Алый лазурит

Часть 3. Чудовище, поверженное перед алтарем

Глава 26. Хозяин древнего меча

29 день месяца долгих ночей

Затхлый воздух—первое, что почувствовал Леон, когда открыл неприметную деревянную дверь, ведущую в дворцовые темницы. Король Сихрена, славящийся на весь Адаршан любовью казнить за малейший проступок, абсолютно не заботился о своих пленниках. Если они вообще были, а не сразу отправлялись на эшафот.

Отмахнувшись от вылетевших из-за двери клубов пыли, капитан не удержался от раздражения в адрес свергнутого короля:

— Макдара, когда здесь в последний раз убирались?

Мужчина терпеть не мог грязь: любое, самое маленькое пятнышко исчезало, стоило попасться на глаза. А что говорить о таких местах, как темница Сихрена? У Леона тряслись руки, и перехватывало дыхание от желания сбегать за метлой и тряпкой с ведром воды.

Но, глубоко вдохнув, он стиснул кулаки и сдержал порыв. Это не его корабль, сверкающий чистотой, словно жемчужина в лучах полуденного солнца. Пусть новая хозяйка порядок наводит. Но ему так хотелось… Чистоплотность Леона порой доходила до абсурда.

Сорвав со стены светильник в форме факела,мужчина ступил на первую ступеньку. С пола вновь поднялись потревоженные клубы пыли, и капитан смачно чихнул. Желание навести чистоту вспыхнуло с новой силой, но стоило вспомнить, кого он собирался навестить, как оно тут же заменилось маленькой жаждой мести. Людей, злоупотреблявших своей властью, он ненавидел намного сильнее, чем грязь.

Прикрыв за собой дверь, мужчина, осматриваясь, поводил светильником из стороны в сторону. Ничего интересного, за что мог зацепиться взгляд, не обнаружилось. Грубые необтесанные булыжники выпирали из стен, от полуразрушевшейся лестницы сыпалась каменная крошка. По углам и с потолка свисала паутина.

Прикрыв свободной рукой нижнюю половину лица, Леон осторожно двинулся по темному коридору. Испуганные неярким светом, под ногами сновали насекомые. Мужчина шумно втянул воздухсквозь приоткрытые губы. Во рту мгновенно пересохло, и появился сладкий привкус гнили. Точно он только что съел испортившийся фрукт. Но неприятный запах не мог остановить его. Поморщившись, он целенаправленно зашагал вперед. Пока не уперся в ветхую, готовую развалиться от любого прикосновения, дверь. Аккуратно, будто прикасается к хрусталю, капитан открыл ее. В темницах он еще не был: когда его альянс с Сейлор захватил главный дворец Сихрена, всю формальность по переселению короля и советников в подземелья он предоставил подчиненным. И теперь этот момент настал. Мужчина ожидал увидеть решетки, закованные в кандалы кости, крыс и червей, копошащихся во влажной соломе, но, на удивление, ничего подобного не оказалось. Нет, решетки имелись, но вместо соломы — железные кушетки с дырявыми перинами и забившиеся в углы и дрожащие от холода, стоящего в тюрьме, бывшие советники.

Дневной свет проникал сквозь маленькие окна под самым потолком, и факел оказался не нужен. Прислонив его к стене, Леон двинулся по проходу между камерами, внимательно рассматривая осунувшиеся, полные безысходности лица бывших советников короля, а нынче — пленников собственного дворца.

На удивление, захватить Сихрен не составило труда: пролилось немного крови, но ни у одной стороны не было потерь. Небольшой отряд стражи, изображая вялое сопротивление, просто сдал королевство. Видимо, они считали, что лучше отдаться на милость захватчиков, чем дальше терпеть тиранию и жить в страхе, боясь даже вздохнуть.

Леон остановился у самой последней камеры, где скованный по рукам и ногам сидел король. Маленький и круглый, будто откормленный на убой поросенок, мужчина лет пятидесяти с отросшей бородой с седыми волосками и неопрятными сальными волосами, падавшими на лицо, яростно пожирал гостя глазами. Тюрьма не сбила с него высокомерия и презрения ко всему живому. Капитан скорбно вздохнул — досадить пленнику его же методами не сильно удалось.

— Тебе это так с рук не сойдет, — отчетливо произнес король. Его громкий властный голос, усиленный эфиром, эхом отразился от каменных стен и, словно множество острых иголок, вонзился в уши Леона. Он зажмурился, ожидая, когда утихнет непредвиденная боль, и перевел дыхание. — Хах, какой изнеженный мальчик, — с презрительной усмешкой добавил пленник.

— Это все твои фокусы или еще что есть? Все же надо было заковать тебя в фирилл, чтобы не имел доступа к магии, — ощетинился капитан.

— Не сравнивай себя, монстра, воспитанного призраками, и меня, человека, — презрительно выплюнул король.

От мгновенно вспыхнувшей ярости Леон до боли стиснул кулаки. Как это создание, которое и человеком-то назвать язык не поворачивается, смеет так уничижительно отзываться о Призрачном народе?! Они, в отличие от так называемых людей, приняли его и воспитали, дали знания и научили защищаться. А что сделали люди?! Стоило ему появиться на свет, как тут же бросили в лодку и отправили в открытое море в надежде, что безжалостная стихия сделает за них всю работу. Но удача была на стороне Леона: ни шторма, ни жаркое солнце, ни отсутствие еды не забрали жизнь младенца. И его прибило к берегам Туманного континента…

Усилием воли мужчина подавил гнев. Если он сейчас устроит сцену, то никаких ответов не добьется, только развеселит тирана.

Опершись спиной о решетку камеры напротив, капитан сложил руки на груди и впился взглядом впленника. Внутренне надеясь, что тот подавится слюной.

— Скажи же мне, как великоваше осиное гнездо? — спустя мгновение молчания задал он первый вопрос.



Анастасия Рогова

Отредактировано: 10.11.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться