Ангельские рассказы

Размер шрифта: - +

1. Иеремиль

 

Больше всего на свете Иеремиль не любила зиму и снег. Чем больше снега, тем сложнее, грустнее становилось маленькой крылатой. Иеремиль смогла простить себе горы, и острые темные вершины, и пронзительный ветер, глупо было бы не любить целый кусок мира из-за своей ошибки. Он это не заслужил, мир, он хороший и правильный. Ни от одного ангела мир не заслужил ненависти и презрения. А люди… люди разберутся.

Но зиму крылатая так и не заставила себя полюбить снова, хотя раньше это было самое любимое время. Свежий ветер с гор, и ясное синее небо, и проблески гранитных клыков, и самое главное – яркие-преяркие блики смелых и веселых людей. Тех, кто сосредоточен на азарте, на двух полозьях или на одном крыле под ногами. Стремительные их фигурки мчатся вниз, и лица их сияют ярче снегов.

Иеремиль любила незримо парить рядом. Вовремя прикрывая глаза людей от солнечного луча, который мог оказаться не к случаю. Убирая из-под лыж и сноубордов плохо подвернувшийся камень. Подтолкнуть в нужное время в нужную сторону.

Иногда Иеремиль мечтала о том, как сама встанет на лыжи, и, помогая себе крыльями, со счастливым воплем помчится вниз, обгоняя своего человека. И обязательно обгонит.

Какие глупые, наивные, бессмысленные мечты.

Нельзя не помочь – это такое особое правило, которое в их смешной миссии считается главным. Очень важно понимать, где помощь нужна больше, и не справятся ли люди самостоятельно. Потому как ежели справятся, то и лезть туда просто не надо. Пусть они сами. И приятно им, и полезно, и ангелам лишний раз крылья не разминать.

Но вот как не помочь, когда гора, что неподалеку от соревнования, решила сама размять бока и обрушить шапку снега с дурной своей головы. Да прямиком на людей. О, Иеремиль успела! Там же она была не одна. И отпихивать незадачливых из-под самых тяжелых камней, и раскапывать тех, кто не успел, и собакам потом показывать, куда бежать и где копать, да собаки и сами. Это она просто нервничала.

Всех спасли! Никто не погиб. Совсем никто. Можно ведь радоваться, да? Спешить к своей человеке, рассказывать ей о победе, о подвиге, хвастаться, устало дышать в сгиб локтя, стряхивать снежинки с красного-красного комбинезона.

Да вот нет. Горы – они шуток не шутят и сентиментальностью крылатых не озабочены. Там – не было никакого обвала, но был один снежный холмик. Холодный, безмолвный снежный холмик, к которому уже спешили люди, но им было еще спускаться, еще искать тропку, еще волноваться и бояться.

Что, почему? Как? Иеремиль не знала. Она просто кричала и копала вместо собак, лопат и людей. Кричала и звала. Так не бывает! О таком ей не…

Нет, рассказывали. Говорят, что так бывает. Что ангел не успевает. Что всякое может случиться, и всего чутья, всей скорости, всех крыльев не хватит. Да, говорили. Но кто знал, что это – так страшно, так больно и так пусто? Что будто бы нет больше гор, снега, сосен, веселых лиц и радостной мелодии победителей. Что нет соревнований, лыж, сноубордов, комбинезонов, горных ботинок с резными подошвами. Нет больше заглядывания в веселые задорные глаза, обещаний прокатить смешную крылатую на санках.

Ничего больше нет.

Но надо как-то дальше. Потому что ангелам смерть не поможет. Никак, нигде, никогда. Это она, человека, хорошая человека Иеремили, продолжит свой путь где-то там, за вышними небесами, за дальними путями, и все у нее будет хорошо. Вот только как прожить то время, ту вечность, пока снова крылатая не встретится со своим алым бликом, ярким смехом, правильным настроением, извечной неусидчивостью.

Долго ждать.

«Иди в люди» - сказал ей Старший, - «Живи и помогай».

И она пошла. Жить и помогать. Полюбила снова горы, заставила себя бывать там, особенно если сердцем чуяла – будет обвал, случится буран. Успевала. Ни разу не промахивалась. Потом, когда снова полюбила горы, улетела оттуда надолго или навсегда.

Ей казалось, что ее новая жизнь – жизнь без своего человека – это череда быстрых картинок, бесцветных и рваных. Когда она ощущала, что может пригодиться – Иеремиль рвалась туда, и старалась помочь. Даже в ущерб себе. Она не могла не.

В ее жизни случилось много событий, страшных и сложных, хороших и чудесных. Она бы и рада забыть кое-что – но не могла. Ангелы ничего не забывают. Поэтому она просто жила дальше. Никому не рассказывая про свою спортсменку и просто делая свое дело.

До тех пор, пока…

До тех пор, пока однажды ее судьба не поменялась настолько, что былое затуманилось жемчужной пеленой. Реабилитационный ангельский центр «Синяя лилия». Первый в мире. Настоящим раем на Земле ему не стать, но дело там можно было делать. Ангелы вроде Иеремиль могли помочь больным людям, бескрылые - выжить, а люди - встретить настоящих верных друзей. Иеремиль нашла место, где крылатые и люди могут общаться, помогать друг другу. Где находят утешение люди, потерявшие своих ангелов, и ангелы, не успевшие к своим людям. Хорошее место.

…Эту девушку звали Наташа, у нее были выкрашенные в темный цвет длинные волосы и светлые глаза. В глазах был туман, слишком похожий на пустоту. Она пришла однажды в центр с бескрылым ангелом на руках. Это был не ее ангел, но она пришла и отдала его. Сказала, что нашла на аллее в парке. Сказала, что не сможет опознать тех, кто отнял у ангела небо. Они убежали, прежде чем она успела вызвать подмогу.



Александра Хортица

Отредактировано: 31.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться