Алмазный венец

2 глава. Клим Петровский

***

Эдмор, г. Морфорт, Управление тайной службы

Клим Петровский

Итак, пересечение границы с Даркфеллом. Не попытка, а именно – переход на тёмную землю со стороны деревни Зыбь. Сработала система оповещения натянутого вдоль границы датчика движения, - она ошибиться не могла.

Как некстати пришло это сообщение! Начальника Управления тайной службы Николая Игоревича Сладко́ не было на рабочем месте уже третьи сутки к ряду: внезапно разболелись дети – двухлетняя Сонечка и годовалый Иван. А так как у начальника из родных была только работа в Управлении, которая, ясное дело, не могла оказать ему посильной помощи в уходе за больными детьми, Сладко пришлось обеспечивать лечебный процесс своим чадам, оставшимся исключительно на его попечении после смерти матери, самостоятельно. Что он и делал уже третий день подряд, заглядывая на работу, побитый, помятый, небритый, уставший, всего на пару часов, чтобы справиться, как идут дела и нет ли срочных новостей. Срочные новости были, но Сладко об этом не говорили.

Конечно, разумно было нанять сиделку, однако трёхлетняя Сонечка проявляла невероятное упрямство для ребёнка даже своего возраста и категорически отказывалась принимать лекарство из любых других рук, кроме отцовских, а годовалый Иван, не иначе как подговоренный своей старшей сестрой, ревел не переставая, едва на руки его брал кто-то другой, а не отец.

В связи с этими семейными обстоятельствами, срочные служебные дела приходилось решать заместителю начальника Тайной службы Климу Петровскому, человеку хоть и молодому, но ответственному, опытному, уже зарекомендовавшему себя умелым, грамотным работником, и в свои двадцать девять дослужившемуся до столь высокого руководящего поста.

На дело с незаконным пересечением границы Клим обратил внимание только ранним утром, следующим за днём, когда преступление было совершено. Он был разбит, чертовски устал, потому что не спал этой ночью, и мучительно хотел кофе, но, несмотря на ставшую уже хронической липкую усталость, взвинченное состояние, полученное в результате выговора одного из сотрудников Управления, и попивая-таки желанный чёрный кофе, сваренный собственноручно, ибо секретарша Леночка в такую рань сладко дремала в своей кроватке, Клим Петровский пристально вглядывался в рапорт Лесного патруля, доставленный ему вчера поздно вечером.

Но едва он вчитался в короткий официально-сухой текст, едва скользнул взглядом по задействованным в этом деле лицам, усталость и сон с него сдуло моментально, а вожделенный кофе был отставлен в сторону.

Клим стиснул зубы, а пальцы невольно сжались, сминая рапорт. Имя нарушителя, выделенное красным, – Ярина Витальевна Смолова, - он прочитал раз семь, не желая верить увиденному. Но к рапорту прилагалась также фотография размером 10х15, с которой на него своими невозможными серо-синими глазами взирала Яра.

Ошибки быть не могло.

Клим сильно зажмурился, стукнул кулаком по столу со всей дури и едва слышно зарычал сквозь зубы.

Как же её угораздило-то, а!? Ведь умная девочка, аккуратная. Какого чёрта её понесло к границе?!

Клим насильно разомкнул веки – хотелось провалиться в глубокий сон, чтобы потом уверить себя, что всё увиденное ему лишь приснилось, - и уставился на девушку, взиравшую на него с фотографии.

Да, именно такой он её и запомнил. Красивая. С печальными грязно-синими глазами, бледным овалом лица, с восхитительными светлыми волосами с золотистым отливом, с ямочкой на подбородке. Он постоянно шутил в детстве, что, когда женится на ней, - а Клим полагал в свои тринадцать, что это непременно произойдёт, - спрячет эту ямочку от посторонних и будет целовать её, когда захочет. Ярине тогда не исполнилось и восьми, и замуж она не собиралась, будь то Клим или кто-то другой. Она в то время часто смеялась, хохотала как заведённая, хлопала в ладошки, призывая его показать ей один из фокусов, которым он научился от деда, бегала сорванцом по полю и танцевала странные танцы, ею же и придуманные.

А потом её отца арестовали, обвинив в управлении стихией ветра, и вскоре, так и не дождавшись признания (это уже потом Клим выяснил, что они признания от дяди Виталия не дождались, по своим каналам «пробил»), расстреляли. Под опеку Яру с сестрой взяла непонятно откуда взявшаяся мать. Девочка с солнечной улыбкой и с лучистыми глазами куда-то исчезла, а её место заняла всегда серьёзная, аккуратная в словах и жестах, замкнутая и сторонившаяся лишних контактов девочка. Но эту девочку Клим Петровский продолжал любить. Он восхищался ею, он её почти боготворил. А потом... она приказала ему уйти. Он бы не сдался, не отступился, да только трудно сопротивляться, когда в тебя нацелен заряженный стрелой арбалет, зажатый в руках той, что еще ни разу в своей жизни не промахнулась.

Ему шёл двадцать второй год, Ярине было шестнадцать. Он бы взял её в жёны, если бы девушка дала на то согласие. Он бы позаботился о ней и о Зое, - за его плечами Государственная академия, а впереди перспективная работа в Службе сыска. Но наставленный ему в грудь арбалет дал конкретный ответ на его вопрос, так вслух и не высказанный.

И вот прошло уже почти восемь лет с того памятного дня. Два года с тех пор как он видел Ярину в последний раз, - когда приезжал в деревню по направлению начальника и не смог пройти мимо её дома.