Алхимик

Отцовский долг

Они стояли в большом тронном зале, перед императорским троном. Трон был наполовину деревянным, наполовину металлическим, умело переплетая оба материала. Престол был просторный и простой, не украшенный ни драгоценными камнями, ни золотом. Но от него исходила некая энергия – неосязаемая, невидимая сила, которую чувствовал любой человек, оказывающийся перед ним.

Он распологался прямо посередине огромного тронного зала: помещения, длинной никак не меньше сотни метров, а шириной чуть больше десяти. Потолок, возвышающийся над всеми входящими, был полностью расписан картинами, свидетельствующими о величии Севера и его истории: только-только зайдя в тронный зал и подняв голову, можно было разглядеть сцену пришествия первых людей, пиллигримов, на материк Арденот, ставший их родной землей. Идя дальше, можно было видеть карикатурные сцены создания королевств Севера, войн, великих открытий, и, наконец, недалеко от трона, сцену образования единого королества Севера - сцену, что произошла чуть более пятидесяти лет назад, где каждый из трех правителей Севера скрещивает мечи, знаменуя этим начало новой эры. Правда, любоваться красотой стоило осторожно – засмотревшись на работу мастеров, можно было ненароком забыться и неожиданно для себя оказаться около королевского трона - в запретной зоне, пять на пять метров, куда ступить могли лишь те, кого король подзывал к себе лично.

Потолок подпирали могучие колонны, называемые в народе «белыми исполинами», которых в тронном зале было около ста штук. Когда Лео бывал здесь, он любил прикладывать руку к одной из колонн и закрывать глаза: он чувствовал, как древняя, монументальная сила этого места,  сила памяти и непостежимого человеческого труда, наполняет его.

Лео и Аалекс стояли на границе запретной зоны. Около пустого трона короля находились два гвардейца в красных плащах. Личная гвардия короля – отборные бойцы, самые преданные люди королевства. Стать гвардейцем в красном плаще было практически невозможно – требовалось многие годы верой и правдой служить королю, добиваться выдающихся достижений на службе, в совершенстве владеть различными видами оружия и, самое главное, быть всецело преданным. Говорят, прежде чем принять человека в красную гвардию, самой последней ступенью был психологический тест, «тест на верность» - никто не знал, правда ли это и в чем он заключается. Естественно, это порождало сотни самых невероятных предположений и небылиц. Одни говорили, что кандидата накуривают до беспамятства разными травами, от которых от неспособен на обман, и узнают все самые сокровенные тайны и секреты. Другие, что три дня и три ночи человека пытают жуткими способами, и если он не раскалывается и не сдается, то считается, что он прошел испытание и может вступить в гвардию. Третьи – что солдата запускают в зал, полный самых развратных шлюх, а он не должен к ним притрагиваться. А четвертые – что эти самые развратные шлюхи и пытают солдат три дня и три ночи. Пятые, шестые, и так далее. Говорили, тем, кто не прошел испытание, стирали память или, и того хуже, навсегда выгоняли из страны или даже убивали.  Впрочем, верить в это можно было настолько, насколько позволяла ваша фантазия. Лео, к примеру, в эту чушь не верил – скорее всего, король и члены красной гвардии были причастны к тому, что вокруг этого ритуала было столько слухов самой разнообразной степени безумия – так почти невозможно было поверить в правду, даже если бы сам король лично тебе ее рассказал. Впрочем, Георг, старый друг Лео и Аалекса, помнится, очень проникся идеей со шлюхами.

Короля еще не было, и Лео с Аалексом молчаливо стояли, озираясь по сторонам. Лео с удовольствием поболтал бы с ребятами из красной гвардии, посколько лично был знаком со многими из них, но когда они стояли в королевском карауле, то есть, непосредственно у королевского трона, они не могли разговаривать. Да и в этот момент на них были маски, и понять, кто именно сейчас был перед ним, знакомый или нет, было нельзя. График караулов также был хаотичным – он тасовался, как карты в колоде, и не поддавался никакой логике.

Прозвенел звон колокола – бам, бам, бам. Двенадцать бамов – значит, полдень. Что ж, благо они пришли вовремя, а не как в прошлый раз, когда Лео тоже пришел к королю в полдень – но только неделю спустя, так как чуть не погиб, телепортировавшись не в Рос-Ильхаг, а в болота, прямиком в руки кучке разбойников, которые где-то раздобыли столь могущественный артефакт, как «направитель телепортов», количество которых в мире можно пересчитать по пальцам одной руки. Раздобыть то разбойники его раздобыли, но даже не поняли, что у них в руках, и просто бросили у себя в логове и случайно активировали. Потому что, когда Лео перенесся к ним, они явно не ожидали его прибытия. Повезло еще, что первым был он, а не кто-то более беззащитный – хотя, в этом мире беззащитные люди не телепортируют, как позже заметил Аалекс.

Это был последний раз, когда он разговаривал с королем, а позже исчез на три года, потерявшись в путешествиях, поисках и времени. Изучая мир и безуспешно пытаюсь найти Магдалену.

Массивная железная дверь слева от трона открылась, и из нее показалась маленькая процессия, во главе которой шел король. Король Стефан, мужчина, приближавшийся к своему пятидесятилетию. Седина уже начала трогать его каштановые волосы и небрежную, средней длины бороду, но пока делала это скромно. Король по-прежнему имел могучее телосложение, уверенную походку и два шрама на лице, красноречиво намекающие о великом боевом прошлом. Одет он был, впрочем, как и всегда, по-походному, вернувшись с очередной поездки. Сапоги были в грязи: похоже, король прибыл, и, не переодеваясь, сразу же направился к ним. И прибыл он не один.