Академия попаданок. Второй семестр

Размер шрифта: - +

10

 

Да уж, я потеряла свою маленькую способность выходить сухой из воды, то есть быть всегда с мокрой тряпкой. Никакой Отражалки в туалете я не обнаружила и вернулась обратно с повинным лицом и легкой досадой на суслягуха. Джулия с подругами встретили меня радостными улыбками, я в ответ сделала лицо кирпичом и умяла пару тарелок борща. К гамбургеру Джулии даже не прикоснулась, сразу сделав печальное лицо и признав её победу. Проиграно одно сражение, но не проиграна война, а силы и здоровье мне ещё пригодятся для дальнейших боевых действий.

У моих соседок по комнате успехи были более воодушевляющими – они смогли заставить своих оппоненток испытать нежность и злость. Причем Кристина так разозлилась, что полезла на Агапу в драку, отчего подруга со скоростью белорусского партизана забралась под стол и начала ловко отбиваться дуршлагом. Графине всё же удалось утихомирить разъяренную тигрицу, а после поймать Агапу, когда на неё начала снисходить ярость. В ярости Агапа стала похожа на президента своей страны, когда тот распекает и увольняет чиновников. Вот только усов не хватало, да и волос было лишку.

Однако, после всех кулинарных изысков мы оказались в комнате, где я рассказала о появлении суслягуха и о том, что увидела в проделанной дыре.

– Вот честное слово, я думала, что увижу чью-либо комнату или кабинет, а там оказался потайной ход. Узкий, темный и я не решилась туда лезть одна. Может…

– Даже и не думай! – тут же возразила Агапа. – Надо об этом ходе рассказать герцогу! Вдруг там что-нибудь страшное, а мы вызовем его наружу и тогда вся Академия накроется медным тазом? А впрочем, пойдем! Настучим этому страшному по бульбе и пусть валяется униженный и оплеванный! Чего мы ждем? Пойдем прямо сейчас! Где моя боевая лопата?

Графиня сказала, что побочные эффекты от принятия специфических ингредиентов закончатся через час-полтора после приема внутрь, именно поэтому я не обратила никакого внимания на слова вечно спокойной Агапы. В ней сейчас говорила ярость, вызванная Кристиной, и скоро это должно закончиться.

Маньяра улыбнулась улыбкой Моны Лизы и мягко возразила:

– Давайте лучше нарвем полевых цветов и сплетем венки, а после с песнями и плясками спустимся вниз. Мир должен цвести и пахнуть, в мире не должно быть зла. А если нам кто-нибудь встретится там, внизу, то мы поцелуем его и сплетем ещё один венок. Выведем его наружу и затянем в наш дружный хоровод под ласковым солнышком. Мир любит нас…

Да уж, с такими подругами только в разведку идти – одна тут же накинется на противников с яростной бранью, а вторая завалит цветами и поцелуйчиками. Мне пришлось отпаивать обеих чаем с лимоном. Хорошая вещь, очень действенно помогает при легком отравлении разными «специфическими ингредиентами».

Этому способу меня соседка из прошлой жизни научила, Ирка Киселева. У неё муж не пьёт, не курит, занимается спортом, но раз в месяц у него наступал «разгрузочный день», когда он под воздействием легких наркотиков шатался по району и улыбался всем подряд. Вот тогда Ирка вылавливала своего благоверного и насильно вливала в него чай с лимоном. На этот случай у неё всегда был припасен спецтермос, который она обновляла раз в три дня. Муж приходил в себя и позволял себя увести домой. На месяц снова воцарялись спокойствие и благодать.

На удивление, моим соседкам это тоже помогло и вскоре мы вполне серьезно обсуждали ночную вылазку. Ну да, не полезем же мы днем искать на свои попы приключения. Нам ночь и мистику подавай!

Борзян залетел ближе к вечеру, когда девчонок «отпустило». Мы поболтали о том, о сём и попросили его не будить нас такими громкими криками. Борзян как всегда клятвенно приложил руку к выступающему из мощной груди клинку и пообещал шепнуть каждой на ушко пожелание доброго утра. При этом его глаза так хитро поблескивали, что мы тут же поверили и попрощались с никогда неунывающим призраком.

Вечер промелькнул тенью летучей мыши и вскоре в Академии погасли все огни. Наша группа оделась во всё черное и стала напоминать тройку неуверенных в себе ниндзя, которые шугались любых звуков и подбадривали друг друга тихим шепотом. Особенно, когда наступали на пятки.

– Ты уверена, что там ещё осталось то самое отверстие? – шепнула Агапа, когда мы тихонько выплыли из коридора.

– Да, к нам никто не пришел, значит, пока ещё не нашли.

В руках мы несли светящиеся платки, они как маленькие привидения парили в воздухе и освещали путь на пару метров впереди. Удобное заклинание "Фламма" позволяло сэкономить на фонарике, и гаснет от дуновения хозяйки.

Все-таки втроем было не так страшно, хотя мурашки табунами мустангов носились по спине. Молчаливые портреты задумчиво посматривали на нас, будто решали - упасть и грохотом привлечь всеобщее внимание или смолчать и пропустить трясущихся от страха супергероинь.

– Вот за этим портретом и скрывается ход, – шепнула я и показала на портрет с моложавым мужчиной и красавицей-азиаткой.

Агапа подняла платок повыше, и злые глаза мужчины блеснули яркими рубинами, глаза девушки тоже светились отнюдь не добротой. Как я этого днем не заметила? Два страшных человека прожигали нас взглядами, и будь я чуть менее огнеупорной, то остались бы от меня обручальное колечко и две шпильки-невидимки.



Мила Светлая

Отредактировано: 21.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться