Аллоды онлайн

Размер шрифта: - +

Глава 5. Обитель мертвых

      По обшарпанному потолку скакали неровные тени — Грамотин читал книгу, подсвечивая себе волшебной палочкой. Он перебрался к нам и занял кровать слева от меня, поближе к окну. Справа посапывал Орел, то улыбаясь, то хмурясь чему-то своему. У меня же сна не было ни в одном глазу, хотя усталость давала о себе знать — болели мышцы, в голове шумело и не было даже сил раздеться и снять обувь. Очень хотелось пить, но я просто лежал обуреваемый жаждой, бездумно глядя в потолок на танец красноватых теней.
      Вскоре Грамотин захлопнул книгу и погасил свет. В темноте смотреть стало не на что и я начал перебирать вереницу событий последних дней: мое чудесное спасение, втянувшее меня в битву Империи и Лиги за прибор, который может изменить баланс сил, сместить хрупкое равновесие в пользу той стороны, в чьих руках окажется работающий телепортатор… Я сжал в руке прибор, с котором не расставался ни на минуту, и почувствовал его тепло. Мне пока что не хватало смелости им воспользоваться и я все оттягивал этот момент, как будто у меня еще были шансы выпутаться из этой истории и остаться в стороне от ее дальнейшего развития. Когда я мечтал вступить в ряды Имперской Армии, я думал о прямых схватках с противником, а не о том, что стану предметом научных исследований. А что если этот телепортатор расщепит меня в пыль и разнесет по всему Сарнауту? Заканчивать так свой век мне совсем не хотелось — я предпочел бы умереть в схватке лоб в лоб с противником, чем кануть в небытие из-за сбоя в работе чего-то такого, о чем я не имею ни малейшего представления. Хотя Ринат Мишин, хранитель стационарного портала, сказал, что почувствовал какой-то отклик, когда настраивал телепортатор. Вот если просто сжать в руке прибор и представить, что мне очень нужно попасть в здание городского комитета…
      — Что… Святой Незеб… что это… Откуда, черт побери, вы взялись?! Кто вы такой?! МИЛИ-И-ИЦИЯ!..
      Пару секунд я ошарашено озирался по сторонам — по всем признакам я находился в районе Старой Площади, стоял в центре площадки телепорта, а рядом визжал его хранитель, истерично тыча в меня пальцем.
      — Да тише ты, чего орешь как резаный… Телепортировался я…
      — Откуда?! Ты не с нашего телепорта… ШПИОН!.. МИЛИ-И… Постой-ка, я тебя знаю… Ты же Имперец-Который-Выжил?
      — Ну…
      — Тогда ты… О-о-о! Я понял! Персональный телепортатор! Ты телепортировался не со стационарного телепорта! Верно?!
      — Угу… мне бы теперь…
      — Так это же здорово! Нужно немедленно доложить наверх! Такое событие! Что же ты сразу не сказал? — хранитель схватил меня за плечи и начал ощупывать, слово желая убедиться, что я не призрак.
      — Да я…
      — Подожди-ка здесь минутку. Это дело не терпит отлагательств! Я свяжусь с Извилиной сейчас же!
      — Куда… ночь ведь…
      — Какая ночь? Ты представляешь, как это важно?! Стой здесь!
      Хранитель исчез в неизвестном направлении, оставив меня одного возле телепорта. Я, будучи безоружным, чувствовал себя голым и беззащитным. Однако, на улице было тихо и приближение кого бы то ни было я бы услышал.
      — Ты из портала? — минут через двадцать закричала Извилина на всю улицу, нисколько не смущаясь ночного времени суток. — Или хранитель просто уснул и не заметил, как ты подошел?
      — Да нет же! — воскликнул тот. — Говорю вам, он телепортировался… как будто из ниоткуда. Ни с одного телепорта не было сигнала…
      — Я так и знала! — запричитала Марта, тоже схватив меня за плечи и встряхнув. — Ура, получилось! Все-таки я утерла нос этим дохлым занудам. Хадаганские ученые — самые ученые… ученые в мире!
      На ней был наспех накинутый плащ, распущенные волосы свободно рассыпались по плечам и спине — было видно, что хранитель портала поднял ее с постели, но, надо отдать ей должное, заспанной она совсем не выглядела.
      — Интересно, это открытие потянет на Государственную премию? Но потом, все потом! Сейчас мне срочно нужно садиться за отчет! Где прибор?
      Марта забрала у меня телепортатор, внимательно осмотрела со всех сторон, широко улыбаясь и не переставая возносить хвалу ученым.
      — Отлично! Замечательно! А теперь расскажи мне все в подробностях…
      Я попытался в деталях передать, что и как я сделал, чтобы попасть в район Старой Площади, но это все равно не заняло много времени — ведь по сути я не сделал ничего особенного. Однако, Марта так и сяк пыталась у меня выманить еще какие-нибудь мелочи, которые могли быть важными. Когда она, наконец, оставила меня в покое и унеслась писать свой отчет, моя голова раскалывалась от ее трескотни. Мы остались с хранителем вдвоем. Он смотрел на меня с таким восхищением, как будто я только что самолично повторил все подвиги Незеба.
      — Я могу телепортировать вас обратно… в каком районе вы были? — спросил он, снова перейдя на «вы».
      Я хотел было вернуться к Триумфальным Воротам, но мои веки вдруг отяжелели и неимоверно захотелось спать. Я представил, сколько мне еще нужно тащиться от площадки телепорта до дома — сонным, уставшим и безоружным… Ночка была теплой и безветренной, воздух свежим и решение пришло как-то само.
      — Слушай, я тут у тебя вздремну чуть чуть на лавке… Приглядишь, чтоб милиция не забрала? — последние слова я произнес уже в полудреме…, а может мне приснилось, что я их произнес. Но не успел я окончательно провалиться в сон, как надо мной раздался возмущенный голос Кузьмы:
      — У тебя совесть есть?!
      — Нет, — промямлил я и попытался перевернуться на другой бок, за что тут же получил в ухо.
      — Просыпаемся, тебя нет… Мы уже в милицию собрались идти, да решили лучше к Правдину, вдруг тебя лигийские шпионы похитили… Вставай!
      Орел тормошил меня за плечо и через несколько минут я сдался и открыл глаза. К моему великому удивлению, было уже светло, хотя я был уверен, что прошло совсем мало времени.
      — Как ты тут очутился? Мы даже не слышали, как ты уходил! Мог бы и предупредить…
      — Я телепортировался.
      — Но… погоди, персональный телепортатор? Значит… у тебя получилось?! Но почему нас не предупредил? А если бы не получилось? Где бы мы тебя искали?..
      — Да прекрати ты кудахтать! Я сам не ожидал, что получится, а потом лень возвращаться было.
      — Ну, все хорошо, что хорошо кончается, а теперь к делу…
      Я с удивлением увидел, что начальник таможни тоже здесь.
      — Нам нужно срочно встретиться с Хранителем Правдиным, — сказал он. — Я подготовил кое-какое донесение, очень секретное. Армия разберется! Думаю, что мы на пороге раскрытия большущего заговора. Но мы спасем Империю!
      От его пламенных слов я проникся, однако на лице Орла все еще сохранялось недовольстве от того, что ему не дали повозмущаться еще. Грамотин же был абсолютно спокоен, подтянут и всем своим видом показывал образцовую готовность.
      Здание городского комитета не смотря на ранний час уже было наполнено людьми. Мы стояли в вестибюле, в ожидании майора Правдина, за которым был отправлен шустрый посыльный, и я постоянно ловил себя на мысли, что мне хочется убраться отсюда поскорей, пока на меня не наткнулась Марта Извилина со своим телепортатором. Я очень надеялся, что дальнейшие испытания прибора обойдутся без меня.
      — Олег Анатольевич! — воскликнул таможенник, едва Правдин вошел в вестибюль. Несколько человек обернулось на его возглас. — Наконец-то, Олег Анатольевич, у меня для вас есть срочное донесение!
      — Здравия желаю, — по военному отчеканил Правдин, по очереди пожав нам руки. — Мне передали, дело не терпит отлагательств… Вы нашли что-нибудь, Павел Сергеевич?
      — Да! Спешу донести, глубокоуважаемый Олег Анатольевич, о своих многолетних наблюдениях. Я долго держал все это в себе, но больше не могу молчать ни дня! Наша горячо любимая Империя прочно опоясана нитями всеобщего эльфо-канийского заговора. Эльфо-канийцы забрасывают нас похабными журналами, нет, я никогда в них, ни разу, клянусь, не заглядывал и только догадываюсь, насколько они похабны и как растлевают нашу молодежь. Эльфо-канийцы наводнили весь район своим контрабандным оружием. И мне стало известно, что уши, а точнее — ноги последних поставок растут из Научного Городка. А не в сговоре ли восставшие Зэм с эльфами?..
      — Подождите, подождите… — перебил Правдин. — Давайте-ка отойдем.
      Они вдвоем отошли в сторону и начали тихо о чем-то переговариваться, хотя время от времени таможенник переставал сдерживаться и до нас долетали обрывки фраз, из которых, правда, ничего не было понятно. Майор хмурил брови, а когда начальник таможни передал ему какие-то бумаги, и вовсе начал нетерпеливо расхаживать взад-вперед. Они общались достаточно долго и, когда разговор был закончен и они пожали на прощание друг другу руки, таможенник спешно удалился, лишь козырнув нам на прощание. Правдин поманил нас к себе.
      — М-да… Очень поучительное чтиво…
      Когда мы подошли, Правдин бегло перелистывал яркие страницы, которые ему передал таможенник.
      — Вот как влияют на неокрепший мозг наших граждан некоторые контрабандные журналы!
      Я, честно сказать, большой беды в этих журналах не видел, но благоразумно решил оставить свое мнение при себе. Но Орел был в своем репертуаре:
      — Ой, ну а что такого? В Империи голых баб что ли отродясь не видали? Бред какой-то…
      Правдин бросил на него острый взгляд и на секунду мне показалось, что уголки его губ чуть-чуть дернулись вверх.
      — Однако, во всем этом бреде есть крупица важной информации. Научный Городок, значит… — сказал он. — Как бы то ни было, контрабанда — дело серьезное. И если сведения Вещагина подтвердятся, то кому-то крупно не поздоровится. И есть у меня подозрения, что эти кто-то обитают в Научном Городке. Вечно эти грызуны научного гранита что-то мутят! А если еще принять во внимание недавнее сообщение от одного из агентов…
      Майор на мгновенье закрыл глаза, а потом, резко выдохнув, сказал:
      — Вот что. Раз уж вы впутались в это дело по самые уши, ступайте-ка в Научный Городок! Нужно разобраться, что там в очередной раз эти чудики ученые задумали. Безопасность Империи превыше всего! Отправляйтесь немедленно и ждите возле мемориала в честь третьего подвига Незеба.
      — А… эм… кого же нам ждать?
      — Не волнуйтесь, агент Комитета сам найдет вас.
      — …Когда народ хадаганский покинул наконец безводную пустыню, возрадовалась его душа. Но ненадолго. Ибо все пригодные земли уже были заселены канийцами. И не желали алчные канийцы позволить народу хадаганскому возвести свои города, разбить поля и сады. Назад в пустыню, на съедение шакалам мечтали канийцы отбросить хадаганцев, братьев своих по крови человеческой. И тогда раскрыл Великий Незеб сердце для святой справедливости и дал канийцам жестокий бой. По полям и лесам катился их стон, отползли они униженно, побросав пожитки, оставив женщин и стариков. Возвели тогда хадаганцы свои города и начали восхождение к будущей славе. И когда придет время сразиться с Лигой, помните о подвиге Незеба и будьте достойны его славы!..
      Эту захватывающую дух историю я уже слушал по четвертому кругу, по мере того, как к памятнику подходили новые туристы. Мы втроем — я, Михаил и Кузьма, находились здесь уже третий час в ожидании агента Комитета, но к нам никто не подходил. Было очень жарко и даже тень от деревьев, в которой мы коротали время, не спасала от зноя. Грамотин уткнулся в какую-то книгу, Орел курил трубку, я же разглядывал «Мемориал Возмездия Кании Великому Незебу, даровавшему своему народу гордость».
      — Какая-то нелепица, — произнес я, перечитав табличку в десятый, наверное, раз.
      Сам памятник, однако, мне нравился — мужественная фигура в развевающемся плаще и гордо поднятой над головой звездой.
      Внешне Научный Городок мало чем отличался от района Триумфальных Ворот — все те же серые дома, какие-то непонятные промышленные сооружения и гигантские трубы…
      — Неспокойно что-то в Научном Городке. И самое обидное — отсутствие информации.
      Я так и подскочил на месте. Когда и как к нам подошел этот неприметный человечек в кепке, никто так и не понял, словно бы он вырос из-под земли. Черты лица у него были абсолютно незапоминающимися и я подумал, что если бы меня попросили описать его внешность, я бы не смог сказать ничего толкового.
      — Вы от Правдина? Помощь лишней не бывает… Иван Корыстин, агент Комитета.
      Пожимая нам руки, он зорко окинул пространство вокруг нас, и у меня не осталось никаких сомнений в том, что он запомнил все до мельчайших деталей.
      — До недавнего времени мы прослушивали разговоры ученых с помощью специальных «жучков», продолжил он после того, как мы представились. — Это такие маленькие насекомые, которые заползают в щели, усаживаются поудобней и слушают, слушают… А где-то в Башне Яскера сидит взвод адептов, который настроен на ментальные волны этих жучков. Механизм работы понятен?
      Мы с Кузьмой синхронно кивнули.
      — А почему до недавнего? — спросил внимательный Михаил.
      — Потому что все «жучки» вдруг разом умолкли. Это не может быть простой случайностью! «Кто виноват?» — это мы потом разбираться будем, сейчас больше актуален вопрос «Что делать?».
      — И что же делать?
      — Все просто: эту коробку с «жучками» нужно отнести к институту и выпустить «жучков» на волю. Да не в одном месте, а в разных, чтобы охват был шире. Клумбы лучше всего подойдут. Ученые любят потрепаться о всяком, стоя на улице, вроде как подальше от возможной прослушки. Ха! Комитет не проведешь! Справитесь?
      — Но как мы туда попадем? Кто нас пустит?..
      — Вам не о чем волноваться, вас там уже ждут. Сейчас в самом разгаре проект «Пробуждение», подробности вам расскажет Иасскул Исис — это директриса столичного филиала НИИ МАНАНАЗЭМ. Скажете, что вас прислали Хранители, им как раз нужна помощь военных. Да смотрите, чтобы она не пронюхала ничего про «жучки»… и чтоб они не разбежались раньше времени.
      Как и говорил Корыстин — на улице, возле корпусов НИИ действительно было много ученых, абсолютное большинство из которых принадлежало расе Зэм, как будто восставшим из мертвых был так уж необходим свежий воздух. Здоровый орк из охраны проводил нас к директору не задавая лишних вопросов, как только мы сказали, что нас прислали для проекта «Пробуждение». По дороге нам ловко удалось рассыпать жучков в клумбы, так что, когда мы подошли к директрисе — все уже было сделано.
      Иасскул Исис тоже находилась на улице. Она стояла у входа в здание с надписью «ХАЭС» и о чем-то разговаривала с еще одним восставшим, тут же правда замолчав, едва мы подошли. Удивительно, но меня она не узнала, хотя я уже начал привыкать к тому, что мое лицо знакомо всем.
      — Имперец-Который-Выжил? В первый раз слышу.
      — Как? Об этом же писали все газеты, — сказал Кузьма.
      — Я не читаю имперских газет перед обедом.
      — Они вышли вчера.
      — И после обеда тоже. Надеюсь, вы отрываете меня, потому что у вас важное дело?
      — Нас прислали Хранители, — вступил Михаил.
      — Отлично, помощь нам не помешает! — тут же сменила гнев на милость директриса.
      — Нам ничего не рассказывали про проект, — пояснил Грамотин. — Что за «Пробуждение» и в чем заключается наша помощь?
      — Это очень большой и важный проект! На территории Научного Городка давно ведутся раскопки древнего захоронения народа Зэм. К сожалению, здесь в основном хоронили последователей Тэпа, а они, воскреснув, становятся настроены враждебно не только к нам, своим соплеменникам, но и ко всему живому.
      Я напряг память, пытаясь вспомнить хоть что-то из истории, но больших успехов не достиг. Кроме того, что это какой-то древний сумасшедший маг, помешанный на бессмертии, в голову больше ничего не пришло, но задавать вопросы, показывая свое невежество, я постеснялся.
      — Сейчас безопасность у места раскопок обеспечивают ваши люди. Это — Иавер Пеницил, наш лаборант, — директриса указала на восставшего, стоящего рядом, — отправляйтесь вместе с ним на раскопки. Он будет искать все еще упокоенных людей племени Зэм. Не так давно НИИ МАНАНАЗЭМ расконсервировал большую партию Искр в пирамиде Тэпа, и есть большая вероятность, что они уже добрались до этих захоронений и ждут не дождутся, когда же мы поможем их телам обрести новую жизнь. Но только осторожно. Вы можете столкнуться с враждебно настроенными последователями Тэпа.
      Половина из сказанного мне показалась бессмысленным набором слов. Единственное, что я понял, так это то, что нам нужно защитить лаборанта, пока он будет что-то там искать.
      В том месте, где нам предстояло встретиться с упомянутыми последователями Тэпа, находился большой разлом. Если бы я не знал, что это всего лишь раскопки древнего захоронения, я бы подумал, что это арена боевых действий, впрочем — я не был слишком далек от истины, судя по приличному количеству военных. По началу рабочие пытались отгородить раскопки деревянным забором, но они, как стихийное бедствие, разрослись до таких неимоверных размеров, что это потеряло всякий смысл.
      Первым делом мы разыскали командующего отрядами военных в Научном Городке. Очень странно было в орчьих лапищах видеть тетрадь и ручку — командир что-то старательно переписывал с кучи металлических табличек на цепочках, которые то и дело приносили ему поднявшиеся из усыпальницы отряды.
      — Гром Мозговитых! Комитет Незебграда! Я представляю здесь власть. Ты, я вижу, Имперец-Который-Выжил? Надеюсь тебе разрешено рисковать жизнью!
      Орел громко фыркнул, всем своим видом давая понять, что риск — наше второе имя. Я его настроя не разделял — восставших в глубине души я недолюбливал и путевка в их гробницу меня не радовала.
      — Вам уже рассказывали, что среди восставших Зэм оказалось много культистов Тэпа? Мне уже приходилось сталкиваться с этими культистами. Везде одно и то же: пакостят и гадят. Хуже всего, что до сих пор неизвестно, жив ли их повелитель Тэп… Я так считаю, что давно он уже подох. И слава Незебу! Но у него по-прежнему много последователей. Большая часть культистов укрылась в Застенках, но ничего, мы до них еще доберемся! Однако не только они представляют опасность. На некоторые гробницы культистами были наложены могущественные некромантские заклятья, которые превращают нежить в бездумные машины для убийства. Вот, держите… Это святая вода, нужно окропить ею гробницы. Обычно это работает.
      — А кто-нибудь управляет этими культистами? — поинтересовался Михаил. — Или они действуют разрозненно?
      — Если бы у них была полная анархия, мы бы давно уже выбили их из Застенков, и зачистили катакомбы. Известно, что у них три лидера. И эта информация оплачена кровью моих подчиненных, — при этих словах Гром зарычал, выставив желтые кривые клыки. — Давно пора проучить этих возвращенцев, показать им, кто в доме хозяин. Возможно, гибель главарей будет нам на руку, а может, наоборот, культисты еще больше сплотятся. Но мне плевать! Я должен отомстить за погибших ребятишек. Еще никому не удавалось безнаказанно убивать сотрудников Комитета. И этот случай не будет исключением!.. Но сейчас не об этом. У каждого имперского солдата на шее висит медальон, освященный Триединой Церковью. Негоже, чтобы эти искорки Света попали в кромешную тьму и достались последователям проклятого Тэпа. За каждым из этих медальонов — жизнь имперца и слезы его вдовы. Но их подвиг не будет забыт!
      Я инстинктивно дотронулся до медальона на своей груди, который мне вручили вместе с нашивками новобранца при выписке из санатория. Мысль, что в случае моей смерти кто-нибудь позаботится об Искре — бессмертной частичке, которую я оставлю после себя, согревала.
      — Потери на войне неизбежны, — проговорил Кузьма. — Но горше всего потери не на линии фронта, а в самом сердце Империи…
      Я с удивлением посмотрел на него, Кузьма был погружен в какие-то свои тяжелые мысли и, увидев его мрачное лицо, проявлять любопытство я не решился. Мы направились к катакомбам в полном молчании. У меня в ушах звенели последние слова Кузьмы и настроение было паршивым.
      У входа в гробницу толкалось много народа — ученые, лаборанты, военные. Были и нововоскрешенные Зэм — их, удивленно таращившихся по сторонам, быстро уводили сотрудники из НИИ. Я был погружен в свои мысли, впрочем, как и Кузьма. Михаил с большим интересом следил за происходящим — предстоящая миссия ему явно была по душе. Лаборант Иавер Пеницил втолковывал что-то про раскопки с несвойственной для Зэм эмоциональностью.
      — Еще до появления культистов Тэпа я лазил по Застенкам, весь перепачкался, паутина свисала с моего халата, грязь въелась в рукава, а подол облепила плесень… Уставший был, бросил халат на прозекторский стол и спать завалился. Я как раз гнойные раны тогда изучал, а на столе лежал свежий труп, весь в язвах. Из рудников Соленого Дна привезли, там это в порядке вещей. А утром смотрю — вы не поверите — плесень весь труп покрыла! Счищаю ее, глядь — а гнойников как не бывало: чистые, аккуратные синюшные раны. Плесень эта гноем как раз и питается, представляете?
      — Интересно, — с энтузиазмом поддержал Грамотин. — Тут бы развернуть масштабные исследования…
      — Вот и я о том же! Да появились в Застенках культисты и все усложнилось… Я это к чему все говорю, если увидите где плесень… ну в общем, мне бы образцы получить… А я вам свою диссертацию потом посвящу. Идет?
      Я чувствовал себя очень неуютно. Было чувство, что мы находимся в военных окопах, но самое страшное — окопы эти сделаны на кладбище. Тут и там виднелись обломки гробниц, испещренных непонятными иероглифами, и меня бросало в дрожь от того, что я хожу по чьим-то костям. Но самое жуткое было еще впереди, когда мы вошли внутрь.
      Время почти никак не отразилось на гробнице, во всяком случае обветшалой она не выглядела. Пол, стены и потолок состояли из черных плит, выложенных в странном, но идеально правильном геометрическом рисунке, и подсвечивались мерцающим ядовито-зеленым светом, который лился отовсюду. И свет этот отнюдь не ассоциировался с молодой листвой и не вселял спокойствия. Он был каким-то отталкивающим, холодным и, вопреки своему предназначению, делал помещение еще более мрачным. Я очень остро чувствовал, что нахожусь в сооружении, которое построила другая, чуждая мне цивилизация. Все вокруг было непонятным, непривычным. Чужим.
      — Застенки — не место для романтичных прогулок, — прокомментировал Михаил и Кузьма его горячо поддержал.
      — Это точно!
      — Итак, будьте осторожны, культисты Тэпа могут появиться неожиданно, надо быть всегда на стреме, — решил еще раз дать ценные указания лаборант. — К гробницам не притрагивайтесь, пока не окропите их святой водой, это может быть очень опасно… Ну и посматривайте по сторонам на предмет плесени…
      — Может пойдем уже? — раздраженно произнес Кузьма. — Быстрее начнем, быстрее закончим.
      — Да, да. Конечно. Пойдемте…
      Иавер Пеницил искал еще не оживленных соплеменников с помощью хитрого прибора, чему я был очень рад. Я уж было подумал, что нас заставят вскрывать все гробницы подряд. Прежде, чем подойти к ним, мы, как и было велено, поливали их святой водой, чтобы не нарваться на некромантские заклинания. Саркофаги располагались прямо в стенах, довольно высоко от пола, и я пока не представлял, как мы будем извлекать оттуда Зэм, когда найдем его; гробницы были украшены каменными лицами, отчего создавалось впечатление, что за нами следят. Мне было откровенно жутко от множества этих мертвых «взглядов».
      Мы продвигались вглубь катакомб и проверили уже много гробниц, но пока что нам не везло и лаборант понемногу начинал жаловаться и причитать.
      — Что такое?! Детектор не работает? Не может быть. Он не раз уже был испытан и всегда отыскивал наших со стопроцентной вероятностью!
      Однако, вскоре недовольство его сменилось радостью, когда мы в одном из бесконечных коридоров обнаружили плесень.
      — Ух ты! То, что надо! Если мои догадки верны, то из этой замечательной плесени я такое лекарство создам! Смерть гангрене! Надо бы имя этой плесени придумать.
      — Орлов, — тут же вставил Кузьма.
      — Плесень орлов? — с сомнением протянул лаборант. — Прости, но твое не подойдет, позвучней надо. Может, своим назвать? Плесень Пеницила! А что, звучит…
      Так, собирая эту мерзость в колбы, мы углублялись все больше, пока не наткнулись на завал. Дорога была перекрыта, но среди камней лежал саркофаг, с виду почти не пострадавший.
      — Постойте-ка… кажется, здесь…
      Но не успел он договорить, как над нашими головами пролетел огромный снежный ком и врезался прямо в гробницу, расколов ее надвое. Меня обдало жутким холодом, лицо и руки закоченели и изо рта пошел пар.
      — МАГ! — закричал лаборант, и мы кинулись врассыпную, так как за первым ледяным комом сразу же последовал второй.
      Я откатился в соседний коридор и осторожно выглянул из-за угла, готовый сразу же отпрянуть назад.
      Их было трое, все в балахонах, испещренных уже знакомыми иероглифами — как на входе в усыпальницу, на головы натянуты капюшоны, но по движениям можно было определить, что это представители народа Зэм.
      — Этот, похоже, один из главарей, — прошептали мне на ухо. Я обернулся и увидел возле себя лаборанта, точно так же жавшегося к стене.
      Я понятия не имел, как он узнал в одном из восставших главного. Хотя Зэм хранят множество тайн и, может быть, они способны каким-то образом чувствовать друг друга. А может он просто догадался по иероглифам на одеянии культиста, которые могли быть знаками отличия.
      Я выхватил меч и рванулся было к главарю, но тут же был вынужден вернуться обратно в укрытие, один из противников бросил в меня какой-то зеленой слизью, которая едва капнув на мою одежду, зашипела как кислота, прожгла ее на сквозь за доли секунды и попала на кожу. Руку пронзила острая боль и я, задрав рукав, увидел ожог. И это с пары капель! Вся надежда оставалась на Кузьму и Михаила, возможно они сумеют справиться с культистами издалека, потому что подойти к ним вплотную, чтобы ударить мечом, не представлялось никакой возможности.
      И только я подумал об этом, как внезапно откуда-то сбоку невидимой волной ударила упругая сила, отбросившая всех на несколько метров. Я на мгновение оглох и потерял координацию, но как только мне удалось немного придти в чувство и едва приподняться, как меня потащило вперед, будто гигантская невидимая рука схватила за шиворот и поволокла словно куклу. И не только меня. Через секунду вся наша группа свалилась друг на друга в одну кучу, причем вместе с культистами. Я совершенно не понимал, что происходит, но упускать такой шанс ради подобных размышлений не стал. Как я и предполагал, грозный противник, виртуозно воюющий на расстоянии, вблизи был совершенно беспомощным. Упал я прямо на волшебника, который начал извиваться, стараясь отползти подальше, но я, придавив его своим весом, не давал ему двинуться. Орудовать громоздким мечом в таком положении было не очень удобно, но небольшой и часто спасавший меня нож был всегда при мне. Одно движение — и Зэм перестал подавать признаки жизни, если так можно сказать о тех, кто и так уже мертв. Другие два тоже не долго страдали в этой куче мале, все произошло за несколько мгновений и вряд ли они успели понять, что к чему.
      — Эй, ты что творишь… — заорал было Кузьма, но тут же стих.
      Я повернулся на звук его голоса, чтобы узнать, что же все-таки происходит. В нашу стычку с культистами явно влез кто-то третий. Увиденное меня поразило. Кузьма, только что чертыхавшийся, пытаясь скинуть с себя Грамотина и лаборанта, сейчас сидел с обезумевшим видом, как-то странно окостенев и неотрывно глядя в одну точку. Одно его веко дергалось, рот был приоткрыт и из уголка потекла слюна. Я обернулся, проследив за его взглядом.
      Восставших в своей жизни я видел не очень много, но испугавшихся и растерянных Зэм не видел никогда. Он стоял посреди расколовшегося саркофага и затравленно переводил взгляд с одного из нас на другого.
      — Что это за место? Где я? Кто вы такие?
      — Спокойно! Спокойно! — проговорил лаборант и медленно, стараясь не делать резких движений, поднялся наконец на ноги. — Не нужно на нас нападать. Мы друзья, мы не сделаем вам ничего плохого.
      — Помню… помню, как заболел… Мучился… Подыхал. Потом… смерть! Я что — воскрес? Кто-нибудь может мне объяснить, что тут происходит?! Вы… вы служите Тэпу?
      — Нет, Тэпу служат они, — я пнул одного из мертвых Зэм. — А мы тут как бы тебя спасаем… И он тоже.
      Я ткнул пальцем в Орла, который все еще пребывал в полной прострации.
      — Я… я ничего не понимаю.
      — В этом нет ничего удивительного, — сказал лаборант. — Пойдемте с нами и вам помогут разобраться в происходящем. И добро пожаловать в прекрасное настоящее!
      — Эй! — возмутился я, когда он взял воскрешенного Зэм под локоть и осторожно повел его на выход. — А как же Орел?
      — Ах да, — спохватился лаборант и обратился к своему соплеменнику. — Вы… эээ… вы можете вывести его из транса? Этот человек на нашей стороне и тоже не сделает вам ничего плохого.
      Это замечание было весьма опрометчивым, потому что Кузьма, едва придя в себя, кинулся было на обидчика и только объединенными с Грамотиным усилиями мы сумели удержать его на месте.
      Наспех обыскав мертвых культистов, мы к своему удивлению обнаружили у них медальоны имперских солдат.
      — Им, наверное, повезло меньше, чем нам, храни астрал их Искры, — пробормотал Кузьма, позабыв о кровожадных планах мести восставшему, так легко загипнотизировавшему его.
      Я, испытывая определенный трепет, аккуратно завернул медальоны в носовой платок и засунул их себе за пазуху, словно это были настоящие души погибших.
      — Давайте поторопимся, иначе рискуем остаться здесь одни.
      Возражений ни у кого не возникло. Может Зэм и не испытывают здесь дискомфорта, но живому человеку всегда будет не по себе в обители мертвых.
      — Прекрасно выполненное задание! Вот что бывает, когда мужество и настойчивость подкреплены новейшими достижениями научно-магической мысли…
      Я, стоя перед Громом Мозговитых, щурился от яркого дневного света, к которому после зеленого искусственного освещения катакомб мои глаза привыкали очень медленно.
      — Пока ученые пристроят этого нового мертвяка, — он кивнул на воскрешенного Зэм, которого мы вывели из усыпальницы, — у вас есть время отдохнуть и перекусить перед следующим спуском…
      — Вот ты где! — завизжал кто-то тонким голосом так громко, что орк подпрыгнул на месте и схватился за топор. — Ну наконец-то я тебя нашла!
      Проморгавшись, я узнал Марту Извилину, которая неуклюже спускалась вниз, то и дело поскальзываясь и запинаясь, что вызывало смешки всех, кто наблюдал за этой картиной. Какой-то солдат подошел к ней и подал руку, помогая преодолеть этот нелегкий для дамы путь.
      — Ну, держись, герой. А мы обедать, — Орел хлопнул меня по спине и, прихватив с собой Грамотина, ретировался. Я кисло посмотрел ему вслед, догадываясь, что дамочка еще долго не отвяжется от меня со своим телепортатором и поесть мне удастся не скоро.
      — Вот и ты! Куда ты запропастился? Что за несерьезное отношение к делу? — накинулась она на меня и я слегка оторопел.
      — Что? — возмутился я. — Вообще-то я тут выполняю приказы командования и…
      — Ладно, не важно! — перебила она даже не дослушав. — Мой отчет готов. Мы с тобой большие молодцы!
      Столь резкий переход от обвинений к похвале окончательно сбил меня с толку. Женщины…
      — Пойдем скорей. Нам нужно немедленно отчитаться в НИИ МАНАНАЗЭМ. Полагаю, ты там еще не был? О, это Научно-Исследовательский Институт МАгии и НАследия НАрода ЗЭМ. Кузница научных кадров Империи. И, хотя он основан возвращенцами и именно они в основном там всем заправляют, о своей стажировке в МАНАНАЗЭМе у меня остались самые приятные воспоминания… Да, было замечательно. Но сейчас нам нужно встретиться с Иасскул Исис. Это директор, очень приятная дама, вот увидишь. Если б у нее еще кожа была. Хи-хи…
      Все это Марта тараторила без остановки, пока тащила меня за руку прочь от раскопок. Я испытывал смешанные чувства по этому поводу. С одной стороны находиться рядом с усыпальницей Зэм не доставляло удовольствия, но с другой, компанию до ужаса навязчивой, словно клещ, Извилиной, пылающей маниакальным энтузиазмом, тоже нельзя было назвать привлекательной.
       На территорию НИИ МАНАНАЗЭМ я вошел с покорным судьбе видом, смирившись, что пообедать мне сегодня уже не удастся. На улице по-прежнему было много ученых и мне стало интересно, сколько же вообще они проводят времени внутри здания, занимаясь исследованиями? Если они так любят свежий воздух, может стоит тогда перенести свою работу прямо во двор?
      Уже знакомая мне директриса шла быстрым шагом нам на встречу, не глядя по сторонам. Марта, при виде нее, тоже ускорила шаг и теперь едва ли не бежала вперед, как будто собиралась таранить бедную Иасскул Исис. Вид обеих женщин был донельзя серьезен и у меня в связи с этим появились нехорошие мысли не только на счет своего обеда, но и ужина.
      Извилина с места в карьер насела на директрису, помахивая у той перед носом своим отчетом и постоянно тыкая в меня пальцем, как в живое доказательство. Она выстреливала слова так быстро, что они, порой, сливались в одно нечленораздельное целое.
      — Стоп, стоп, стоп, Марта. Я вас поняла…
      — …этому человеку удалось телепортироваться буквально из своей постели и…
      — Марта…
      — …такое замечательное открытие, которое может перевернуть весь наш мир, вы понимаете? Если наши люди смогут телепортироваться практически из любой точки Сарнаута. Да это же…
      — Я очень хорошо понимаю, Марта! Вы можете хоть немного помолчать?
      — Да, но, такая замечательная новость. Вы только подумайте, прямо из своей постели…
      — ЗАМЕЧАТЕЛЬНО, МАРТА! Вы свободны!
      — Да, да, конечно, мой отчет и так отображает всю картину целиком, я максимально точно описала всю проделанную работу, вы увидите. И там в конце есть несколько выкладок из научных трудов знаменитого…
      — Во имя Незеба, Марта, я уверена, у вас есть еще масса дел. Я прочту ваш отчет. ИДИТЕ!
      — Э-э-э… да, ну тогда… я пойду. Доброго вам дня… Вы идете?
      Последний вопрос был адресован мне, но Иасскул Исис сказала, придержав меня за руку:
      — А вас, Санников, я попрошу остаться.
      Извилина смерила нас обоих подозрительным взглядом, но перечить не стала. Уходя, она несколько раз обернулась, как будто очень не хотела оставлять меня с директрисой наедине, словно боялась, что лавры сделанного научного открытия могут каким-то образом обойти ее стороной. Иасскул Исис не произнесла ни слова, пока та не вышла за ворота НИИ. Все это время она очень быстро листала отчет и у меня создалось впечатление, что директриса буквально фотографирует странницы глазами.
      — Значит тайна персонального портала раскрыта. Прекрасно!
      — Поздравляю, — я постарался изобразить на своем лице радость.
      — …И раскрыли ее не мои инженеры-конструкторы. Ужасно!
      — Сочувствую, — старательно изображаемая радость сменилась не менее старательной скорбью.
      — Однако, кое-что от Марты ускользнуло, — она оторвала взгляд от отчета и внимательно посмотрела на меня. — Еще бы! Для того, чтобы разглядеть все возможности этого прибора, мало одного обучения в нашем НИИ! Нет, ты сначала подохни от страшной чумы, проваляйся в могиле пару тысяч лет, воскресни — вот тогда можно будет сказать, что приобретенный опыт стал залогом сверх-интуиции!
      — М-м-м… Я не совсем вас понимаю…
      — Рассказываю. Весь мир пронизан древней магией. Начиная с эпохи джунов и по наши дни. Искусство телепортации практиковалось издавна. И следы древних порталов можно отыскать везде. Этот прибор, который Марта именует жутким словом «Телепортатор», называется иначе. В наших разработках он проходит под названием «Камень Путешественника»…
      Она задумчиво прошлась взад-вперед, перебирая пальцами странницы отчета, но не заглядывая в них.
      — Мне нужно срочно встретиться с Сарбазом Раймом… И нам еще понадобиться ваша помощь, — она остановилась и снова уставилась на меня. — Вы пока что можете вернуться на раскопки. Я разыщу вас там, как только все будут готово. И смотрите, не уходите никуда. Это дело чрезвычайной важности!
      Я подумал, что дел чрезвычайной важности в последнее время у меня столько, что они уже потеряли всю свою остроту. Я равнодушно пожал плечами — одним важным делом больше, одним меньше, какая разница? — и, засунув руки в карманы и насвистывая себе под нос, неспешным шагом поплелся восвояси.



Indean

Отредактировано: 08.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться