Алурри.

Размер шрифта: - +

глава 1

 Мне повезло- меня принесут в жертву. Дико звучит? Думаете, я сошла с ума?  Сейчас объясню свои слова. Я здесь нахожусь уже третью неделю, и за это время насмотрелась на всякое. Меня даже в подвалы несколько раз водили, чтобы по достоинству оценила свое положение. Мои спутники, вчера, наконец, обрели свободу. К сожалению, наслаждаться ею они будут уже на том свете. Их, вернее, то, что от них осталось после двухнедельного пребывания в камере- изломанное, окровавленное нечто, в котором невозможно было опознать человеческое тело, сожгли на площади перед башней. И меня один единственный раз за все время вывели из башни, чтобы я все это увидела. А я даже имен их не знаю! Несколько недель рядом были и так и не познакомились… Третий мой товарищ по несчастью пропал без следа еще раньше. А я тут. А могла бы спокойно пить свой утренний кофе на своей уютной кухне, так нет, приключений захотелось, романтики! Поэтому и сижу в башне, хорошо, хоть не в подвальной камере. А тем двоим… как представлю, что с ними делали, так мое положение мне даже нравиться. Подумаешь, горло перережут и все, отмучилась. Говорю же- повезло…. Правда, ждать приходится долго. Еще целых пять дней, и только потом придет моя очередь. Но все же, Господи, как хочется жить! Умереть в двадцать лет, да еще непонятно где, из-за каких-то местных суеверий! Сколько раз за эти дни я думала, когда же моя распланированная на годы вперед жизнь повернула так круто.  В какой именно момент я вступила на путь, который привел меня в эту башню? Могла ли я всего этого избежать? Наверное, могла. Нет, я даже уверенна, что выбери я после школы другой институт, и жила бы спокойно, хотя, несомненно, всю жизнь жалела бы о своем выборе. Впрочем, конкретно сейчас я тоже о нем жалею.
   Не о таком я мечтала, когда, насмотревшись фильмов про Индиану Джонса, решила стать археологом. Мама в свое время настаивала на экономическом образовании, отец был твердо намерен выучить меня на юриста. Но я всех переупрямила. Мне грезились затерянные города и гробницы, приключения и сокровищницы, которые, я даже не сомневалась, меня ждут. И вот она, долгожданная практика, где оказалось все намного прозаичнее. Многочасовые разгребания песка или земли в поисках битых горшков или проржавевших гвоздей – для студента на практике это было единственным занятием. Хотя нашей группе повезло, декан выбил нам перспективный по всем показателям объект, и мы наткнулись на древнее захоронение. Вот тогда-то все и началось.
 Наконец-то многодневная работа принесла свои плоды – под курганом действительно оказался склеп. Декан рассчитывал на обычное захоронение, но ошибся. Такого никто не ожидал – казалось, что древнему вождю для упокоения построили  целый мавзолей, основательно врытый в землю, а потом все засыпали. Массивные базальтовые плиты стен и крыши сохранили все так, как в древности, разумеется, насколько это было возможно. Начальство в предвкушении потирало руки. Еще бы, камни такого размера так глубоко в степь ради простого кочевника никто бы не поволок. Значит, и находка будет сенсационной. Но, когда мы докопались до входа, нас ожидал новый сюрприз. Расстроивший всю экспедицию. Ценностей внутри не оказалось. И никаких жертв: ни слуг, ни жен, ни лошадей – ничего! Одна-единственная мумия, лежащая в позе зародыша, в центре почти пустого помещения,  да несколько стоп глиняных плиток в углах, и все! В общем, все поняли, что это не гробница, но по привычке продолжали ее так называть. Вскоре один за другим члены нашей группы начали жаловаться на плохое самочувствие, на кошмары. У меня все время болела голова, но, почему-то, когда я находилась внутри гробницы, боль прекращалась. Конечно, к этому времени и мумию и таблички со странными письменами, которыми оказались глиняные плитки, уже увезли в институт, но мы продолжали расчищать площадь дальше. И через несколько дней новая находка! Вокруг постройки, по идеальной окружности, найдено еще двенадцать мумий. Каждое тело сидело в позе «лотоса», окруженное пятью воткнутыми в землю изъеденными коррозией мечами. Когда-то давно здесь явно провели какой-то ритуал, но какой? Все строили самые разные предположения, гипотезы сыпались как из рога изобилия. А потом всех всполошила новость – из институтской лаборатории, где проводился анализ наших находок, исчезла наша мумия! Декан умчался в институт, где рвал и метал, изводил ректора, что тот недосмотрел, ректор строил полицию, полиция строила всех остальных сотрудников.  
 Студенты, оставшись практически без присмотра, продолжали совочками перекапывать окрестности. Поэтому неудивительно, что когда два парня с последнего курса нашли нечто, похожее на массивный кулон, то, вместо того, чтобы сразу сообщить о находке, решили пока оставить его себе. Уж не знаю, что ребята собирались с ним делать, но мне на глаза они попались, когда заворачивали находку в футболку. Естественно, я тут же решила узнать, в чем дело. Когда от меня попытались отделаться, я сняла очки. К слову сказать, зрение у меня отличное, а очки я ношу совсем по другой причине. Стекла затемненные, чтобы скрыть мои глаза. Дело в том, что они у меня двухцветные – наполовину синие, наполовину карие. Половина радужки одного цвета, а половина – другого. Поэтому мой взгляд производит жутковатое впечатление, особенно в первый раз, да и потом не все могут привыкнуть. И личная жизнь тоже на ноле из-за них. Так то я вполне симпатичная- выгоревшие до карамельного цвета вьющиеся до лопаток волосы, слегка вздернутый носик, пухлые губы, ямочки на щеках, когда улыбаюсь, фигура меня тоже вполне устраивает. Познакомиться со мной пытаются часто, но вот один прямой взгляд в глаза и все, кавалер скрывается в неизвестном направлении. Неоднократно пробовала носить линзы, но как-то не везет мне с ними, то потеряю, то забуду, а в экспедиции с ними вообще делать нечего. Поэтому приходиться пугать. Вот и в этот раз, стоило снять очки и всю наглость моих собеседников как ветром сдуло - они молча показали находку. Собственно, кулоном эту штуку размером с ладонь можно назвать с большой натяжкой. Я присмотрелась – поверхность покрывали какие-то символы. Странно, но я была уверенна, что могу понять, что там написано. И от этого мне почему-то вдруг стало неуютно. Отбирать добычу у студентов я не рискнула, тем более, что ребята пообещали отдать находку декану, когда он вернется, а пока просто перерисовать символы с нее на бумагу.
Знать бы мне в тот момент, что произойдет из-за этой вещи, я бы просто ее забрала и упрятала к другим найденным, но еще не отправленным древностям, но…. К сожалению, будущее нам не известно. Они унесли находку к себе в палатку, а вечером в лагере появился новенький - Илья. Ну, как сказать появился…. Вообще-то их приехала толпа- следователь с помощником, фотограф, журналисты, еще какие-то люди. А среди всех – он. Обычно я не обращаю внимания на мужчин младше меня, но в этот раз что-то привлекло мое внимание. Вроде и внешностью он не блистал, и остроумием, да и интеллектуалом тоже не являлся, о таких обычно говорят- серость. Спросите меня сейчас, что в нем особенного, и я даже не найду, что ответить. Но… Так получилось, что к концу недели я была готова ходить за ним по пятам.  Кроме меня из студентов он общался только с теми двумя, и они, как и я, не сводили с него глаз, что меня злило до безумия. Как-то само собой произошло, что Илья оказался в курсе событий. А потом кулон попал к нему в руки, и мы все четверо оказались неизвестно где. Бескрайняя степь сменилась лесом, а день – ночью. Несколько часов спустя мы уже были в плену у каких-то аборигенов. Нас разделили. Меня посадили в башню, Илью увели в неизвестном направлении, а старшекурсников отправили в подземелье. Кулон, «Ладонь бога», как назвал его Илья, каким-то образом очутился у меня.  Я не знаю, в чем причина, но я понимаю, что говорят местные, хотя их язык не похож на известные мне современные языки. Из обрывков разговоров, доносившихся до меня с площади, я узнала, что скоро ожидается «День черного солнца». Я решила, что это день солнечного затмения, когда меня отдадут местному темному богу, чтобы он не уничтожил местное население.  Почему решила? Так получилось…Там слово, тут обрывок фразы и в моей голове сложилась именно такая картинка. Вот интересно, а если бы им я так удачно не подвернулась под руку, что бы они делали? Некоторые мои знакомые в ожидании неминуемой скорой гибели наверняка закатили бы шикарную гулянку и не просыхали бы до самого конца, насчет местных что-то сомневаюсь, уж больно спокойные. Я делала вид, что мне все равно, хотя вся извелась от любопытства, так хотелось узнать где я. Все-таки глупые мысли лезут в голову, когда сидишь взаперти неделями. 
 В моем распоряжении было целых два этажа башни. Много? А если учитывать, что на каждом этаже всего одна, причем далека не самая большая, комната? Мебель? Зачем баловать узницу? Тонкий, больше похожий на одеяло матрас для сна в одной комнате и низкий круглый стол для еды в другой. К слову, кормили меня так себе- два раза в день на столе меня ждала похожая на лаваш лепешка, блюдо с какими-то местными фруктами совершенно дикого фиолетового в зеленую крапинку цвета, по вкусу один в один земные яблоки и всегда стоял кувшин с простой водой. А из удобств- маааленький закуток на лестнице, отгороженный от ступенек тканевой ширмочкой, за которой сиротливо пряталась посудина с крышкой, так похожая на детсадовский эмалированный горшок, что я, увидев ее в первый раз, смеялась до истерики. Между этажами ровно сорок ступенек. Я считала. Считала каждый раз, когда поднималась или спускалась. Никаких светильников ни в комнатах, ни на лестнице не было, свет испускал потолок, ровный, теплый, постепенно затухающий к ночи. Стены абсолютно белые, взгляду зацепиться не за что. И даже в окна было не посмотреть- невысокие, но сильно вытянутые в ширину, они находились практически под самым потолком, а значит, и вне моей досягаемости.  От нечего делать я самым тщательным образом изучала ладонь бога вдоль и поперек. Каждый символ, каждая трещинка на поверхности странного камня прочно отложились в моей памяти. Не знаю почему, но мне это казалось очень важным – запомнить все. И вот что странно – чем ближе день моей смерти, чем спокойнее я отношусь к этому знаменательному событию. Или мой мозг таким образом защищает меня от стресса, или, что более вероятно, мне в воду подмешивают какую-то успокоительную гадость. «День черного солнца» приближался, медленно, но неумолимо. Жаль только, что с мамой не удастся проститься, а остальное меня не особо волнует. Как бы то ни было, завтра меня принесут в жертву. Воображение рисовало почему-то что-то похожее на ацтекские ритуалы, но так ли все будет на самом деле? Хотя, смысл строить гипотезы, если через двадцать часов я все узнаю на практике.
 Ночь прошла слишком быстро.  Я однажды задумалась, о чем думают смертники перед казнью. Не знаю, как все остальные, а я просто хотела принять ванну и поесть. Вообще-то, я всегда думала, что перед смертью должны как минимум нормально покормить. Но, как видно, мои тюремщики считали по-другому. После вчерашнего завтрака мне приносили только какой-то кисловатый сок, правда, в больших количествах, так что от жажды я не мучилась. Спасибо и на этом! Буду умирать голодной! Зато чистой! Ровно в полдень меня под конвоем перевели в другое помещение, похожее на бассейн, только намного меньше, где, как я поняла, начали готовить к ритуалу. Ну, конечно, зачем богу немытая жертва?! Три жреца, а может жрицы, кто их разберет в этих балахонах и под ритуальными масками, собственноручно вымыли меня, и нанесли на мое тело какие-то узоры. Вот спрашивается, зачем было меня мыть, чтобы потом обмазать какой-то гадостью? Правда, через несколько минут краску смыли, но она уже успели въесться в кожу, и рисунок все равно остался. Теперь до самой смерти придется походить на переборщившего с татуировками панка. Хорошо, что друзья никогда не увидят меня в таком виде – засмеяли бы сразу. Очки с меня, видимо, снимать не собирались и лицо не трогали. Одежду мне, естественно, возвращать и не думали. Вместо этого мне пришлось терпеть заматывание в длиннющую простыню, в которой я и шагу нормально не могла ступить. Я так поняла, это для того, чтобы жрецам не пришлось долго за мной бегать, если я вдруг передумаю приноситься в жертву. Обращались со мной очень осторожно, я бы даже сказала – почтительно. Наверно, боялись, что я нажалуюсь их богу на плохое обращение. При всем при этом они умудрились ни разу не дотронуться до висевшей у меня на шее «ладони бога». А после всех манипуляций меня почти полчаса везли в занавешенном паланкине в неизвестном направлении.
Помещение, в котором я вскоре оказалась, не сильно походило на то, что я себе представляла. Точнее сказать, сильно не походило. Никакого алтаря, даже никакого возвышения, на котором можно было бы принести жертву. Круглая комната, вдоль стен двенадцать пятиугольных колонн, мозаичный пол, темный потолок куполообразной формы – больше ничего. Меня поставили в центре, на изображение странного символа. Я всмотрелась в линии и неожиданно поняла смысл этого знака – «Рождение»! Сопровождающие меня жрецы наперебой заговорили. Я поняла, что мне нельзя сходить с этого места ни  в коем случае, иначе смерть моя будет страшной и мучительной. Умереть быстро или в муках?! Выбор не особо велик, поэтому я молча кивнула. Подумала, что очки мне на том свете не понадобятся, поэтому  сняла их и отдала жрецам. Впервые я посмотрела на них не из-за темного стекла. Тихим шелестом зазвучала их молитва. Я вслушалась в слова.  Не может быть! Они меня благодарили! Наверно, я брежу. Мои нервы, наконец, не выдержали, и я сошла с ума! Другого объяснения у меня просто нет. А через мгновение я осталась в комнате одна. Комната погрузилась в почти полную темноту. Эй! Люди! А как же насчет «отдать темному богу»? В это время колонны вдруг слабо засветились. Вместе с ними ярко засиял белым светом знак под моими ногами. Из-за стен донеслось пение. Я поняла, что затмение началось. И чуть не отскочила, когда рисунок  мозаики под ногами начал меняться и рядом с белым символом появился черный. Он в точности повторял знак, на котором стояла я, только был перевернут. Понимание значения пришло само собой – «Смерть». Вместе они образовали новый символ – «Рождение из смерти». Потом и этот символ изменился, на его месте появилась двойная незаконченная спираль – «Воскрешение». Свет от символа внезапно  устремился в купол, затем двенадцатью лучами разлетелся к колоннам и, отразившись от них, вновь собрался в центре комнаты и ударил в висевшую у меня на груди «ладонь бога». Кулон разлетелся на куски. Осколками камня  мне рассекло кожу на руках, груди и шее, и кровь тонкими ручейками потекла на белое одеяние, но я даже не заметила этого. Прямо передо мной из пустоты начала появляться мужская фигура. Потом свет из белого стал красным. Воздух заволокло кровавым туманом. Неожиданно, хотя нет, вполне ожидаемо, просто как-то резко, я почувствовала ужасную слабость, ноги стали ватными, и закружилась голова. С каждым ударом сердца я чувствовала, как жизнь покидает меня. За несколько секунд до того, как я потеряла сознание, туман исчез, и я смогла рассмотреть человека, стоящего передо мной. Наверно, разум действительно оставил меня перед смертью, потому что я отчетливо поняла, что люблю этого мужчину! Мужчину, которому меня принесли в жертву! Мужчину, который ожил потому, что я для этого умираю! Темного бога!
 



Елена Кристель

Отредактировано: 24.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться