Алый лазурит

Глава 7. Происшествие на рынке

28 день месяца долгих ночей

Небо, затянутое серыми тучами, готовыми вот-вот разразиться дождем, вызывало уныние. Или же это Окуни придумала очередную отговорку, чтобы не обращать внимания на истинную причину: остался всего один день и Ноа уйдет. Уйдет навсегда, как и обещал.

Всего десять дней назад Окуни желала этого всем сердцем, а сейчас готова упрашивать его остаться. Как такое возможно? Как чувства умудрились совершить такой резкий поворот? Вдруг вспомнились слова матери, настоящей матери, из другого мира: «От ненависти до любви один шаг. Я ненавидела твоего отца, но в один момент все изменилось. Я до сих пор не понимаю, что он сделал, но теперь жить без него не могу».

Воспоминания о настоящих родителях давно потускнели, покрылись пылью времени, став сероватыми и нечеткими. Окуни уже не могла припомнить ни лиц родителей, ни их привычек, даже редко всплывающие фразы теперь говорили голосами мадам Голд и старшего брата или дворецкого. Детские слезы, проливаемые в подушку каждую ночь, давно высохли, оставив после себя лишь легкий шлейф грусти по навсегда утерянному.

Отбросив печальные воспоминания, Окуни попыталась понять слова матери. Они не объясняли ровным счетом ничего. Девушка не понимала, как Ноа подцепил ее на крючок, ведь он ничего не сделал. Совершенно ничего. Просто выполнял всю работу по дому и постоянно дружелюбно улыбался.

Может, в этом причина? Или нет? Ответа она не знала.

— Учитель? — участливый тон Кайла вырвал из мыслей, возвращая в реальность. В слишком шумную реальность.

Окуни поморщилась. И как она смогла отгородиться от всего этого? Бессвязный гомон атаковал со всех сторон. С трудом различив голос мальчика среди рыночного хаоса, девушка вопросительно посмотрела на ученика.

— Вы шли как сомнамбула, — пояснил он. — Ни на что не реагировали, хотя обычно бегаете от палатки к палатке.

— Вот как… — отрешенно произнесла Окуни.

— С вами все в порядке? — обеспокоенный взгляд Кайла прошелся по фигуре учителя, выискивая внешние признаки недомогания. — Не заболели? Сейчас заразиться довольно легко: вон как погода быстро сменяется!

Девушку так и подмывало съехидничать, высказав возможную природу болезни. Как бы глупо это не звучало, но любовь, а, скорее всего, это она и есть, — хворь, не подлежащая контролю. И избавиться от нее по желанию не выйдет.

Прикусив язык, Окуни выдавила мычание. Кайл обеспокоено потянул за рукав платья, привлекая к себе вновь потерянное внимание. Ученик беспокоился от чистого сердца, и втаптывать в грязь его чувства из-за собственной колючести и плохого настроения — по меньшей мере, некрасиво.

— Все в порядке. Просто задумалась, — вымученно улыбнулась Окуни.

— Что-то случилось? — раздался над ухом голос Ноа, заставив девушку вздрогнуть. Она опасливо обернулась и вновь натолкнулась на одну из многочисленных улыбок мужчины. В этот раз естественную и непринужденную. — Нашли что-то интересное? — предположил он.

Спрятав разворошенные чувства куда поглубже, Окуни напустила на себя усталый вид и разочаровано пожала плечами:

— Ничего. Сегодня на рынке слишком шумно и многолюдно, у меня разболелась голова. Может, вернемся домой?

— Я еще не все купил. Давай заглянем в две последние лавки, — переложив только что приобретенные в соседних палатках пакеты и коробки в одну руку, Ноа неопределенно махнул второй.

— Ну-у ла-адно, — капризно протянула Окуни и спрятала руки в карманы платья. Не успела троица сделать и пары шагов в нужном направлении, как девушка продолжила: — А что ты уже купил?

— Да так… Всего лишь еда. Моя работа нянькой подходит к концу, вот и хочу оставить хотя бы на несколько дней нормальную еду, а не безвкусную… — он запнулся и, неопределенно махнув рукой, закончил: — из алхимического котла.

Стоило мужчине произнести эти слова, как от напускной веселости Окуни не осталось и следа. Взгляд опустился на мостовую, губы дрогнули, и по телу разлилось тянущее, жгучее ощущение приближающихся слез. Да что же это такое?! Как она, тайно именующая себя железной леди, докатилась до подобного?! Что за размазня! Стиснув ладони в кулак до отрезвляющей боли, девушка кокетливо улыбнулась и, обойдя Ноа по кругу, посмотрела прямо в глаза:

— Расскажи что-нибудь о себе?

— С чего вдруг такая смена темы? — удивленно распахнул глаза мужчина и с усмешкой добавил: — Неужели тебе вдруг стала интересна моя скромная персона?

— Верно. Завтра у тебя последний день, а мне же надо на старости лет, в окружении внуков, вспоминать, что когда-то на меня работал сам племянник господина Сильвера.

— Вот прямо-таки вспоминать? Правда, будешь? Вот Макдара со смеху покатится!

— Конечно, — проигнорировав подколку, кивнула девушка. — А если внуки попросят подробностей, мне и сказать нечего будет. За этот месяц ровным счетом ничего не произошло. Пустота и скукота, — от досады она развела руками. — Никто не похитил меня и не попытался убить, как бы ты не утверждал в первый день нашего знакомства.

— Во второй, — машинально поправил Ноа.

— Хорошо, во второй, — согласилась Окуни, припоминая встречу на приеме и сердечки над толпой поклонниц Бармы. Она хихикнула и продолжила: — Я даже не узнала о твоих способностях, поэтому рассказывай.



Анастасия Рогова

Отредактировано: 10.11.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться