Алчность победит

Размер шрифта: - +

4. Пустыня

Накалённый, от горячих лучей небесного светила, песок лежал барханами и задувался ветрами. Путники ступили на песчаное золото, перед этим скинув в лесу свои доспехи, ибо жар пустыни не щадил никого. Некоторые воины остались в прохладном лесу, счастливчики,  охранять колодец. Мираджейн ещё больше укуталась в тряпки, что лица её нельзя было наблюдать. Родгис шёл поодаль, изредка со злостью посматривая на волшебницу, он не мог забыть такого унижения, и всё-таки в его мыслях таилось: эта чародейка помогла нам найти дорогу, пусть иными методами. Тогда для командира было свято лишь одно, — выполнение миссии, возвращение в гвардию. Крылатое существо шло впереди, нарушая все правила, поставленные вождём племени жителей леса, оттого её взгляд дрожал, и наивное дитя не понимало всей сути. Она ведь даже не задалась вопросом: "А зачем им сокровища?", словно прикаянная, запуталась в жизни. Впрочем, "воры" были рады такой несостоятельности Далли, им было это на руку. Мираджейн лишь переживала иногда, но только потому, что она привыкла переживать за беззащитных существ, выполнить миссию, — вот что стояло на первом плане. И, кажется, видят они в далеке пирамиду, такую огромную, великую, на верхушке красовался камень, что светился, купаясь в лучах солнца. Родгис даже открыл рот от удивления. Неужели? Черпнув сил из колодца самоуверенности, путники побежали к заветному месту.

Очутившись у стен, они развели руками, сломать такую крепь им было не в силу. Мираджейн угрюмо задумалась.

— Я знаю нужное нам заклинание, но для этого мне понадобиться больше сил, нежели я имею, —  с этими словами, Джейн глянула на Далли, что испугано водила глазами.

— Будет вам помощь, я выложусь по полной, — теперь она была уверена лишь в Мираджейн и её благосклонность, надежду, что она заберёт её с собой.

Рыцари столпились вокруг, пока две девушки упёрлись в колени сдавив руки друг друга, тонкий протяжный голос Мираджейн запел: — Призываю к силам бога Шаникса, дай нам сил своих, и будем мы служить тебе с двойным усердием.

Две магии, — прозрачно-голубая и огненно-розовая встретились и обратились в столп энергии, что ударил в небо. Тогда произошло чудо; крупицы пирамиды,  плиты, отсоединялись одна за другой, создавая проход, они были столь огромны, что падая поднимали в воздух песок. Девушки упали наземь, а воины устремились внутрь. Внутренности пирамиды представляли из себя ничто иное, как сеть лабиринтов. Родгис перестал удивляться тому, что у выскочки Джейн на всё найдется решение, он шёл впереди, справляясь с сомнениями, наконец, после получаса хождений, воины очутились в комнате, озарённой лучами солнца. Золото, лежащее на полу блестело, ослепляя глаза путников, в центре, на каменном алтаре возвышалась над всеми богатствами корона, усыпанная рубинами. Родгис отбросив воинов в стороны рванул вперёд, втаптывая золотые монеты грязной подошвой своих сапог. Дрожащими руками он ухватился за сокровище, что было прекраснее всего на свете, и посадил его на голову, тут же восхваляясь собственной доблести. Алая кровь заструилась по его членам, начиная от головы до пят, и если бы один из мужчин не сбил корону, то командир наверняка умертвился.

— Боги милостивые, что это за дрянь! — кричал отмахиваясь от рубинового злата Родгис, судорожно проводил по коже, убеждаясь, что крови нет на его теле. Вопреки всем предрассудкам корона упала в сумку, и была засыпана прочим сокровищем.

Тем временем, из песков, стоя высоко над горсткой воинов и двумя девушками, показался парень, весьма отвратительной наружности: лыс, как скелет, на его черепе отчётливо багровели письмена неизвестного роду; глаза были полностью темны; изорваны ноздри; губы вжаты внутрь; костлявое тело покрыто золотой мантией; кожа неизвестного была темна; всё его существо говорило об одном, — он далеко не друг.

— Кто вы? — задал единственный вопрос парень, вскрикивая громким голосом.

— Мы здесь по приказу королей Зумира и Эзграна, если не хочешь нажить себе неприятностей, оборотись туда, откуда пришёл! — величаво ответил один из воинов, словно приказ каких-то там королей что-то значил для незнакомца. Тот неожиданно искривился в лице, и ноги его, совершенно босы, устремились по горячему песку вниз, прямо на воинов. В руках засияло лезвие, остриё которого прошлось по венам на руке незнакомца, венозная тёмная кровь каплями впиталась в песок, и губы его зашевелились, и загремело небо, и покрылось в тот миг тучами необъяснимо чёрными, как при грозе. Мираджейн и Далли очнулись от столь громкого заявления и с недоумением глядели теперь на противника их. Из песка, точно мумия, восстал воин, похожий на козла. Золотые латы напоминали сказку, а большой боевой молот в его руках напоминал о том, что он всё-таки их противник. Великое оружие ударило о песок, и иглы, кажется, из самого ада размером в 2-3 дюйма опрометью полетели в воинов и девушек-волшебниц. Рыцари, не имея доспехов на груди, ловко увернулись от стремительной атаки, девушки также оказались живы, благодаря воинам.

— Всем рассредоточиться! Роланг, Роберт и Ричард, вы вместе со мной атакуете призвавшего! Остальные... задержите козла по возможности! — молодой воин уверенным взглядом осмотрел своих товарищей, зарычав, что зверь, рванул в атаку, за ним, подражая ему, устремились другие.

— План действий таков, я и Далли применим одно старинное заклинание, на которое уйдёт много времени, мне нужна ваша помощь, дайте нам это время! — Мираджейн схватила Далли за руку, и утащила по дальше от битвы.

— Держи меня за плечи! Закрой глаза! Высвободи всю ту магию, что осталась у тебя! — девочка выполняла всё, что приказывала Мира. И когда огненная пелена окружила обеих, Далли пронзительно закричала, вместе с этим, что-то материальное, небесного цвета вырвалось из Джейн. Огонь объединился с небом. Слились воедино. Вернулись в души волшебниц. Глаза девушек горели, они оказались переполнены силой.



Daos

Отредактировано: 03.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться