Am meleth din

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 14

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Как же болит голова… Кажется, что последняя кружка эля была явно лишней и вообще стоило согласиться с Леголасом и не присоединяться к этой эстафете вместе с Гимли, но кто же знал. Грейнджер с трудом разлепила глаза, вглядываясь в смутные очертания потолка комнаты. Моргнула и накрыла ладонью лоб, холодный и влажный от испарины. Не так много выпили, как дурно стало по пробуждению.

— Гермиона…

Она слышит своё имя и поворачивает голову на мужской голос. Присматривается к говорившему, щуря глаза, будто не может разобрать черт лица.

— Рон..? — удивлённо выдыхает волшебница и не верит своим глазам.

— Наконец-то ты пришла в себя, — облегчённо вздохнул другой мужской голос, и она переводит взгляд, замечая ещё одного парня рядом с собой.

— Гарри..?

Поттер мягко улыбается ей, но не торопится теснить друга, устроившегося рядом с ней. Он остаётся чуть поодаль и наблюдает за ними, с облегчением осознавая, что всё обошлось.

— Прости меня…

Грейнджер чувствует, как тёплые руки касаются её ладоней, но не понимает, что происходит. Ещё один сон? Она у себя дома, в своей гостиной, лежит на диване, а вокруг ничего не изменилось. Рональд сильнее сжимает её руку и что-то с сокрушающе опущенной головой и отведённым виноватым взглядом шепчет о том, что это его вина.

— Вина в чём..? — волшебница не понимает. Ей кажется, что чего-то не хватает. Чего-то очень важного, а всё происходящее не сон, а… реальность, но как такое возможно? Ведь ещё вчера они с гномом и эльфом делили одну бочку эля, а теперь она у себя дома, будто всё, что случилось с ней в Средиземье, — вымысел.

— Я должен был тебя послушаться и не трогать Маховик. Прости.. Я так испугался, что ты не вернёшься…

— Не вернусь?

Грейнджер с силой жмурит глаза, заставляя себя вспомнить всё, что случилось в прошлый вечер. Ей не могло это присниться. Он... настоящий. Волшебница медленно поднимается и садится; голова отзывается острой болью, так что не продохнуть и не сдвинуться.

— Гермиона?.. — в голосе друзей возрастает беспокойство. Они не понимают, что изменилось, а она… она просто должна вспомнить…

***

Крики. Скрежет сцепленных клинков. Ржание лошадей и беспокойный бой копыт. Рычание… Страшно. Её будто вырывают из череды событий и прямо из спокойной комнаты родительского дома отправляют в самую гущу сражения. Медленно Грейнджер начинает вспоминать день, предшествующий ему. Ссора в стенах дворца Ристании, обещание и поединок, где сердце беспокойно бьётся и сжимается каждый раз перед новым ударом — только бы его жизнь не оборвалась, а после… после переполняющая радость. Не из чувства свершившейся мести и кровью очищенной чести, а того, что вернулся; того, что снова рядом живой и только её. Всё такое тёплое, яркое, светлое, что кажется крикам и стонам, как и страху, здесь места нет, но что же тогда?

События вновь мельтешат в голове, выворачивая наизнанку сознание и оголяя новое воспоминание. Недолгая радость обрывается необходимостью покидать нагретые стены чужого дома и вместе с другими торопиться в поход, на помощь Гондору. Новая зреющая битва, надобность спешно выступить в путь и принять вызов судьбы. Очередное расставание, но не у поля боя, а там, у Тропы мёртвых, в разбитом лагере людей, которых одна близость с этим местом пугает. Неспокойное сердце не желает отпускать эльфа в новое опасное путешествие — они должны пройти этот путь вместе.

Следы лихолесского принца теряются на Тропе мёртвых, а компания Эовин не приносит ей ощущения покоя. Внутри закипает злость и сильное желание догнать друзей. А потом… потом пришли они… Безжалостные дети Мордора, и пролилась новая кровь. В пылу нового сражения, смутно всплывающего у неё перед глазами уродливым лицом урук-хая, она слышит звон оборванной цепочки. Забывая о противнике на доли секунды, Гермиона находит взглядом вещь, что принадлежит ей. На голом камне её Маховик ведёт свой отсчёт, лишая волшебницу выбора. Вновь, повторяя свой былой опыт, она бросается к нему, забывая о предосторожности; успевает схватить его в руки, обогревая ладонями, и обернуться на рычание орка, встречая лицом к лицу того, кто в один замах собирался лишить её жизни. Картина смазывается и со звоном проигранной дуэли меч врезается в камень.

***

Гермиона отняла руку от головы — боль отступила, вернув потерянные воспоминания.

— Леголас.. — тихо шепчет себе, осознавая, что наделала.

Наперебой обеспокоенные друзья пытаются дозваться до неё, но не могут пробиться сквозь завесу осознания ошибки.

Волшебница закрывает глаза; ей больше никогда не вернуться в этот мир. Жить в неведении исхода войны. Не знать: вернётся ли он живой в родные леса Лихолесья; прольётся ли вновь свет на земли Средиземья.

***

Я буду помнить всё, до первых седин.

Буду привыкать засыпать один.

Я буду молиться Богам.

Чтобы где-то там, ты была весела ©.



Sheril Wind, CarteNoire

Отредактировано: 15.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться