Академия Трёх Сил

Размер шрифта: - +

Глава 3

Или даже не так, Хранитель находился здесь столько, сколько существует наш клан. Величайшая драгоценность семьи Сантерн, оберег и символ, источник магии рода.

На вид это было полускрытое в камне сияющее золотое яйцо. Говорили, в минуты опасности для рода оно горит алым, в минуты, когда случается нечто очень хорошее – белым, но я никогда не видела, чтобы Хранитель менял цвет. Может, оно и к лучшему.

Опустившись на колени рядом с матерью, я склонила голову и попросила про себя, чтобы боги и покровители были ко мне милостивы. И чтобы случилось что-нибудь и мне не пришлось бы идти обучаться на «рыбака». Пусть отец передумает. Пусть даже случится большой прорыв, потребуются все воины, даже девушки, даже младшие дочери.

Последнюю мысль я тут же отогнала. Прорыва всё-таки не надо. Хватало и рассказов бабушки: во время её молодости защита города была куда слабее, а твари – куда сильнее и кровожаднее. Прорывы случались чаще, и ни один прорыв не обходился без жертв. Сестра бабушки и её жених погибли в таком. А сколько ещё погибало простого народу – всех не перечислишь. Так что нет. Пусть всё будет хорошо.

Помолившись, я оглянулась на пороге – Хранитель по-прежнему мерцал ровным золотистым светом.

 

На следующее утро мы выехали чуть свет. Я, Лас и Вейс – первый, третий и четвёртый курс Академии. Ехали на телеге, нагруженной сундуками и узлами. Я незаметно поглаживала лежавший рядом большой баул: там, под ворохом одежды, покоился увязанный тряпками Сорванец. Собственно, именно поэтому я и выдвинула матери такое условие: если бы меня собирала она, не видать мне меч как своих ушей.

Отец верхом на лошади провожал нас до заставы. За ней начинались уже дикие земли, бесхозные – в принципе, люди жили и там, но, мягко говоря, несладко. И чаще всего недолго.

Причина была проста – твари Хагоса. Хагос, злое начало, постоянно строит козни людям и создал тварей нам на гибель. Но Нигос благословил людей сражаться с ними и дал нам магию: магию стихий, магию меча и магию исцеления.

В принципе, сейчас мы и правда живём почти безопасно, не то что раньше. К городам и большим дорогам наученные жизнью твари почти не подходят. Почти – за исключением случаев бешенства или гона.

Но простые люди без магического дара, без сопровождения боевой команды, на дорогу всё равно стараются не соваться, вот и мы телепались до заставы, чтобы ехать уже большим караваном, под охраной. Хоть мы были и учениками академии, а Вейс и вообще уже на четвёртом курсе – всё равно ещё не могли считаться полноправными бойцами.

 – Сатьяна, – окликнул меня отец. – Не зевай, прибыли.

Телега и впрямь проехала ещё немного и остановилась перед большим двухэтажным зданием заставы. Сердце ухнуло: вот оно, начало путешествия. Мы выбрались и стали таскать вещи в полутёмное с улицы помещение. Потом отец подозвал меня. Лас и Вейс ушли внутрь, а я вытянулась перед отцом и ждала, что он мне скажет.

 – Вот ты и выросла, дочка, – на плечо легла тяжёлая рука истинного боевика. Отец выглядел странно, как будто пытался подавить смущение или неловкость. – Учись хорошо и старайся.

 – Я бы старалась ещё больше, если бы училась на боевика, – буркнула я.

Он пропустил выпад мимо ушей. Сказал мягко:

 – Я очень хотел дочку. Но как мы ни пытались, рождались только сыновья. И тогда я пообещал твоей матери, что если родится дочка, никогда не стану вмешиваться в то, как она её воспитывает. И ты родилась.

Я промолчала. Про себя только подумала, что зря он это пообещал. И вообще, раз так, лучше бы я родилась мальчиком.

 – Знаешь, мне кажется, твоя мать права. Сражаться в первом ряду – и правда занятие для женщины неподходящее.

 – Замолчи! – хоть нас и приучили, что на родителей нельзя поднимать голос, я всё же не выдержала. Предатель! Хорошо же ему мать мозги промыла!

Не дожидаясь ответа, повернулась и бросилась на заставу. На глазах закипали слёзы ярости. Нет, я понимала, что сейчас уже, наверное, ничего не изменить, не ждала от отца, что он вдруг скажет: «Всё улажено, ты будешь боевиком». Но и того, что услышу набившее оскомину «неподходящее для девушки занятие», не ожидала тоже.

И тут раздался насмешливый голос:

 – Привет, «рыбачка».

Я гневно вскинула голову. Даже не прищуриваясь, в плохо освещённом помещении, я его узнала. Беловолосый вендаец, который заплатил за нас в лавке. Он стоял, привалившись плечом к стене, сложив руки на груди, и сверлил меня с высоты своего роста таким же насмешливым, как голос, взглядом.

– Я мечница! – буркнула я, намереваясь пройти мимо.

 – Ух как страшно, – рассмеялся вендаец. И в следующий миг дорогу мне преградило чужое колено. – Где твой меч, мечница?

Я сузила глаза и просверлила его испепеляющим взглядом. А ему хоть бы хны, стоит, скалит зубы.

 – Я тебя и без меча на обе лопатки положу.



Анна Мичи

Отредактировано: 06.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться