квадратная арка напоминала скалившуюся пасть. Темные окна видневшегося за оградой строения следили за улицей, словно глаза притаившегося в чаще зверя. Один только взгляд на здание навевал щемящую тревогу и напряжение даже у обычного человека, а чародей еще издалека улавливал холодившую жилы магию, что впитывал камень здания вместе с отчаяньем и злобой тех, чьи судьбы были сожраны за стенами с шипами.