Алиса в стране любви, или как я влюбилась в препода

Глава 3.

Алиса

Я с умиротворением стояла на месте и смотрела в одну точку. Глаза не хотели закрываться. Приоткрытая от сквозняка дверь ударялась о стену. Казалось, сердце припало к грудной клетке. В ушах отчётливо раздавался каждый его стук. Сейчас кабинет истории представлялся клеткой. Вроде бы простор вокруг, огромный кабинет для двоих человек, бери что нужно, да иди. С другой стороны я будто была за железными решетками. Полуоткрытая дверь не выпускала меня наружу. Непослушные ноги вспотели. Я продолжала покачиваться на одном месте, так и оставаясь сидеть.
 

— Сушина, Тихонова, — нас окликнул монотонный голос пожилой уборщицы, — вы заснули что ли? Мне кабинет закрывать нужно.
 

— Выходим мы, выходим, — я пришла в себя и быстро закинула дневник в сумку. — Выходим, — повторно пробубнила себе под нос, не обращая внимания на укоризненный взгляд женщины.

— Так, Алис, я тебя буду ждать на стоянке, — меня окликнула Маша. — Мне просто к Гальке зайти нужно, — Галькой она называла нашу учительницу по экономике, Галину Александровну Беляеву.

Я выбежала за дверь и быстро помчалась вниз по лестнице. Сердце бешено колотилось.

На улице вовсю плясали солнечные лучи. От них было тепло, как летним днём. Но только вокруг меня со всех сторон была мрачная тень, возможно, мне всего лишь казалось. Она будто проникала в тело иглами. Меня захлестнули страх и беспокойство. Я ощутила себя маленьким ребенком, который сейчас будет жестоко наказан за то, чего не совершал. Я неосознанно дёрнулась. Потом медленно оторвалась от стены и двинулась к месту, где секундой ранее толпился народ.

Неужели этот мотоцикл принадлежит ему? Мне стало интересно, почему учитель такой придурок, и что он на самом деле забыл в школе. Ему место в цирке. Признаюсь, Максим, или как его там, раздражал меня с первых секунд знакомства. Да, я была немного заинтересована в нем, но это только из-за моей тяги ко всяким ненормальным. Что поделать.

— Так это ваш мотоцикл? — хмыкнула я, проводя пальцами по рулю. — А я-то думала, кто же оставил эту развалюху прямо у порога? Стоило бы поставить его в школьном дворе. Место как-никак охраняемое, — сарказм лился через край.

Учитель на протяжении всей моей речи ядовито наблюдал за торопящейся куда-то мухой. Я, конечно, понимаю, что не всем приятно слушать мои претензии, но открыто игнорировать меня — перебор. Обидно как-то.

— Ах, Сушина, — он прикусил губу, и от этого жеста меня затрясло. Будто не с учителем разговариваю, а с каким-то фокусником, который одним щелчком пальцев может околдовать меня и вынудить делать то, что его душе будет угодно. И это меня очень напрягло.

Кириллов — фамилию я запомнила. Он приходился сыном добродушной и преданной работе директрисы. Как у такой милой женщины вообще мог быть такой сын? Он нехотя поднял на меня взгляд, переполненный равнодушием, и хитро усмехнулся. Следующие слова были как удар молотка по голове.

— Хочешь, потрогай, — он говорил тихо, почти шептал. Я вздрогнула. Да что происходит в конце-то концов? Максим хлопнул по поверхности своего мотоцикла, я повторила за ним и мысленно подумала, что транспорт не так уж и плох. Не такой, конечно, как мой, но всё же. Цвет такой ярко-салатовый, фуксия. Я улыбнулась. И не потому, что историк улыбался, а потому, что было смешно смотреть на восхищённое лицо вовсе не полюбившего мне учителя.

— Максим… — я замолчала, забыв его отчество. Руки были сомкнуты в замок. В таком положении я обычно находилась тогда, когда меня что-то не устраивало. Да, понравился мне его мотоцикл, но я не признаю этого ни за что.

— Александрович, — понимающе представляется молодой человек. — Кириллов Максим Александрович.

Я вообще-то просила только одно слово, а он мне несколько раз настойчиво повторил свои фамилию, имя и отчество. Я выдохнула и недовольно пробурчала:
 

— Максим Александрович. Хорошо, запомню. Я по поводу Екатерины II хотела с вами поговорить, — учитель внимательно посмотрел мне в глаза, пытаясь отыскать возмущение, которое я не позволила себе проявить из-за воспитания, которого у меня почти нет. От его зеленых глаз исходил дьявольский огонёк.

— Я тебя слушаю, Алиса, — от такого голоса, пониженного на несколько тонов, я хотела закричать, чтобы он заткнулся. Дайте мне иголку и нитки. Максим, дайте их, и я зашью вам ваш прелестный ротик, спрятав ваш язык за зубы. Ненавижу, когда люди специально делают вид, что им интересно, а сами даже не слушают.

— Хорошо. Почему вы дали домашнее задание только мне, когда существуют остальные двадцать семь бездельников? — улыбка ушла с моего лица.

— Понимаешь ли, Алиса, я бегло просмотрел твои оценки и понял, что ты у нас не так хорошо знаешь историю, — я выжидающе уставилась на него. — Поэтому я принял решение дать домашнее задание тебе единственной, так как для тебя это не будет лишним, верно? Заодно пятёрку заработаешь, если, конечно, пятёрку.

— Ладно, — ядовито прошипела я. — Тогда во-вторых, я не могу подготовить доклад о моей любимой Катерине, — я начала перебарщивать, поэтому учитель заметно напрягся.
 

— На это есть причины? — бесчувственно потребовал ответа учитель. И правда, как я к людям — так и они ко мне. Все начиналось милой беседой, а закончилось душевным заболеванием.

— У меня у брата день рождения будет… — мне не дали договорить. Для Максима, видимо, перебивать людей было обычным делом.

— И поэтому, Алиса, ты не подготовишься к уроку? Не вижу в этом основательной причины.

— Для меня этот человек имеет огромное значение, поэтому я допоздна проведу время с ним.

— Брат то или сват, — пропел он, будто я в чём-то провинилась, — меня не особо волнуют твои проблемы, возникающие вне школы. Поэтому, как бы то ни было, Сушина, ты обязана подготовить доклад о Екатерине второй, иначе получишь заслуженную двойку.

Я сжала кулаки. Впервые в жизни у меня возникло желание набить морду учителю. А этот Максим тот ещё фрукт, и не такой мягкий, каким я приняла его на первый взгляд. Я думала он пошлёт меня сразу, а он стоит молодцом. Честно, я недооценивала его. Я планирую с ним поиграть, но главное, чтобы игра не вышла из-под контроля.

— Но я правда не могу подготовить доклад… — угадайте, что он сделал? Перебил. Не сомневаюсь, что его друзья какие-нибудь готы или сатанисты.

— Алиса, вопрос закрыт. Я жду доклад на следующий урок, — было видно, что мужчина был категоричен и не переубеждаем. Мне кажется, или он взаимно ответил мне неприязнью? — Ещё вопросы есть, Сушина?