Алевтина. Сопротивление бесполезно

53.3

На маленькой террасе кроме него не оказалось ни души, но Ринберг был даже рад своему временному одиночеству.

Пока он наслаждался тишиной, совсем рядом гости веселились на празднике тетушки Боринштейн: музыка, смех, разговоры, перезвон бокалов доносились откуда-то издалека, а терраса была оазисом тишины и спокойствия среди пустыни звуков.

Иван, наконец, смог вздохнуть полной грудью. Вечерний воздух приятно холодил. Именно это ему и было нужно - ясная голова и трезвый расчет, чтобы вывести на чистую воду всех крыс из его окружения.

Спецы Данилевского нарыли много интересных фактов, которыми следовало заняться незамедлительно. Но вместо этого он вёл себя как мальчишка- бегал за приглянувшейся девчонкой, отбивал её у настырных поклонников и ревновал как сумасшедший.

Нет, конечно, она не давала никакого повода, но легче почему-то не становилось - его помешательство на Островской прогрессировало со страшной силой: сначала она ему просто понравилась, потом появилось стойкое ощущение, что они уже встречались прежде, а сейчас Ринберг считал её своей…

Стоило ему увидеть Алевтину в компании Шабарина и Крупельницкого, как всё его хвалёное самообладание испарилось за секунду.

- Какого чёрта эти двое себе позволяют?!- подумал Иван, напрасно он пошёл на поводу у тётушки Боринштейн и оставил с ней девушку.

Мужчины, сменяя друг друга, стремились придвинуться поближе к Островской и нашептать что-то в её аккуратное ушко. Они, словно голодные волки вокруг трепетной лани, кружили около Али. Для Ринберга наблюдать за их потугами со стороны было просто невыносимо. Что-то первобытное взыграло в нём: он вышел из себя и потащил Алевтину танцевать, хотя уже тысячу лет сам этого не делал.

При воспоминании об их танце Иван невольно улыбнулся. Жаль, но долго наслаждаться тишиной ему не довелось, именно в такой приятный момент его одиночество было грубо нарушено.

За спиной раздались тяжелые шаги, и Ринберга довольно бесцеремонно окликнули:

- Эй, зажигалки не найдется?

- Нет,- без раздумий ответил Иван, всё ещё погруженный в приятные мысли об Островской.

Мужской голос показался ему знакомым, и Ринберг повернулся, чтобы проверить свои предположения.

- Да уж…- хмыкнул Шабарин, окинув его неприязненным взглядом.- У таких снега зимой не допросишься…Жалко что ли?

- Не курю,- равнодушно бросил Иван.

- О, да это же Ринберг весь такой положительный правильный,- наконец-то рассмотрел его Юрий.

- И?..

- И ничего удивительного - спортсмен и зожник,- последние слова Шабарин выплюнул, будто грязное ругательство, хотя язык его при этом немного заплетался. И когда, спрашивается, он успел так набраться?

- Юрий, Вы пришли сюда для того чтобы поговорить о моём образе жизни?

Спокойный, скорее даже безразличный, тон Ивана подействовал на Шабарина, как красная тряпка на быка.

- О-о-о…Вы только посмотрите- сколько превосходства… Думаешь победил?- всё больше распалялся Юрий.- Рано радуешься. Бабы есть бабы, на всё пойдут ради своей любви!

Дальше вслушиваться в весь этот бессвязный бред, который так увлечённо нёс Шабарин, Ринбергу совершенно не хотелось, но уйти, не дождавшись Алевтину, он тоже не мог. Не хватало ещё оставить её один на один с этим субъектом.

- Правда, она у них разная: у кого к деньгам, у кого к людям… Вот таким однолюбкам как Островская чувства подавай,- с издевкой протянул Юрий.- Что молчишь?.. А, ладно, я всё равно должен тебя разочаровать. В жизни Тинки великая любовь уже была, и это не ты.

С одной стороны, Иван вроде бы понимал, на что намекает его собеседник, а с другой, отчаянно не хотел ему верить.

- Как же так? Такой осторожный человек- Иван Соломонович Ринберг- и не проверил людей из своего окружения?- мерзко рассмеялся Шабарин, как никогда довольный своими вопросами.- Не веришь? Давай, спроси её сам, как умница Островская после успешной карьеры в Москве снова оказалась в этой глуши…

- Что значит снова? – вытолкнул из себя Ринберг.

- А то и значит. Помнишь, семь лет назад у вас был гениальный проект жилого комплекса с федеральным финансированием?

Иван кивнул и ошарашенно уставился на него.

- Тинка тогда работала в банке, это она слила подробности вашего проекта, и мы смогли перебить вашу цену в тендере. Помнишь, как вы с папашей рвали и метали, требовали наказать виновного?

Нет, это просто не могло быть правдой! Но Шабарин говорил с такой гордостью, что кое-какие сомнения в душе Ринберга ему всё же удалось посеять.

- Пить, Юрий надо меньше, чтобы сказки не рассказывать. Зачем ей это?

- Догадайся сам, это же так просто! Потому что она любила и любит меня. Вон даже сына мне родила.

Иван отрицательно показал головой.

- Не веришь? Ладно, смотри,- он ткнул пальцем в экран телефона, немного покопался, а затем сунул Ринбергу в лицо фото, на котором сам Шабарин обнимал улыбающуюся девушку: тёмные очки скрывали почти половину её лица, а короткие рыжевато-золотистые пряди, выбивающиеся из стильной укладки, игриво разбросал ветер.



Айрина Голосова

Отредактировано: 13.01.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться