Академия Огненной Марии

Размер шрифта: - +

42 глава

      Знаете этот момент, когда резко выплываешь из-за воды? Только что вокруг была лишь она, а в следующее мгновение в легкие наконец проникает воздух. Такое бывает после кошмара, первые мгновения, когда ещё не в силах отличить сон от реальности.

      Именно это случилось со мной — только что я летела вниз с огромной высоты, и странно знакомый голос сказал непонятные слова, и вдруг всё закончилось, я обнаружила себя лежащей на чем-то. Голова сильно кружилась, на лбу чудилось тепло ладони.

      Я заставила себя открыть глаза. Сначала ярко резанула вспышка света, но вот начали вырисовываться предметы: низкий белый потолок с сеточкой трещин, нейтральные желтые обои в светлый ромбик, большое окно с ужасными розовыми шторами… И чем больше мне было видно, тем сильнее начал бить озноб. Вот широкий подоконник, на котором стоит воистину огромный горшок с надбитым боком — я случайно опрокинула его, когда швырялась подушкой в стенку… В нем растет тигровая лилия, которая очень терпко пахнет. Я закрыла глаза, но картинка продолжала висеть перед ними: старый красный ковер советских времен, такой же старый зелёный диван, на котором набросано много подушечек с травами — их горьковатый запах всегда успокаивал меня. Дверь в кладовку завешана той же розовой шторкой…

      Кто мог так жестоко пошутить? И зачем? Это ведь действительно жестоко…

 — Мария, ты в порядке? — скрипучий голос внезапно прозвучал над моей головой, заставив широко-широко распахнуть глаза.

      Не может быть!

 — Ада? — мой голос слегка дрожал, а я до точек перед глазами всматривалась в склонившееся надо мной лицо моей феи, умершей два с половиной года назад.
 — Да, пожалуй, я перестаралась, — вместо теплой ладони на мое чело легла мокрая тряпка. — Дам тебе передышку.
 — Адочка… — от переполнивших меня эмоций начали трястись руки. Я резко подскочила на кровати, отбросив вязаное лоскутное одеяло, и поджала по себя колени. — Что происходит?!

      Фея странно на меня посмотрела, видимо, сомневаясь в моем рассудке, но промолчала. А я же снова попыталась увидеть того, кто прячется под личиной такого дорогого мне человека. Не могла… Но этого не может быть! Ведь еще тогда, перерыв всю её библиотеку, с отчаяньем узнала, что невозможно воскресить умершего…

      Головокружение не проходило, было ощущение, как будто мне резко перекрыли воздух и выпускали теперь по тоненькой струе. Вместе с ним не проходило и ощущение подставы, жестокой шутки.

 — Ты что-то увидела, Черная? — голос феи неожиданно стал грозным. — Что случилось?!
 — Я… Я… — не знаю, что сказать.

      «Адалина, ты умерла».

      Медленно встала на ноги и оглянулась. В зеркале на трюмо отражалась заспанная, перепуганная девочка с растрепанными волосами и в спортивном костюме. Девочка, не девушка! Осознание прожгло меня в одно мгновение, и, поднимая левую руку, я уже подсознательно знала, что Ундины на пальце не будет.

      Это что же получается, кто-то смог возвратить меня обратно? Но зачем, и кто мог сделать фактически невероятное?!

      Если всё вокруг меня реально… Тело, опять же, было немного медленнее мозга. Я доковыляла до кладовки и одним движением открыла старую рассохшуюся дверь.

      В кладовке пахло пылью и вареньем, все полочки были заставлены разнообразными банками с соленьями и вареньями. На самой верхней стояло малиновое, что получалось просто бесподобным и открывалось только на праздники. Я взяла маленькую баночку в руку, отмечая её тяжесть и материальность, и вернулась в комнату. Стараясь не смотреть на фею, взяла лежащую на столе ложку и открыла банку. Зачерпнула малиновой жижи и с опаской отправила в рот. На языке тут же вспыхнул незабываемый вкус детства, а в голове осознание, что это реально… Я реально вернулась! А значит, Адалина ещё действительно жива!

      Так и застыла, с ложкой во рту, когда мир перед глазами внезапно поплыл от выступивших слез. От болезненной ностальгии ухнуло сердце.

      Именно так я всегда помнила этот вкус: малина и соль слёз, что я слизывала с щек. Ада кормила меня «вареньем радости», когда мне было особенно грустно или одиноко. Ада… Адочка!!!!!

      Кажется, я закричала её имя. Кажется, я заляпала слезами весь стол. Кажется, у меня истерика. Но это всё не важно, потому что старые, пахнущие цветами руки вновь обнимают меня, пряча от всего мира.

      Ноги подогнулись, и я упала на колени, не отпуская самого дорогого человека из объятий. Она послушно опустилась за мной, прижимая к себе, согревая не тело — душу, безумно соскучившуюся за её лаской…

      Может быть, мы просидели так целый час, а может, всего пару минут. Я не могла её отпустить, меня била дрожь. Адочка, любимая, дорогая фея, моя радость, мое солнце, жива!!!

 — О Боги, что случилось? — тихонько спрашивала Фея уже в четвертый раз, нежно гладя меня по волосам. — Ну, пошли на кухню, чаю выпьешь и всё расскажешь.

      Послушно встала за феей и пошла на кухню, где не глядя шлепнулась на колченогую табуретку и, поджав под себя ноги, снова уставилась на фею. Она же тем временем зажгла огонь и поставила на него чайник. Несколько секунд смотрела на холодную воду, а потом раздраженно пошевелила крылом и провела ладошкой над плитой. Чайник тут же весело забулькал, и передо мной опустилась красивая расписная чашка с ароматным чаем. Рядом приземлилось блюдце с открытым мной вареньем.

      Обхватила чашку обоими руками и сделала большой глоток, чуть не подавившись от сжавшего горло спазма. Истерика не желала со мной расставаться, но немного притихла, заглушенная ложкой малиновой сказки и взглядом любимых глаз.

 — Так что случилось? — Ада села напротив меня, помешивая свой чай.
 — Я не знаю, как все рассказать, — пролепетала я, прерывая свое бормотание горькими всхлипами. — Какое сегодня число?
 — Двадцатое июля, — пожала плечами фея. И, видимо, почувствовав что-то, добавила: — Тебе четырнадцать.
 — Значит, за один день… — слёзы снова смазали всю картину. — Адалина, завтра… Завтра ты умерла.

      Горло сжало, я оттолкнула чашку и спрятала лицо в ладонях. Чувство вины выпустило свои коготки и снова впилось в мою душу.

 — Неправильно. Завтра я умру, надо говорить, — прервала мои душевные муки фея. — Объясни уже всё нормально, дорогая!
 — Я… Я купила печенье, в котором был яд… Ты съела его и ум-умерла… — воздуха стало не хватать, но я мужественно продолжила: — Ваш мир отвернулся от-т меня, и я прожила два года об-бычным человеком… Ада, ты знакома с ректором Академии Огненной Марии, Рустимом Ситривечем?
 — Он был одним из моих учеников, — кивнула Адалина скорее себе, чем мне. — А откуда ты?..
 — Он нашел меня и перевел в Академию, где с меня сорвало блок и открылся Лёд, — я втихаря вытерла слёзы. — Там столько всего случилось, ты не представляешь себе…
 — Но как ты тогда оказалась в прошлом? — Ада тоже отодвинула свою чашку с остывшим чаем.
 — Я… Я башни сбросилась, — не смотря на ситуацию, слегка покраснела.
 — Зачем? Впрочем, глупый вопрос, я тебя четырнадцать лет знаю, ты всегда любила трагизм.

      Улыбнулась сквозь слёзы и нежно сжала её руку.

 — Ада, ты знала, что моя мама Высшая? — тихо спросила и посмотрела в глаза моей фее. Она многое должна мне рассказать!
 — Знала, — помолчав, призналась она.
 — И мама про тебя правду знала, — сделала вывод я. — Но зачем она меня тогда тебе отдала фактически? Нет, не отвечай… Для того, чтобы ты заблокировала мой дар и научила защищать себя, я права?

      Адалина кивнула, видимо не ожидая от меня знания информации под грифом «секретно».

 — А то, что мой отец дракон? Ага, не знала, — сделала вывод с её округлившихся глаз. — А почему не рассказала, что девочек моих учишь, а, Адалина?
 — Я хотела, чтобы ты относилась к ним просто как к подругам, — пожевав губы, призналась она. — Ты могла бы не относиться к ним так, зная, что они должны будут в будущем защищать тебя.

      Супер! То есть мои подруги обязаны меня защищать?!

 — Я сама себя могу защитить, если распечатать мой дар, — открыла ей «тайну» я. — Правда, не знаю, получится ли без первого кулона и Ундины, но попробовать стоит.
 — Подожди! — подняла руку Ада. — Но, как я поняла, твой дар уже был распечатан?
 — Ну да, — недоуменно посмотрела на фею я.
 — Тогда зачем делать это еще раз? Стоит тебе вернуться, как всё станет по-прежнему.
 — Ада… — я немного помолчала, не понимая, как она не догадалась. — Я не собираюсь возвращаться!



Ари Май

Отредактировано: 15.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться