Анарео

Глава двадцать восьмая 

Горячая вода разбудила раны на спине, уже начавшие покрываться струпьями. Грета невольно вздрогнула, отжимая мокрые волосы. 
— Пошевеливайся давай, — прикрикнула на неё женщина. — Некогда рассиживаться. 

Грубая ткань легла на тело длинным бесформенным балахоном, впитывая последние капли. Одежда совсем не грела, и антар стояла в ожидании, вся дрожа. От босых ступней на полу во все стороны растеклась небольшая лужа. 

Хозяйка поморщилась при виде грязной воды. 

— Эй, девка! Прибери здесь! 

Маленькая горбатая служанка поспешно юркнула в комнату. Аморет прошлась вперед по коридору, и, остановившись возле обшарпанной двери, достала связку ключей. 

— Сюда иди, — поманила она Грету. — Вот твоя комната. Спать будешь там, — кивнула на угол, в котором лежала куча тряпья. — И чтоб без глупостей мне. 
Замок пронзительно защелкнулся за спиной, и пленница осталась в одиночестве. 

*** 
Она присела на одеяла и вытянула уставшие, ноющие ноги вперед. Комната была пуста, если не считать огромной охапки белья, лежавшей в противоположном углу. 

Живот ужасно урчал от голода, но Грета старалась не обращать на него внимания. Уже одно то, что она помылась и переоделась, можно было считать настоящим счастьем. Правда, в такой одежде далеко не убежишь — длинный подол спутывал ноги при малейшем движении. 

Антар подобрала колени к груди. Куда же её привезли? Разум подсказывал очевидный ответ, но при одной только мысли об этом сердце съеживалось в оцепенении. Неужели она останется здесь навсегда? 

Навсегда, — подтвердил внутренний голос, — пока не умрешь. 

Слезы сами собой навернулись на глаза. Грета с тоской посмотрела на мертвый браслет. Подумать только, совсем недавно антар боялась его и думала только о том, как бы поскорее снять. 

И зачем она только вступилась за Иветту! 

При воспоминании о воровке память услужливо подсунула картину: короткий замах топором и рубленая, страшная рана среди черных, смятых волос. Грете стало совсем дурно, и она, всхлипывая, свернулась калачиком. 

Неужели, неужели отсюда совсем нет никакого выхода? 

Куча в углу зашевелилась, и из неё высунулась светловолосая головка. Заостренный нос, тонкие, сжатые в одну линию губы, бледно-голубые глаза. Совсем молоденькая, полудевочка-полудевушка уставилась на Грету. 

— Новенькая? — спросила она тихо, боязливо оглянувшись кругом. 
Та, еще не отойдя от неожиданности, только кивнула. 

— Меня Агни зовут, — шмыгнула носом антар. — Я из семьи кели. А тебя? 
— Грета, мортем. — Девушка снова с сожалением покосилась на браслет. — А ты давно здесь? 
— Три месяца, — глаза Агни покраснели. — Аморет, хозяйка, говорит, что у нее еще никто столько не выдерживал. Обычно месяц, другой, а последняя за две недели умерла. А тебя только привезли? 
— Да, — Грета смотрела на девочку во все глаза. — А почему… почему она умерла? 

Агни снова шмыгнула. 

— Сюда приходят разные… люди. И Аморет велит делать то, что они говорят. А если не делаешь, тогда бьют. Сильно. Поэтому я всегда слушаюсь их. Даже когда противно. — Агни отвернулась к стене. — Если все выполнять как надо, тебя хорошо кормят. Можно терпеть. А та девушка никого не слушалась. Она только плакала все время и просилась домой. Мне даже имя свое не сказала. Аморет её била-била, а потом сказала, что устала, и пусть лучше она сдохнет от голода. 

От этих слов у Греты внутри все задрожало. 

— А ты не пробовала сбежать? 
— У меня даже браслета нет, как я сбегу? — Агни подняла голову. — Вот было бы мне двадцать, я бы им всем показала! — Она с завистью посмотрела на запястье Греты. 
— Что-то он не слишком помог, скорее, наоборот, — мрачно обронила девушка. 

«Если бы не треклятый браслет, я б и не рискнула заступаться за Иветту». 

— К тому же дом охраняют, — продолжила Агни. — И куда бежать? Я не местная. А здесь даже к рикутам не пойдешь — Аморет сказала, что у неё брат там служит. Хотя, может, и врет, — она почесала немытую голову. — Не знаю. 
— А откуда ты? — спросила Грета. Просто так — чтобы не думать о том, что ей поведала девочка. 
— Из Лисира. У меня там отец, — Агни насупилась. — Он хотел, чтобы я училась с людьми в столице. А я их терпеть не могу. Так он все равно отправил — я и сбежала. 
— Из Лисира? — оживилась антар. — Расскажи мне! 

Следующий час они безостановочно говорили о Приграничье. Грету интересовало все — от лисирийского локуса до близлежащих гор. А Агни, уже неделю не видевшая ни одной живой души, только рада была поговорить с подругой по несчастью. 

*** 
К вечеру горбатая служанка принесла им хлеб и воду. Агни затряслась. 

— Опять, значит, сегодня придут, — в отчаянии сказала девочка и зарылась в свои одеяла. Как Грета ни старалась, она так и не смогла растормошить её. 

Обхватив колени, антар напряженно всматривалась в тусклый свет, пробивающийся сквозь узкую щель под дверью. Что же их там ждет? 
Аморет явилась спустя полчаса. Агни даже и носа не высунула, но хозяйке она и не нужна была. 

— Пей, — приказала владелица притона, поднося чашку к самому лицу Греты. 

Обжигающая жидкость взорвало нутро девушки вспыхнувшим огнем. Она едва не подавилась, но хозяйка держала кружку крепко, и пришлось допить все до дна. Сразу после этого в голове стало мутно и шумно. 

Аморет швырнула ей одежду. 

— Не буду, — вырвалось у Греты. 
— Будешь, еще как будешь, — мягко улыбнулась хозяйка, взмахивая хлыстом. 

Через два удара девушка, вздрагивая от боли, трясущимися руками торопливо натягивала тонкое, короткое платье. Перед глазами стоял туман: она едва увидела, как ей протягивают еще одну кружку. Сладкий запах крови, похожей на человеческую, ударил в нос, и антар вцепилась в посудину обеими руками. 

Пелена вокруг рассеялась, и Грете внезапно стало очень весело. Держась одной рукой за стену, она глупо хихикнула, заметив, как по выщербленному полу ползет, быстро перебирая тонкими лапками, паук-сенокосец. 

Аморет тоже его увидела. 

— Прямо засилье какое-то этой осенью, — пробормотала она, тщательно давя насекомое ногой. — Паучьё проклятое. 

И толкнула дверь от себя.



Адам Мирах

Отредактировано: 12.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться