Академия нежити. Кафедра неприятных последствий

Размер шрифта: - +

Глава 19.2

— Не тебе уличать меня в обмане. Мне известно о том, что потребовал Игнат за твое воскрешение.

Мы вышли из квартиры и спустились на улицу. Накрывал мелкий дождь, превращая и без того унылый день в окончательную безысходность. Черные тучи покрыли небо и город потемнел, сморщился от пронизывающих ветров.

— Он попросил оставить тебя в покое, чего я не сделал, — понимающе заключил Александр, накидывая на нас заклинание плаща. — Но я не считаю это обманом. Скорее — военной хитростью. Мне нужен был козырь, ибо я никогда не врал, когда говорил об особом отношении к тебе. Ты не готова была остаться со мной по воле сердца, но что запрещено мне подключить к этому небольшое стечение обстоятельств?

Я покачала головой.

— Александр, давай проясним раз и навсегда: я не буду твоей. Нет ни единого шанса, что мне пришлась бы по вкусу роль бесправной куклы. Ты всегда манипулировал мной: когда насылал сновидения, когда заставил бросить Игната, когда заставил меня поверить в то, что между нами есть что-то большее. — Колдун молчал, позволяя мне изрезать наше будущее на ошметки. — Я благодарна тебе за всё и никогда не откажу в любой помощи, если, конечно, она понадобится. Но никакого замужества, никаких совместных сновидений. Я разрываю наш договор, извини.

Он кивнул, и если бы не бесстрастие, сковавшее лицо коркой, я бы решила, что Александр отнесся к моим словам спокойно. Но глаза его опустели, и лицо вытянулось сильнее прежнего.

— Обсудим это позднее.

До академии оставалось чуть меньше километра, и магические барьеры трещали от электрического тока уже отсюда. Повсюду были расставлены защитные щиты, заслоны, капканы на любопытствующих горожан. Создавалось впечатление, что мы заходим в зону военных действий. Я поёжилась.

— Как ты собираешься вломиться туда?

— Зачем вламываться? Попросим впустить нас по-хорошему, — мальчишечья улыбка озарила его губы.

Разумеется, Александр обманул, ибо он не просил и не спрашивал — попросту лупил по военным, которые ожидали отпора, но никак не от того, кого называли величайшим магом современности. В принципе, я требовалась Александру только для красоты, потому что противников он разбрасывал с такой мощью, будто обуздал природный источник.

Первым делом мы отправились в корпус, где проживали преподаватели, чтобы встретиться с Котельниковым. Преподаватель тихо-мирно читал книги в своей спальне и не был доволен, когда к нему вломились незваные гости. Впрочем, увидев Александра, он стряхнул с пальцев чуть не сорвавшееся проклятие, и крепко пожал ему руку. Пахло свежезаваренным кофе, и этот запах казался жутко неуместным в обстановке всеобщего хаоса.

— Что заставило тебя вернуться? В Москве всё нормально?

— Не нормально, но идет по плану, — коротко ответил Александр. — Здесь я оказался нужнее, чем там. Что с Виктором?

Видимо, речь шла о моем декане, и я заинтересованно вслушалась. Котельников рассказал, что его держат под охраной в административном корпусе, куда ход закрыт.

— До меня дошли слухи, будто Виктора и других заговорщиков могут сегодня вечером вывезти в Москву для разбирательств, поэтому я не буду высовываться. — Преподаватель стыдливо опустил взгляд. — Жена, дети, сам понимаешь...

— О да, понимаю, — согласился Александр с несколько брезгливой ухмылкой. — Спасибо за помощь.

Один вид колдуна вызывал во мне трепет. Из него хлестала энергия, он точно был сплетен из чистого гнева и незамутненной ярости.

— Тебя так разозлила трусость Котельникова? —  я едва поспевала за Александром.

— В том числе она. Пока одни готовы гибнуть за общее дело, другие наслаждаются кофе, книгами и своими женами.

Интересно, будь у него семья, променял бы он кровопролитные битвы на малодушный покой?

Декана охраняло несколько магов-силовиков, но Александр расправился с ними как с несмышлёными детьми. Я поражалась силе, которая скрывается за внешней обычностью. Восхищалась той легкостью, с которой он разбрасывается заклятиями. Сама стихия бушевала в нем.

Виктор Иванович сидел в кресле с открытыми глазами и казался ожившим мертвецом. Заморожен. Александр выплел над ним руническую вязь, и дракон ожил. Глаза его заморгали, грудь поднялась и опустилась. Изо рта вырвалось сиплое:

— Что с моей дочерью?

— Она в порядке, — я слабо улыбнулась.

— Отлично. Твоё отчисление обсудим позднее, — сказал декан мстительно и начал обращаться.

Коричневый с белым дракон был величествен и громаден, точно ониксовая скала. Он не вмещался в комнату и закончил трансформацию в прыжке, перешагнув подоконник. Затем выпустил из ноздрей пар и рванул ввысь, исторгнув грозный рык.  

— Думаю, теперь нас никто не остановит, — Александр проводил дракона задумчивым взглядом.

И тут я увидела паутину проклятия, что неслось к нему. Темное нутро пульсировало жаром. Это не было безобидным заклинанием. Нет, то проклятие было призвано уничтожить, обращать плоть в пепел. Как в замедленной съемке, оно надвигалось. Медленно, не неотвратимо.



Татьяна Зингер

Отредактировано: 29.09.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться