Академия Города Химер 3. Срывая маски

Глава 2. Ставка (2)

Майя надела перчатки, когда Лаура вошла в комнату и поклонилась. Еще один момент, к которому Майя никак не могла привыкнуть: видеть, как человек, которого ты давно знаешь, кланяется тебе.

– Ваше Темнейшество, – улыбнулась Лаура.

– Наедине ты можешь обращаться ко мне без формальностей, – заметила Майя, садясь перед будуарным столиком, где ее уже с расческой в руках ждала Смех.

Гостья с любопытством осмотрела ее спальню. У Майи впервые кто-то был в комнате кроме куклы и Маскарона.

– Таковы правила, – возразила Лаура. – Тебе стоит помнить, что ты больше не девчонка среднего класса, а высокопоставленная особа.

– Высокоусаженная пока что, – буркнула Майя, но Лаура ее не услышала или сделала вид, что не услышала.

– Ты же не забыла, о чем мы говорили прошлый раз?

Майя заметила довольный, даже плотоядный блеск в глазах гостьи.

Лаура готовилась к свадьбе. Этой новостью она удивила пару недель назад. Девушки в последнее время часто встречались и не раз гуляли по подземелью Арены, пока Майя осваивалась в новом обществе. Именно Лаура стала тем единственным островком, что остался у нее от прошлой жизни.

После объявления о своей помолвке богачка только про это и щебетала. И порой слушая непрерывную болтовню Лауры о букетах, блюдах и фасонах свадебных платьев, Майя чувствовала себя вовсе не темной колдуньей, а обычной девушкой, что обсуждает радостное событие с подругой.

Пока Смех заплетала волосы Майи в корону из кос (по заявлению куклы последний писк моды в Мире Теней), Лаура подошла к книжному шкафу и стала читать названия на корешках. Майя наблюдала за ней через зеркало.

– Так много книг о войне, – заметила Лаура. – Ты все их читаешь?

– Пока осилила только три: «Трактат о военном искусстве эльфов», «Небесная война драконов», «Стратегия боя гномьих легионов».

– Звучит скучнее некуда, – скривилась Лаура. – Разве правильно, если молодая девушка читает книги о войне, а не любви?

– А в любви, как на войне, – вспомнила Майя старую пословицу, которую часто слышала от тети Эммы.

Смотря на них обоих в отражении, Майя подумала, что они сами словно обложки книг: сразу видно, у кого какие планы на будущее.

На Лауре сейчас было стильное канареечное платье с обшитым гипюром корсажем. Ее закрученные волосы напоминали гроздья винограда. На голове милая шапочка с цветами из белых ленточек. В руках, одетых в тонкие шелковые перчатки, кружевной зонтик под цвет платья.

Майя сидела в тунике с корсетом, брюках и ботфортах – одежде, в которой в любой момент можно принять бой. И все темное, как и весь ее гардероб, где выбор варьируется от цвета папоротника до черноты, подобной глубокой ночи.

«Потому что на темном не видно кровь», – вспомнила Майя слова эльфийского полководца из книги.

– Все, я готова идти к Плетенитке, – она встала, когда Смех закончила с ее прической.

– Нитепрядке, – поправила ее Лаура. – И она лучшая швея в Мире Теней.

Майя пожала плечами. Смех достала из фартука связку ключей и открыла перед ней и Лаурой дверь комнаты, но вместо коридора девушки вышли в незнакомый Майе круглый туннель. Особенность дома Маскарона заключалась в том, что одна дверь могла вести к множеству мест, все зависело от ключа, которым ты ее открываешь.

Увидев напряжение Майи от вида паутины и многоногой живности на стенах, Лаура заявила, что они в одном из заброшенных холмов фейри на окраине города. Сама же швея из лесного народа, но работает на людей.

Вскоре они вошли в просторное мало совещенное помещение, где по всему полу и стенам висели обрезки тканей. Посреди мастерской стоял большой дугообразный стол, заставленный булавками и украшениями для одежды: пуговицами из янтаря с насекомыми внутри, капельками росы, застежками с черепами птиц и прочими, как удивительно красивыми, так и мало приятными вещами.

За столом сидела пухленькая женщина неопределенного возраста в очках полумесяцах. Наряженная в розовые тона и с кудряшками, собранными под розовый чепчик, она напомнила Майе зефир. Ни рогов, ни острых ушей или чешуи. Ничего, что Майя видела на жителях леса в ночь пира. Швея выглядело довольно по-человечески.

Она сосредоточенно пряла на веретене нить не из чего иного, как из лунного света, что проникал в комнату через круглое окно над ней. Нить выходила тонкой, словно паутина, и слегка сияющей тем светом, что отдает озерная лунная дорожка.

– Госпожа Нитепрядка, – просияла Лаура.

– О, милочка Лаура! – плеснула руками женщина, оставив веретено. – Я ждала вас!

Она что-то произнесла, и мастерскую озарило огнями лампад. Женщина вышла из-за стола, и Майя едва подавила крик. Вместо ног или хотя бы копыт у швеи оказалось огромное паучье тело с ворсистыми лапищами.

Лаура представила побледневшую Майю арахне. Мастерица снова хлопнула в ладони и склонилась в поклоне.

– Ох, для меня такая честь видеть у себя вас, Ваше Темнейшество! – подобострастно пролепетала она.

С трудом оторвав взгляд от огромных паучьих лап, Майя выдавила ответное приветствие.

Нитепрядка захлопотала возле девушек. Первой должны были померять Майю. Лаура подтолкнула девушку к табуретке, и только тогда та вышла из ступора. Нитепрядка почти молниеносно забралась по стене на потолок и стала мерять Майю, веся вверх ногами. Девушка же старалась, чтобы лицо не сильно выдавало паники при взгляде на паучье тело, зависшее над ней.

– Какой любимый цвет у юной княгини?

Майя быстро глянула на отрезок красной ткани на столе швеи. Нитепрядка это сразу заметила.

– Вам пойдет. У меня как раз остался нужный отрезок шелка из лучей алого заката.