Аллея любви

Часть седьмая

Николай некоторое время не двигался, прислонившись к дверному косяку. Для Ани было уже неважно, извинится он или промолчит. Напряженный взгляд  горящих глаз не оставлял никаких сомнений. Казалось, что они простояли так целую вечность, глядя друг другу в глаза. Для Ани было неожиданностью ощутить, что, ничего не опасаясь, она была по-настоящему взволнована и возбуждена этим неожиданным вторжением, ожидая от Николая решительных действий. Но вместо этого  он извинился, что напугал ее, и объяснил  свой визит тем, что забыл свой бритвенный прибор.

При этом его голос казался Ане язвительным, с поддевкой, как будто Коля старался дать ей понять, что разгадал ее хитрость. Ведь, если бы она не ждала его возвращения, то не оделась бы так вызывающе соблазнительно. Но вслух он сказал другое:

- Когда я уйду, советую тебе проверить, хорошо ли все закрыто. Окажись здесь другой… - когда он улыбнулся, стало очевидным, что он все-таки сильно взволнован.

- Так вот, если бы кто-то увидел тебя в таком виде, особенно при столь интимном освещении, я очень сомневаюсь, что он повел бы себя так же благородно или глупо, как я. – И через минуту добавил: - Независимо от того, был бы он на тебе женат или нет.

Дверь за ним закрылась, Аня почувствовала себя оскорбленной. Как он мог заподозрить ее в желании его соблазнить! Но перед ее мысленным взором стояли его горящие глаза, она вспоминала его напряженную позу, легкую улыбку на губах и не могла справиться с охватившим ее волнением: ноги ее дрожали, вена на шее пульсировала так, что ей пришлось прижать к горлу ладонь, а душу охватило разочарование, которое никак нельзя было себе объяснить. Слезы брызнули из ее глаз и с чувством нестерпимой обиды на то, что он мог подумать, что она заранее отрепетировала эту сцену, да еще и интимное освещение устроила, Аня легла спать, проверив все-таки, закрыта ли дверь.

Утром никто не стал заострять внимание на странной брачной ночи, проведенной молодоженами в разных комнатах. На Ане был строгий белый костюм из кримплена, купленный заранее для второго дня свадьбы, но, по сути, она вполне могла оставаться в свадебном платье и белой фате, потому что все еще оставалась невинной девушкой, будучи второй день замужем. Николай встретил ее, как ни в чем не бывало, радостной улыбкой и нежным поцелуем. Его жгучие карие глаза восхищались Аней, и всем своим видом он будто восклицал:

- Посмотрите-ка, эта красавица – моя жена!

Времени до отъезда оставалось мало, поэтому решили спать совсем не ложиться. После полагающегося застолья ушли гулять по «аллее любви» с компанией самых близких друзей. Веселились, шутили, сидели на любимой скамейке, спускались к реке в Нижнем парке, любовались огненным закатом. А когда снова вернулись в «аллею любви», к ним вразвалку подошел известный в то время в городе насильник и садист Славик Кондрыкин. Его долго не было видно, по слухам он сидел в тюрьме. Это был тот самый Славик Кондрыкин, который после второй своей отсидки за изнасилование, благодаря своей брутальной внешности, ухитрился жениться на молоденькой красавице. А вскоре после свадьбы подвесил свою молодую жену за ноги к потолку и побрил ее, оцепеневшую от страха, острым ножом насухую, не оставив на всем теле ни единого волоска. В таком виде она бежала по улицам Зеленокумска, пока добрые люди не помогли ей, не успокоили, не вызвали милицию, чтобы этого монстра снова посадили в тюрьму.

Первое наше столкновение с этим негодяем произошло в начале того лета, когда она на танцах впервые познакомилась с Толиком. Тогда еще шли занятия в Анином техникуме и с ней на выходные приехала  красивая подружка, с не менее красивым именем Аделина. Аня привела Аду на танцы в Нижний парк, чтобы показать однокурснице, как отдыхает наша молодежь. И тут на нашу беду оказалось, что Ада понравилась Кондрыкину. Он ни на шаг от нас не отходил, приглашая ее на каждый танец. Кое-как нам удалось объяснить гостье, что из себя, на самом деле, представляет этот рослый, красивый, хорошо одетый бандит. Следующий танец Ада отказалась танцевать с Кондрыкиным, тот стал цепляться к ней все более грубо, все более нагло и Аня, заботясь о своей гостье, вежливо попросила оставить ее подругу в покое, раз она не хочет с ним танцевать. Размахнувшись, этот садист ударил Аню по лицу. С нами не было наших парней, некому было за нас заступиться, и мы вынуждены были просто уйти.