Алурри.

Размер шрифта: - +

эпилог

В храмах Ирра больше не горел живой огонь – он погас одновременно с ее исчезновением сразу во всех мирах. Сколько не пытались Илья и Каварри разжечь его снова, ничего не получалось.   Первые несколько дней они все ждали, что вот-вот откроется дверь и богиня войдет, и всем волнениям наступит конец, но этого не происходило. Даже обычно невозмутимый Рриир начал беспокоиться, когда прошел месяц, а от девушки так и не было никаких известий. И только Крендель продолжал вести себя, как ни в чем не бывало, продолжая свои дурацкие розыгрыши. Единственное, что он больше не делал, так это не превращался больше в Ирра, стараясь не внушать остальным ложных надежд на ее возвращение. Отправляться на ее поиски было бессмысленно – это понимали все без исключения, но Илья не мог просто сидеть и ждать.  Только слова бога смерти, что женщины нет ни в одном из миров, но она может появиться дома в любой момент, немного охладили его пыл. В ожидании прошел год.
Эльф усердно постигал магические науки, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, хоть малейший след, с которого можно было начать поиск пропавшей богини. Даже магия смерти, что раньше не давалась ему в силу происхождения, покорилась настойчивому желанию знать все. Обычный, хоть и очень сильный, волшебник, которым он был до этого, вдруг обрел мощь богов, но даже не заметил этого, поглощенный своими поисками. Зато это хорошо увидели другие. Сначала лишь Каварри и Рриир, прекрасно понимая, к чему все это может привести, если другие боги, хоть темные, хоть светлые, узнают, что бывший вторженец, оставшись смертным, вдруг обрел такую силу. Но тот не мог остановиться. И однажды оставшегося без покровительницы мага изгнали из обитаемых миров. Ему позволили поселиться в одной из башен своей хозяйки. В подвале его нового жилища было всего одна дверь, но никто не мог ее открыть, поэтому  анклав богов не опасался, что молодой маг сможет уйти из запечатанной всеми возможными заклятиями башни.  Оставшись в одиночестве, Илья долго не мог смириться и пытался выбраться из своей тюрьмы. Опутав строение лианами, питающимися магией, боги не оставили эльфу шансов освободиться с помощью волшебства. Несколько недель одиночества и бездействия почти свели мужчину с ума. Поэтому, услышав однажды шаги в подвале, он просто не обратил на них внимания. Но вскоре они повторились. Потом по  всей башне словно пронесся ветер, раскидав бумаги на столе в лаборатории и подняв в воздух клубы пепла в камине. И тогда башня, словно проснувшись от долгого сна, вдруг заполнилась звуками, запахами, голосами. Илье стало казаться, что все происходит не с ним, а где-то в совершенно другом месте, а он только наблюдает отраженную действительность. В какой-то мере так оно и было.  Случившиеся несколько месяцев назад события, которые происходили во внутреннем мире серой богини, в конце концов, достигли реальности. Освобожденные и очищенные души, наконец, нашли дорогу домой, открыв ту самую дверь в подвале, что не поддавалась до этого никому. Вереницей теней они пронеслись перед ошеломленным магом и исчезли, растворившись в воздухе. Несколько минут Илья ошарашено хлопал глазами, не зная, что и подумать. Потом его взгляд привлекло что-то необычное. На грязном от пепла полу он разглядел смазанную надпись, оставленную чьей-то рукой: «Разбуди Каиррас». Имя было незнакомым и ничего не говорило мужчине, но почему-то он чувствовал, что он должен выполнить неизвестно кем написанную то ли просьбу, то ли приказ.  Не сразу эльф понял, что из его темницы появился выход.  Почти неделю он не решался отворить загадочную дверь, но в конечном итоге любопытство пересилило врожденное чувство осторожности, и он это сделал. К его удивлению, она вела не в подвал, как обычно, а прямо в комнату новой башни. Стоило Илье перешагнуть через порог, как дверь тут же исчезла.  Но это уже не интересовало мага – он наконец нашел ту, что искал.  Девушка спала, крепко обнимая руками что-то невидимое человеческому глазу.  Даже сквозь одежду и укрывающее  богиню одеяло, Илья видел светящийся на теле женщины символ. Но прочитать его мужчина не мог – древний знак принадлежал к настолько мертвому языку, что лишь самые старые из богов еще могли его понимать.  Волшебник знал, что должен как можно скорее разбудить  Ирра, но, сколько бы раз он не пытался это сделать, все было без результата. Каким-то образом до него вдруг дошло, что для этого необходимо знать ее имя, однако на свои старые имена девушка больше не реагировала. Эльф понял, что за прошедшие месяцы произошло что-то такое, что изменило сущность богини, а значит, изменило и ее имя. После недолгого размышления, маг пришел  к выводу, что новое имя девушки именно Каиррас. Но, даже зная теперь, как к ней обращаться, Илья ничего не мог поделать. Поэтому он просто остался сидеть рядом с постелью, ожидая пробуждения своей покровительницы. Ждать  пришлось долго, мужчина, насколько мог, замедлил все свои жизненные функции, чтобы продержаться до нужного момента. Это было необходимо, ведь, в отличие от богов, его тело требовало и воды и пищи. Спустя несколько недель он потерял счет времени.  Лишь маленький участок его мозга продолжал работать, чтобы вывести своего хозяина из летаргического состояния, когда в комнате что-нибудь изменится. И вот однажды это случилось. Ставший похожим на высохшую мумию эльф пришел в себя. С трудом поднявшись на похожие на палки ноги, мужчина подошел к постели. Теперь он ясно видел два тела – женское и мужское. Первым побуждением было протереть глаза – настолько неожиданным было увиденное. Рядом с богиней, свернувшись калачиком, спал ее учитель! Но сил на то, чтобы  удивляться, у эльфа не было. Он чувствовал, что пришло время ее пробуждения. Зная, что его сил не хватит на вторую попытку, Илья старался все сделать как можно тщательнее.  Сам не понимая, откуда в его голове возникают знания о том, каким образом можно пробудить спящего бога, волшебник чертил на полу и стенах знаки стихий, миров, символы, до этого момента неизвестные никому даже из самых сильных магов во всех мирах. Самый последний символ он написал на себе – знак жертвы, и замкнул магический круг. Словно тысячи раскаленных игл вонзились в молодого эльфа, разрывая его на части. Тело распалось на миллиарды крохотных частиц, каждая из которых кричала от боли. Мужчине казалось, что агония будет бесконечной, но он был уверен, что все сделал правильно. И когда последние проблески жизни уже почти покинули его тело, мужчина и женщина, ради которых он был готов пожертвовать свою жизнь, проснулись.  В тот миг, когда голова эльфа коснулась пола, боги открыли глаза. Не замечая ничего вокруг,  они смотрели друг на друга. Два одинаковых символа у них на груди на несколько минут буквально вспыхнули, а затем постепенно погасли и полностью исчезли. Каиррас  проснулись! Молодой маг уже почти умер, когда девушка с улыбкой его поцеловала в лоб. Жизнь снова вернулась в его измученное тело, воспоминания об ужасной боли уже начали стираться из его памяти, и через пару минут мужчина уже не помнил ничего из произошедших за последние часы событий. Зато его воспоминания стали доступны Каиррас. Проснувшиеся боги уже не были теми же, что и раньше, и хотя их ценности претерпели большие изменения, жертва эльфа тронула их до глубины души. Но, кроме этого, Каиррас знали еще одну вещь – несколько минут назад появился еще один серый бог. Теперь Каиррас было уже трое: Каиррас  Ррии – справедливость смерти, Каиррас  Ирра – справедливость жизни  и Каиррас Ллур – справедливость верности.  В тот момент, когда  Ирра сообщила своему воспитаннику эту новость, во всех мирах ее храмы начали разрушаться, но тут же, не успели удивленные прихожане прийти в себя, на месте старых построек возникли новые, непохожие на все, что было до этого, здания. Тонкие ажурные, кажущиеся абсолютно невесомыми шпили причудливо переплетались с массивными серыми башнями. И если светлые шпили словно протыкали небо, то на серых капитальных башнях оно, казалось, держится, чтобы не рухнуть окончательно на землю. Это впечатление еще больше казалось правдой благодаря высоте храмовых построек – их крыши терялись где-то в облаках.  Но изменения претерпели не только храмы Ирра, ее башни вообще вдруг исчезли, словно и не существовали никогда ни в одном из миров. Вместо них появились оплетенные лианами каменные арки. Сколько не пытались люди и боги понять, куда же ведут эти украшенные цветами ворота, так и не смогли пройти сквозь них. Любой, кто входил под арку, неизменно выходил на то же самое место, с которого только что делал шаг. Но самым удивительным оказалось появление Каиррас. Во всех мирах одновременно засветились ворота,  и в арочных проемах появились три серых бога. Два мужчины и женщина остановились, не перешагивая порога, и, оставаясь под каменными сводами, недоуменно взирали на толпы, собравшиеся у ворот. Потом богиня заговорила. Каждому из присутствующих казалось, что она разговаривала только с ним. Десятки тысяч человеческих и нечеловеческих существ медленно расходилась по домам, получив возможность начать жизнь заново, сняв с себя груз ошибок и грехов. Только темные и светлые боги остались ждать объяснений. Как ни странно, но объяснять свои поступки пришлось им самим – непонятным образом серые боги оказались судьями всего живого и неживого. Прошло несколько недель и все привыкли к изменениям. Люди, да и многие боги начали считать, что существующий теперь порядок вещей был всегда. Многие уже даже не помнили, что когда-то серые боги не только не могли что-то решать, но и не существовали. Это было странно, ведь сами Каиррас почти не потеряли своих воспоминаний. Кроме них, память сохранилась у Кренделя, нескольких самых сильных богов анклава и, конечно, Рриира. В чем была причина этого, никто из них так и не смог понять.  Лишь метаморф загадочно улыбался и  таинственно исчезал куда-то время от времени.
 



Елена Кристель

Отредактировано: 24.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться