Ангел и клерк

Размер шрифта: - +

Глава шестая. - Полгода спустя.

Аня плакала у окна. Она сидела на полу, подобрав под себя ноги, а её руки и голова лежали на подоконнике. Тёмные кудри сплетались и путались, опускаясь на светлый кафель. Я видела, как вздрагивали её плечи. Очень редко, словно она пыталась сдержать каждый всхлип. Впрочем, так скорее всего и было. Здесь не плачут. Хоспис - это не место для проявления слабости, хотя, разумеется, каждый когда-нибудь не выдерживает. Но о её слабости никто не узнает. Отёк с лица смоет вода, а краснота глаз пройдёт, стоит только подождать. Всё пройдёт. И плохое и хорошее. Через пару недель об этом она уже и не вспомнит. А я должна забыть. Издержки профессии. 

Аня плачет из-за случившегося с Юрой, наверное. По крайней мере, причина точно весомая. Эту девушку достаточно сложно расстроить. Говорят, когда она узнала свой диагноз, даже не перестала улыбаться. Только пожала плечами и кивнула. Просто приняла судьбу. Впрочем, это могут быть обычные слухи, которые здесь пускают от скуки.

Я нашла её, услышав всхлип. Всего один крик замученной души, который прорвался сквозь  маску улыбчивой стойкости, которую она создала. Прерывать девушку не стоило, а успокаивать было глупо, так что я решила просто проследить за ней. Лишь бы не натворила глупостей. Плакала она у окна в ванной, а кто знает, что может натворить человек в состоянии полной опустошенности.  У нас уже были попытки утопиться или выпрыгнуть из злосчастного окна. Да что уж там, некоторые пытались сделать с собой и что похуже. Слава богу, всё закончилось хорошо. Но их никогда не ругали. Только спокойно объясняли человеку - что он натворил. 

Я заметила, как Аня привстала, оперевшись на подоконник прямыми руками. Её голова была наклонена вниз и волосы, падая, закрывали заплаканное лицо. Девушка едва заметно пошатывалась и я еле сдерживала себя, чтобы не подойти и придержать её. Худенький маленький силуэт, облачённый в грязно-белую длинную - чуть ниже колен - ночнушку, на фоне окна с обшарпанными ставнями словно олицетворял всю ту боль и страх, который переживали наши пациенты. На мгновение мне показалось, что это вовсе не Аня. Будто это её душа - слабая, лёгкая субстанция, которая так нуждалась в  поддержке в лице неоспоримого смысла жизни. Смысла, который далеко не каждый из нас может найти.

Девушка вскоре подняла голову, её взгляд был обращён на улицу. Куда-то вниз. Не знаю - что она там увидела, но это явно её заинтересовало. Аня слегка подалась вперёд. Признаюсь, я испугалась и уже настроилась её ловить. Но девушка неожиданно выпрямилась, встряхнула головой и улыбнулась. Она перекинула волосы на одно плечо и стала заплетать их в косу, попутно вытирая ещё выступавшие слёзы. Что она там увидела я так и не успела понять. На телефоне высветилось сообщение от одной из медсестёр с просьбой прийти на помощь. Так что я вынуждена была оставить Аню. 

Меня встретила Нина Сергеевна - уже пожилая медсестра. Раньше она работала в детском саду. Когда здесь только все оборудовалось, они с дочерью пришли сюда и принесли подарки детям. Разговорились с врачом, уже не помню, с кем. Её позвали работать. Она тогда ответила: «Да нет, у меня работа есть». Но, как признаётся сейчас, предложение её зацепило. Вобщем, через пару месяцев всё-таки пришла. Приняли её радостно, ну а сейчас Нина Сергеевна - неотъемлемая часть нашего коллектива. 

Как оказалось, моя помощь заключалась в переносе коробок. Я сначала недоумевала - откуда это? Но позже, увидев знакомую маркировку почтовой службы, я всё поняла. Посылки. К нам часто приходили горы коробок с самым разнообразным содержимым. Игрушки, одежда, даже еда иногда и книги. Книги. Вот чему радовались наши пациенты больше всего. Сладости, которые так же часто передавали, многим есть было нельзя из-за болезни, а вот книги у нас глотали все. И не важно - детские это были сказки, или серьёзные романы в несколько томов. Читали всё. Сказки отправлялись ребятам помладше, а всё остальное разбирали, не обращая внимания жанры и размер произведений. 

Некоторые даже умудрялись коллекционировать книги. Одна девочка собирает детские сказки только одного издания. И не важно, что ей уже исполнилось семнадцать лет. Аня же брала себе что-нибудь из фантастики или исторические книги. Смотря что было. И забирала что-то из подростковой литературы. Они потом часто устраивали «литературный кружок» у неё в палате. Либо читала она, передавая истории, как настоящая актриса, меняя оттенки голоса для каждого персонажа и зачитывая шепотом страшные моменты. Либо каждый читал что-то своё. 

К сожалению, книги приходят не так уж и часто, и наши пациенты перечитывают некоторые истории по многу раз. В конце концов, как говорила Аня, её хоть ночью разбуди - она расскажет всё слово в слово. Так и было. Девушка частенько рассказывала детям сказку, подложив руки под голову и болтая ногами в воздухе, она даже не притрагивалась к книге. Ну а её заслушивались. 

- Вот смотри, Рина, эти две коробки отнесёт наш охранник, они особенно тяжёлые. А остальные мы с тобой сейчас быстренько доставим наверх в рекреацию. Там и распределим. Справишься? - Нина Сергеевна, как заводной моторчик успела оббежать коробки несколько раз, пока разговаривала со мной.

Я лишь кивнула на её предложение и подняла одну из коробок. Она оказалась удивительно тяжёлой. Я с трудом выпрямилась и качнулась, выдохнув шокированное «Уф».  

- Кать. - Знакомый голос тянет тихую «а». Я точно слышу недовольство в его голосе и уже вижу, как Интерн закатил глаза. - Ты сдурела? 

Разворачиваюсь с притворной лёгкостью и нагло смотрю в карие глаза, окаймлённые длинными ресницами. О да, его бровь вопросительно вздёрнута вверх. Всем своим видом Алекс излучает снисходительное обаяние. Бесит. До дрожи в коленях. Бесит. 



Алина Стефанова

Отредактировано: 13.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: