Алиса в Замужикалье

11 Глава. 4 часть

– Да погоди ты ерепениться, вот дерзкая какая! – всплеснула руками Доля. – Разве  я сказала, что  тебе придется зельем дракона опаивать? Ты просто передашь зелье мытарю. У тебя как раз завтра урок  плетения страхов. А преподаватель  – главный помощник Ангела Смерти мытарь  Халом-Балагот. И пока ты  вопросами сыпать не начала,  поясню я тебе, в чем заковыка. Сама я не могу ничего у мытарей брать и им отдавать. Я ведь Доля. Удача то есть, по вашему, по современному. А  мытари – слуги страха. Разве может Удача со Страхом дружить? Ты  черепушку-то под блондинистой гривкой напряги!  В Ковре Миров всё, девица, мудро разделено.  Не нами заведено и не нам  отменять. Так что бери зелье, повесь бутылочку на шею, под одеждой спрячь. А мытарь сам улучит минутку, чтобы  у тебя   волшебное снадобье забрать.

– Ну ладно, – вздохнула я, надевая  на шею цепочку с  бутылочкой.

Как  обычно: главное я должна делать сама. И почему меня это не удивляет? Феячь-не феячь,  а если на роду написано быть тягловой лошадью, то никуда от этого не денешься.

– Слово какое странное: мытарь. Если он служит Ангелу Смерти, то это считается мытарством? Так ведь? Мол, жизнь у него тяжелая?

– Ах ты, бедняжка! – всплеснула руками Доля. – Сиротинушка моя горькая. Совсем, видать, в школу не ходила, да?  Мытарь – это сборщик податей. Ну вроде налогового инспектора по-вашему, потому что мыт – это и есть подать, налог, то есть. Мытари Ковра Миров  собирают налог на страх и передают его Ангелу Смерти, который питается страхом.  У людей ведь как: у  кого-то страха больше, у кого-то меньше.  Оттого и хаос может приключиться. Вот мытари и следят, чтобы страха во всех мирах было поровну. Иногда они дают  человеку страх,  если  он смелый, и отвага его Судьбе мешает. Иногда ведь нужно испугаться и отступить, а он прёт напролом, потому как страха не ведает.  И ему  боязни-то и не хватает, чтобы он сделал  или, скорее всего, не сделал то, что  Фатумору нужно.  Иногда  мытари забирают   лишний страх у тех,  что шарахаются от каждой тени, тоже когда нужно,  чтобы они свои страхи преодолели.  И вот так мытари распределяют страх между людьми, а излишки отдают Ангелу Смерти. Без страха Смерть не может существовать. А  без Смерти и Жизни нет.

Я почувствовала, как по спине поползли мурашки. Значит…

–  Все эти случаи, когда обычные люди вдруг совершали подвиги, это…

– Мытарь, – кивнула Доля. – Это мытарь стал за их спиной и забрал у них страх, чтобы они сделали то, что Судьбе нужно. Потому что за спиной каждого человека всегда стоит невидимый и безмолвный мытарь.

– Но ведь герои обычно погибают, –  сухой ком встал  поперек горла.

– И становятся новыми мытарями, – тихо ответила Доля. – Поэтому они – единственные существа во всем Ковре Миров, которые не боятся драконов, Смерти и даже самой Судьбы.  Теперь понимаешь, почему зелье  Горалу может передать только Халом-Балагот?  Он ведь дракона не  боится.  А вот дракон  каждый раз испытывает страх, когда видит мытаря. Поэтому, если мытарь его пригласит выпить,  то ректор не сможет отказать.  А там уже  мытарь тихонько подольет зелье дракону в вино. А ты  пока при помощи фамильяра будешь искать заклинание, что активирует зелье.

 Раскиндык…гхм… меня переполняют разного рода эмоции! Заклинание найди, дракона охмури. Где-то я уже это слышала? Ах, да. Это же Золушка:

Посади среди цветов сорок розовых кустов,

 и пока не подрастут,  подметай дорожки тут.

Это не Замужикалье нет, это какие-то магические каторжные работы. Эх,  Рублевка моя, Рублевочка, где же ты?  Все, что о тебе теперь напоминает – это моя единственная радость в жизни: нормальные трусы. Родные мои  бикини вместо  растреклятых панталон. И хотя их и не видно под широкими юбками, но мою душу они согревают там, под платьем.

… Студентки академии особой пунктуальностью не отличались. Что неудивительно: часов в академии не было. А главным будильником работал Камцан, регулярно подгоняя всех  визгливыми криками, щедро сдобренными матерком. Поэтому на уроки  многие студентки опаздывали, и первые пару минут дверь  непрерывно хлопала,  впуская новую порцию  припозднившихся.

Но урок плетения страха был исключением. Мы с Дейной и Акавишей пришли   в класс  мытаря в разгар перемены и удивленно застыли на пороге.  Все студентки чинно сидели  за столами. Мы оказались последними. И что примечательно:  в классе царила тишина. Изредка она прерывалась тихим шепотом.

– Что-то мне как-то не по себе, – поежилась я,  раскладывая на столе учебники. – Прямо не класс, а какое-то смиренное кладбище. Какого иглесиаса? То есть, их поведение не соответствует мои ожиданиям.