Анарео

Глава двадцать пятая

Налетевший ветер подхватил осенние листья, прошелся легкой рябью по еще не высохшим лужам, дернул длинный антарский плащ. 
Крина беспокойно шагала взад-вперед по неширокой аллее, закрытой от посторонних глаз высокими кустами дикой розы. Размокшие лепестки уже почти все опали, и на тонких веточках виднелись лишь редкие съежившиеся от холода бутоны. 

Надо уносить ноги. 

Она сама не заметила, как сказала это вслух. В конце концов, интуиция еще ни разу её не подводила. Где бы ни была Виктория, шансы на то, что ликуд вернется обратно, не приведя за собой Волдета, таяли с каждой минутой. 

Антар решительно набросила капюшон. Пожалуй, в особняк не стоит и возвращаться — проще сразу отправиться к ближайшим воротам и, покинув резиденцию, для начала затеряться в городе. Время для мести еще придет, а пока хорошо бы остаться живой. 

Двадцать метров до конца аллеи. Поворот направо — на открытом месте ветер окончательно обозлился и принялся неистово трепать плащ за подол — и еще с сотню шагов. 

На плечо сзади легла тяжелая рука. 

Крина на мгновение замерла, затем резко развернулась, одновременно мысленно нащупывая браслет. Голубая ящерица успокаивающе зашипела, отзываясь на прикосновение. 

Чужая ладонь дрогнула и вернулась на место. 

Самый старый из всех глав кланов стоял перед ней в своем неизменном черном одеянии, из-под воротника которого выглядывал белоснежный тонкий шарф, и улыбался. 

От этой улыбки, тошнотворного сладковатого запаха, Крине стало не по себе. 

— Наша дорогая гостья, — заскрипел Костадин, — что же вы гуляете в такую непогоду? Позвольте мне угостить вас горячим у себя дома. Будет совершенно непростительно, если вы продрогнете здесь в одиночестве. 

Крина очень хорошо помнила, что голос дормиен на совете был очень даже свеж и бодр. 
Она беспомощно оглянулась. Ни души вокруг. 

— Я, пожалуй, не буду отнимать ваше время, — ответила антар как можно мягче, — у главы наверняка много дел. 

— В таком случае, прошу расценивать мою просьбу как приказ. — Улыбка на старческом лице расцвела еще шире, и Костадин взял девушку под руку. 

До самого конца пути они шли в полном молчании. 

…Первый вопрос дормиен задал, когда Крина опустилась в мягкое бархатное кресло. 

— Мне сообщили, что сегодня ночью вы покидали нашу резиденцию. — Глава с нездоровым удовольствием разглядывал сидевшую напротив него. — Хотелось бы узнать, зачем вам это понадобилось? 

— Люблю ночные прогулки, — ответила Крина, лихорадочно перебирая в уме все причины осведомленности Костадина. Охранявший ворота страж? Нашедшаяся Виктория? 

— Врете, — Костадин нежно поглаживал подлокотник. — Нагло, беззастенчиво врете. 

— Хорошо, — сглотнула Крина. — Хотела навестить старого друга. 

— У вас есть друзья среди людей? — дормиен поднял тяжелый взгляд. 

— Это считается серьезным проступком? — антар выдержала напор. — Скорее, были. Я ходила на кладбище. 

— Допустим, так, — согласился Костадин, — но только допустим. Дайте мне свои ладони. 

Крина опешила. 

— Что? 

— Покажите мне руки, — старик нетерпеливо перегнулся через стол. — Очень хорошо, — сказал он, глядя на кисти, которые издалека протянула ему антар. 

И рванул рукава вверх, обнажая оба запястья — одно с маковым багровым цветком, другое — с каменной, едва светящейся, ящерицей. 
Крина вскрикнула и дернулась назад. Старик вскочил одновременно с ней. 

— Не глупите, — предупредил он. — Особняк окружен стражами. В доме их тоже полно. И не думайте, что посох дормиен молчит и не может защитить своего хозяина. — Костадин поднял трость, нацеливая на неё четыре сложенных в бутон лепестка, по которым пробегали алые искры. — Это моя личная выдумка для тех идиотов из совета, которые считают себя всесильными. 

Девушка медленно села, словно загипнотизированная. 

— Я так понимаю, вы все-таки мортем? — он посмотрел на левое запястье. — Очень хочется послушать, как вы надели чужой браслет — и смогли его использовать. 

Крина зевнула. Её неудержимо потянуло в сон. Костадин немного опустил посох. 

— Я ничего не скажу, — фразы неумолимо путались. Где-то в подсознании настойчиво билась мысль, что надо молчать, и потому антар, пытаясь проморгаться, повторила: 
— Я ничего не скажу. 

— Хорошо, — кивнул глава, — я так и думал. Тогда вам придется остаться здесь… по крайней мере, пока не расскажете мне все. Поверьте, я очень терпелив, и пока не собираюсь прибегать к пыткам и прочей ерунде, которую так любят мои собратья. Пока не собираюсь. 

Крине показалось, что она заснет прямо сейчас, уронив голову на стол. Сквозь туман в голове антар услышала, как внизу хлопнула дверь. 

— Кто там еще? — недовольно крикнул Костадин. — Асен! — позвал он охрану. 

Дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появился страж. Лицо его, обычно спокойное, на этот раз выдавало целых две эмоции — легкое беспокойство и напряжение. 

— К вам глава когитациор, — произнес он, и Даан тут же отодвинул преграду в сторону. 

Костадин невозмутимо оперся на трость, но в глазах хозяина особняка мелькнула скрытая ярость. 

— С какой стати, Даан, ты врываешься в мой дом? — процедил сквозь зубы, мельком глянув на Крину. Та успела одернуть рукава. 

Даан захохотал, пододвинул к себе кресло и уселся, закинув ногу на ногу. 

— У тебя же всегда дверь открыта, Костадин, — он налил себе воды, и залпом выпил. — Даже гостей нормально встретить не можешь. 

— Тебя никто не приглашал, — дормиен тоже сел, положив посох поперек коленей. 

— Это да, — признал тот, — твоя правда. Но я здесь не для обмена любезностями. Я пришел за лисирийкой. 

Крина вздрогнула, услышав его слова. Костадин отрицательно покачал головой. 

— Нет, она останется здесь. Мне нужно с ней поговорить. 

— Ты ничего не перепутал, дорогой родич? — Даан покосился на девушку. — Думаю, она сама в состоянии решить, оставаться ей или идти со мной. 

— Она никуда не пойдет! 

— И кто же ей помешает? 

… Выходя, антар услышала, как Костадин в бессилии скрипит зубами. 
Кажется, у неё появился еще один враг. 

*** 
Даан почти тащил Крину за собой. На выходе из части дормиен она выдернула руку. 

— Куда мы идем? 
— А как же благодарность за спасение? — иронично поинтересовался когитациор. 
— Я не просила меня спасать, — резко ответила девушка. — И особенно следить за мной. 
— Правда? — хмыкнул Даан. — Как это я сразу не заметил? Может, тогда вернешься? 
— Нет, — Крина потерла лоб. Остатки сонливости никак не желали выветриваться. — Мне надо идти. 

— Куда же? Если ты хочешь выбраться из локуса, я тебя расстрою — все входы перекрыты стражами. Этим утром в резиденции обнаружили свеженький труп помощницы Волдета, и тот так взбесился, что поднял всех на уши. Кстати, поздравляю с почином. 

— С каким почином? — Антар сбросила капюшон, и ветер ворвался в уши. Холод был гораздо приятнее, чем ощущение тумана в голове. 

— Как с каким? Это ведь ты её прикончила? 

Крина только сейчас поняла, что он говорит о Виктории. 
Значит, Волдет все-таки добрался до неё. 

— С чего ты взял? 

Даан хмыкнул. 

— С того, что мертвая полностью подходит под описание убитых в Лисире, про которых ты рассказывала. Вывернутые колени, переломанные руки, вытаращенные глаза — в общем, все, как положено. Может быть, расскажешь, как ты это делаешь? 

Искаженные в предсмертном страхе лица, ночь, полная мертвецов, раскрытые неживые браслеты встали перед глазами. Холод заскользил вверх по спине. 

— Надо всем отсюда уходить! Немедленно! 
— Именно это я и собираюсь сделать, — засмеялся когитациор. — Но вот тебе, моя дорогая, придется немного задержаться.



Адам Мирах

Отредактировано: 12.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться