За то, что по-настоящему любишь,
готов отдать любую цену.
Сегодня утром Бейн встретил Андре на берегу моря. Было солнечно и немного прохладно. Волны мирно набегали на пляж, отступали, оставляя мокрый след, и снова набегали. Вдалеке кричали чайки.
Бейн нашел Андре сидящим на песке, глубоко зарывшим в него босые ноги. Его одежду трепал морской бриз. На Андре было макино с поднятым воротником, - одеяло, которое индейцы использовали вместо накидки. Мальчик был неподвижен.
Бейн спрыгнул с каменистой площадки на песок и тихо подошел к другу. Заглянув к нему через плечо, Бейн увидел тетрадку, в которой Андре что-то записывал.
- Привет, Андре, - улыбнулся Бейн.
- Привет, - ответил ему с улыбкой мальчик.
- Чем ты занят?
- Да так, ничего особенного…
Бейн сел рядом с другом.
- И все же…
- Это мои стихи, - застенчиво опустил глаза мальчик.
- Твои стихи? Можно прочесть? – спросил Бейн. Андре сначала взглянул на друга, потом осторожно передал ему тетрадь. Бейн с интересом опустил глаза.
- Не совсем хорошо, - застенчиво пожал плечами Андре. – Следует еще подумать над рифмой…
Бейн прочитал несколько строк и улыбнулся:
- А по-моему весьма неплохо. Ты главное не бросай это дело, - и обязательно добъешься мастерства…
- Откуда ты знаешь?
- Мне папа говорил, когда я хотел заняться написанием рассказов.
- И как?
-Никак. Я написал всего один, и мне надоело.
- Да уж, - хихикнул Андре. – Но я хочу продолжить…
- Конечно, продолжай! – воскликнул Бейн. – Это очень интересно, хоть мне быстро разонравилось… - Вдруг он замолчал, поглядев на Андре. Тот перевел взгляд на мальчика.
- Я знаю, о чем ты подумал, Бейн. – Мальчик продолжал молчать. – Мне нужно вернуть отца, а не стишки писать…
- Андре…
- Бейн, я не смог спасти папу в той автокатастрофе, и теперь это не дает мне покоя, - в дрожащем голосе мальчика слышались боль и досада. – В твоем мире это чувство стало еще сильнее, еще больнее жалить меня изнутри..
- Андре, не нужно. Это ведь…
- Слушай, Бейн, не смей меня больше успокаивать! Понял? Мне надоели твои слова по поводу «ты в этом не виноват» или «твои родители любят тебя»… Это уже не имеет никакого значения. Папа мертв. И точка…
- Но, Андре…
- Бейн, заткнись! – сердито зашипел мальчик. Внезапно охватившее Андре раздражение возросло, перерастая в откровенную враждебность. Андре вскочил на ноги и обогнул Бейна, двинувшись прочь.
Бейн поднял глаза, но Андре все еще был здесь. Мальчик стоял на месте неподвижно, замерев, и Бейн не понимал, из-за чего случилась такая внезапная перемена в настроении его друга, и продолжал слушать, лихорадочно размышляя.
- Ты во всем виноват! Это из-за тебя я здесь! – Андре тыкал в сторону Бейна пальцем, сердито крича. – Ты всему виной! – Слова не вылетали из уст Андре, они обрушивались на Бейна. На щеках мальчика вспыхнул яркий румянец. Он потянулся к руке друга и взялся за нее.
- Почему ты так говоришь? Ведь это ты подошел ко мне в тот день, на берегу реки… Ты первым обратился ко мне… - Голос Бейна был спокойным и дружелюбным.
Андре сжал руку, которую держал Бейн, в кулак. Его била мелкая дрожь. Сейчас он и сам не понимал, за что же так злится на друга, но ничего с собой поделать не мог. Ему нужно было все сказать, выговориться, ведь ему было невыносимо тяжело от всех тех происшествий, что нарушили жизнь и тревожили его детский разум…
Бейн просто оказался рядом, он не был ни в чем виноват, но в этот момент стал для Андре настоящей мишенью.
Мальчик вырвал кулак из рук Бейна и ударил его по лицу. Из глаз мальчика брызнули слезы. Андре сердито смотрел на Бейна, весь пылая непонятной злостью. Потом отвернулся.
У Бейна дрогнули губы, и из левого уголка рта побежала кровь.
Отредактировано: 13.02.2017