Алый лазурит

Глава 13. Необычные смотрины

12 день месяца жарких дней

Большая часть огромной гостиной была погружена в полумрак, а оставшаяся освещалась последними лучиками закатного солнца. Их приятный желтовато-красный цвет создавал уют и удовлетворение от хорошо прошедшего дня и играл на гранях хрустального кувшина, стоявшего на низеньком столике. По бокам от него, прямо друг напротив друга, удобно расположились два глубоких мягких кресла из темно-бордового бархата.

В одном из них вальяжно развалился наследный принц королевства Ю-Отус, периодически поднося к губам бокал с красным вином. Вдыхая чудесный аромат забродившей вишни с нотками корицы, Редмонд расслаблялся, и уголки губ, вечно сжатых в тонкую полоску, чуть приподнимались, изображая легкое подобие улыбки. Солнечные лучики, запутавшись в алых растрепанных волосах принца, создавали вокруг его головы божественный ореол. Но его безмятежный вид портил суровый взгляд янтарных глаз, которые так и не тронула улыбка.

В дверь гостиной постучали. Послышалось шуршание, возня и громкий раздраженный шепот.

Собеседник принца — герцог Карстен Гремори, сидящий в соседнем кресле, усмехнулся, прикрывая растянувшиеся в улыбке губы бокалом. Редмонд осуждающе посмотрел на него и стиснул между пальцами ножку своего, отчего по хрусталю расползлась паутинка трещин, и та со звоном упала на пол.

— Если ты своим слугам позволяешь вольности, то здесь такого не будет! Никогда! — прошипел он.

— Не ломай посуду, — обеспокоено сказал Карстен.

Принц закатил глаза, мол, мой бокал, хочу и ломаю, но все же, чтобы не пораниться, сунул его в руки друга и, опершись о подлокотники, встал. Герцог пожал плечами, одним глотком допил вино и, поставив свой на стол, взял листок бумаги.

— Выгоню их, — раздраженно произнес принц, прожигая взглядом закрытую дверь. Возня за ней все продолжалась, а уровень громкости стал набирать высоту.

— Не брюзжи. Король — любящий, но строгий отец народа, а из тебя выходит тиран, — заметил Карстен, пробегая взглядом по строчкам.

Понимая, что не может возразить, Редмонд тяжело вздохнул, резко распахнул резные деревянные створки и, пройдясь суровым взглядом по каждой из трех горничных, рыкнул:

— Брысь отсюда!

Девушки затряслись, словно кленовые листья на осеннем ветру, но быстро вернув самообладание, низко поклонились, тихо шепча слова извинения из-за нарушенной во дворце тишины. Редмонд махнул им, и горничные быстро ретировались, оставив после себя сервированный столик с горячим чаем и сладостями.

— Ты слишком строг с ними, — отозвался Карстен, приступив ко второму кругу чтения. Написанное на листке настолько его заинтересовало, что он не мог пропустить ни слова.

— Терпеть не могу шум и суету, — бросил тот в ответ. — Если они не могут следовать простейшей просьбе — соблюдать тишину, то им здесь делать нечего.

— Скорее приказ, а не просьба.

— Не важно, — насупился Редмонд. Он вкатил в комнату столик и с такой силой захлопнул дверь, что стекла в окнах задрожали. — Лучше скажи, как тебе письмо?

— Весьма увлекательно, — взволновано ответил герцог. — И так необычно. А сколько эпитетов! Штук сорок точно есть. Фантазия у составителя очень хорошая, — довольно кивая каждому прочитанному слову, добавил он.

— Не развлекайся за мой счет, — фыркнул принц, садясь обратно в кресло и закидывая ногу на ногу.

— Но я такого никогда не видел! — возразил Карстен.

— И не увидишь. Ты нежеланный жених. Даже статус правителя провинции тебя не спасет, — жестко поддел Редмонд.

Герцог равнодушно пожал плечами, мол, не особо стремлюсь в зятья. Вернув сломанный бокал принцу, он аккуратно сложил листок и положил на стол.

— Сколько у тебя уже подобных писем?

— Приходят аккурат раз в неделю, — засмотревшись, как на вине играют лучи закатного солнца, с опозданием ответил принц. — Достали. И никак не могу придумать, как от них избавиться.

— Женись.

— Я не хочу без любви, — автоматически произнес Редмонд.

— Не ожидал, что ты настолько романтичная натура, — ехидно усмехнулся Карстен.

— Да. Я хочу гулять с моей избранницей под лунами, ездить на пикники, кататься на лодке, слушать утреннее пение птиц через открытые окна спальни… — мечтательно протянул Редмонд. Его лицо оставалось невозмутимым, но герцог заметил, что кончики ушей слегка покраснели.

— Все, я понял, — остановил он поток фантазии.

— И чтобы мои мечты разделяла и жена. Но найти ее очень сложно… — на последних словах голос принца растерял всю томность, вновь становясь ровным и холодным.

— А ты не пробовал изменить сначала что-то в себе?

— Например?

— Для начала перестань смотреть на всех, как будто хочешь убить.

— Ничего не могу сделать, — пожал плечами Редмонд. — Я от природы такой.

Об упрямстве принца Карстен знал не понаслышке. Если он не хотел менять что-то в себе, то ему остается найти девушку, которая примет всех его «тараканов». Или такую же, как он, с такими же «тараканами». Но это будет просто национальная катастрофа!



Анастасия Рогова

Отредактировано: 10.11.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться