Алурри.

Размер шрифта: - +

глава 10

Почему-то этот разговор запомнился лучше других. Не знаю, что я продолжала искать – Самаира, место под солнцем или саму себя.  Казалось, что я так и проведу жизнь в поисках, но однажды я попала в мир, где уже побывала раньше. И услышала голоса. Сотни, даже тысячи голосов. «Ирра! Ирра!» раздавалось где-то на краю сознания. Что-то, как магнитом, потянуло меня к людям. Переместившись туда, где голоса звучали громче всего, я оказалась в огромной толпе. Я до сих пор не понимаю, каким образом простые смертные узнают богов. Лично мне не видно никакой разницы между мной и любым другим человеком. Но окружавшим меня людям она была более чем очевидна. Вокруг меня тут же возникла зона отчуждения. Не понимая, в чем причина этого, я двинулась к видневшемуся невдалеке возвышению. Только поднявшись на него, я обнаружила, что это алтарь. Пятеро жрецов, одетые в бесформенные балахоны, с поклоном попятились от меня, едва не свалившись вниз. В самом центре, на большом плоском камне, лежали пять годовалых малышей, к счастью, еще живых. Я успела вовремя, чтобы спасти их жизнь. Ну, а если бы нет?  При мысли о том, что могло случиться, меня начала охватывать ярость.
- Что здесь происходит?! – казалось, что говорю не я, а бурлившая во мне злость. Мой голос был ясно слышен даже в самых дальних уголках города.
- Это жертва богам, - робко произнес один из жрецов, на вид самый старший, – на страну обрушилась страшная беда – люди умирают целыми поселениями. Оракул велел нам сделать так, чтобы боги нас услышали.
- Какой идиотизм, - вздохнула я, злость отступила. Доведенные до отчаяния люди сделают что угодно, чтобы выжить. – Здесь есть больные?!
- Здесь все больны, моя госпожа, - ответ был не нужен, я и сама уже видела изможденные лица в толпе.  Не дожидаясь новых объяснений, мозг уже вовсю анализировал происходящее. Я переключилась на магическое зрение – с некоторых пор (спасибо Ррииру) я могла делать и так. Казалось,  в каждом человеке находилась темная субстанция, вытягивающая жизненные силы из организма. Я вздохнула еще раз – чувствуется, отдохнуть удастся нескоро, и принялась за работу. Проникая внутрь тела голыми руками в районе солнечного сплетения, я вытягивала заразу наружу и уничтожала. Первыми были жрецы. Глядя на то, как серый цвет их кожи на глазах меняется на нормальный, ко мне потянулись другие горожане. Несколько дней я провела в этом мире, передвигаясь из города в город. Хорошо еще, что мир был небольшим, и городов было немного. Маленькие поселения к этому времени уже вымерли целиком. Я так и не узнала, что за болезнь чуть не уничтожила местную цивилизацию, как не узнала и того, кто надоумил их Оракула на то пророчество. Как бы то ни было, оно действительно сработало. А у меня появился первый храм и своя башня. И еще, теперь у меня было имя – «Ирра», Солнце жизни. Две недели я провела в своем новом доме, а потом сбежала. Аборигены  так настойчиво старались меня отблагодарить, что буквально не давали ни минуты покоя. Поэтому я слиняла по-английски – не прощаясь.
 До этого случая я думала, что миры довольно хорошо изолированы друг от друга. Но прошло еще несколько месяцев моих бесполезный скитаний, и еще один мир выстроил для меня башню, затем еще два, а потом как прорвало. Почти в каждом  я находила своих последователей, везде возводились храмы. Самое странное во всем этом было то, что везде, во всех мирах, меня знали под одним и тем же именем.  Долгое время я не могла заставить себя вернуться в тот мир, где когда-то давно я стала ученицей Самаира. Казалось, с тех пор минула целая вечность. Я больше не переходила между мирами, как придется. Теперь, когда у меня было так много башен и храмов, я научилась пользоваться подвалом. Каждый раз, когда где-нибудь возводили для меня жилище, в подземелье возникала новая дверь. Прошло полгода, и их число перевалило за две сотни. В моем подвале не было колодцев душ, не было тюремных комнат. Там не было даже сокровищницы – только двери в мои башни и  храмовые галереи.  Мне не приносились жертвы, в посвященных мне храмах не было служителей. В них частенько останавливались такие же бесприютные бродяги, как и я. Они жили какое-то время, потом уходили. На их месте появлялись другие. В конце концов, я вспомнила о данном Илье обещании и разыскала его. Он с радостью вернулся в мою жизнь, а у меня появилась причина осесть на одном месте. Теперь было, с кем поговорить вечерами, но все равно, как раньше уже не могло быть. Самаир затерялся между мирами. Я не находила даже его следов, как будто он просто исчез. Но Рриир настаивал на том, что он все еще среди живых, и я продолжала свои поиски.  Было время, когда я, как и все, думала, что боги умирают только тогда, когда о них забывают. Сейчас я знаю, что это не так. Память не причем. Все на свете конечно, особенно жизнь. Просто у кого-то в запасе немного больше времени, чем у других.  Проблема в том, что даже боги не знают, насколько велик этот запас. Не знаю и я.  Рриир не раз говорил мне, что я отдаю слишком много сил на помощь людям и на поиски Самаира, и этим укорачиваю отпущенный мне срок жизни. 
Прошло еще несколько лет, и из Ильи получился отличный волшебник. Наверное, он был единственным эльфом, освоившим не только природную магию. Прошедшие  десять лет я продержалась только благодаря ему. Не помню, когда наши роли поменялись, и он занял место старшего брата. Если бы я осталась человеком, сейчас бы мне уже перевалило за тридцать, наверно, у меня были бы дети. Но, став тем, кто я есть, я надолго зависла в двадцати. Илья становился старше, но все равно выглядел моложе других эльфов его возраста. Наверное, сказывалось мое вмешательство много лет назад. Теперь мы казались ровесниками. Единственный друг, который у меня остался, он поддерживал меня как мог.  Если я и не сошла с ума за эти годы, то только благодаря ему. Он силком вытягивал меня к людям, заставлял общаться с другими богами.  Боги меня не впечатлили. До этого я знала только слабых, тех, что идут в охотники, и Риира, сильнейшего из всех. Не знаю, что я ждала от остальных, но знакомство разочаровало. Охотники были простыми, компанейскими парнями, подшучивали друг над другом и надо мной. Риир вообще был собой, не заботясь о впечатлении, которое оставляет о себе. Остальные же… Вы когда-нибудь были при дворе? Нет? Вам повезло. Я практически на своей шкурке почувствовала прелесть того, как приходиться простым людям, не знакомым с дворцовым этикетом, на званном обеде. Все в строгих рамках, все слишком пафосно. Все так подчеркивали свою значимость и положение, что я не выдержала и всех послала подальше от меня. А Илья все пытался влить меня в «божественное» общество. Не знаю, сколько раз я грозилась стереть его в порошок, если он не оставит меня в покое, но эльф все равно не бросил меня. 
 В конце концов, наступил день, когда я поняла, что больше не думаю о Самаире. Нет, я все еще продолжала его любить, но теперь я могла жить дальше, не оглядываясь по сторонам, не вскакивая ночами, потому что показалось, что он вдруг вернулся, не рассылая во все стороны сотни щупалец поискового заклинания. Я начала просто жить. Я наконец признала факт, что давно уже не нужна ему, что меня просто бросили. Если бы я все еще оставалась человеком, то уже давно бы переключилась на более насущные проблемы и забыла бы о бывшем наставнике, но у богов более сильные чувства и долгая память. Если боги любят, то до безумия, если ненавидят – то до смерти. Любить я умела, ненавидеть – нет. Еще я умела прощать. Прощать других намного легче, чем простить собственные ошибки. Еще труднее – смириться с тем, что, даже обладая огромными силами, порой не можешь ничего изменить или исправить. Я смирилась и успокоилась.  У нас стали появляться гости. Сначала зачастил Рриир, затем, к моему величайшему удивлению, почти незнакомые мне боги. Вполне адекватные и даже приятные в общении, что стало для меня большим сюрпризом. Иногда заходили даже люди. Конечно, не простые смертные, а маги или жрецы. Наверное, я была чуть ли не единственной среди богов, кто предпочитал жить на одном месте. Другие свои жилища я посещали лишь в момент, когда появлялась дверь, ведущая в них. В основном из мира в мир я перемещалась через храмы. Каково же было мое изумление, когда я увидела, что вокруг некогда одиноко стоявших заброшенных мною башен возникли целые города. Я оказалась единственным богом, рядом с которым стремились жить простые люди. Правда меня это нисколько не радовало – я уже привыкла к одиночеству, и толпы людей, снующие под окнами, выводили меня из себя. Но теперь мне приходилось посещать каждый свой дом время от времени. Рриир посмеивался надо мною и иногда говорил всякие гадости, советуя, как можно уменьшить количество досаждающих мне горожан. Несмотря на то, что я стала богиней жизни, а он был богом смерти, мы действительно стали друзьями. Я не переставала восторженно вопить каждый раз, когда он расправлял свои крылья и, в конце концов, Рриир подарил мне такие же. Хотя подарил – слишком мягко сказано. Чтобы их заполучить, мне пришлось вытерпеть довольно болезненный и долгий ритуал. Зато теперь я могу летать почти так же, как и он. За это я заплатила глазами. Не в том смысле, что лишилась зрения, просто теперь мне совсем сложно разговаривать, глядя людям в лицо. Через несколько секунд они начинают отводить свой взгляд и теряют нить разговора. И я их понимаю. От моего взгляда и раньше многим было не по себе, а теперь мои двухцветные глаза еще и  жутковато светились  холодным пурпурным светом. Даже Илья долго не мог привыкнуть и отводил глаза в сторону.  Да что говорить о других, если я сама первое время вздрагивала, случайно скрестив взгляд со своим отражением в зеркале. В общем, я очень сильно изменилась, и не только внешне. Может быть, поэтому я решила больше не прятаться. Благодаря новым крыльям я уже не могла смешаться с толпой и перестала посещать шумные сборища. Взамен я стала чаще появляться в своих храмах, и просто разговаривать с людьми. 
 



Елена Кристель

Отредактировано: 24.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться