Ангельские рассказы

Размер шрифта: - +

4. Камаэль

Ангел для Кристины Освальд

Вечерний город укрылся декабрьской зябкостью, фонари казались блеклыми, совсем не давали света. Или это просто в душе было сумеречно? Тут ведь как - фонари, как ни старайся, душевную темноту разгонять не обучены. На поломанных качелях во дворе мрачно сидел мальчишка по имени Витька, качал скрипучую конструкцию одной ногой и мерз. Володя ему кивнул, видимо, опять двойку пацан получил, вот и не спешит домой. Ну и ладно, пусть его. Разберется.

А потом Володя поднимался по ступенькам на свой пятый, потому что лифт, как обычно, не работал. Плечо оттягивала туба с чертежами, в голове был унылый план на ночь. Поэтому тетку Катю он не заметил было. А она вынырнула из-за угла лохматой чучундрой и улыбнулась ему щербато, заглянула в лицо.

- Вов, а Вов. Одолжи на чакушку, - сказала жалобно. Володя ее жалел. Выдавал порой мятые бумажки на кусок хлеба и глоток родимой, сам на себя потом сердился. Но уж больно жалостливо смотрела. А вот сейчас борода Володи заиндевела, ноги промокли, желудок требовал бутербродов, контора требовала результатов, особо не очаровывая зарплатой… А Катька? Что Катька. Пропьет. Небось дружков в свою разбитую комнатушку зазвала, и все они не при делах.

- Нет ничего, Катерина Ивановна, - вежливо сказал он немолодой женщине в цветастом байковом халате и в зеленых грязных тапках искусственного меху. Жуткое сочетание. Особенно с лохматой нечесаной башкой морковно-рыжего цвету. Стало неловко. Плохо людей судить. Кто знает, до чего сам докатится с такой тоской в душе-то. Полез по карманам, но там ничего не было.

- А если я тебе чего продам? - дохнула тетка на него перегаром.

- Да что у тебя есть, - фыркнул он, внезапно развеселившись. Хотя обшарпанный подъезд и тусклое мигание лампочки веселью не способствовали. Хотелось домой. Он ускорил шаг, пытаясь обойти настырную соседку, теснее запахнул пальто, мокрое по вороту. Чуть не уронил тубу.

- Ангел, - улыбнулась она мечтательно, шатнувшись плечом на стену. Володя притормозил. Ангелы и тетя Катя сочетались плохо. В целом, ангелы и Володя, ангелы и этот вечер, этот дом, этот подъезд и эта туба с чертежами вообще не сочетались.

- Откуда у тебя ангел? - возмутился он, - Украла?

- Ленька Борзый принес, - сказала она, скривившись, - Его ангел это, но… Эй, Вовка, забери ты у меня ангела. Худо ему. Дашь денег – шик. Не дашь – ну бог с тобой.

- А к чему мне чужой ангел? – опешил Володя окончательно. Он всю эту тему с ангелами не понимал. Казалось слишком, как в детстве, когда мама сказки баяла. Он тогда мечтал быть изобретателем, путешественником или художником. А жизнь оказалась донельзя простой, инженерно-выверенной, продуманной и скучной. Изобретает по заказу, путешествует по командировкам, рисует под линеечку. Как-то видел пару раз ангелов в полете, да у начальника, говорят, жена, и вот у той прямо аж личный ангел есть! А так-то люди простые, как-то обходятся.

- Так умрет же, - сказала мрачно тетя Катя, и пошла, сутулясь, в квартиру.

- Эй, стой! – он не выдержал такого расклада, и, стряхивая с бороды подтаявший иней, пошел за ней. В квартирке стоял тухлый запах неаккуратно растранжиренной на алкоголь и глухие надежды жизни, аромат дешевой сивухи дополнял эту овеществленную тоску. На микроскопической кухоньке кто-то громко храпел в два голоса. А тетя Катя, которая внезапно показалась ему тоненькой и худенькой девочкой, а не грубой теткой, перешедшей во вторую половину жизни людской, потащила его в спальню. Но он даже мыслей дурных подумать не успел, как услышал тихий-претихий плач. На кровати комочком свернулся маленький и чуть мерцающий ангел, длинное белое крыло безвольно свешивалось к полу.

- Твою ж… - тихо выругался он, шагнув к ангелу, - Ты что, продаешь его, дура рыжая?

- Ну тебя, - отмахнулась она, - Я дура, я рыжая, но не гадина ж… за кого держишь. Забирай, пока эти дрыхнут.

- А чей он? – рот у Володи как-то резко пересох, сам бы не отказался глотнуть сейчас окаянной. Но ни-ни, завязал давно.

- Так Борзого ж. Он утром и не вспомнит. Забирай, говорю. Ежели у меня тут ангел чужой околеет, как я спать в этом доме буду, - сердито шептала тетка. С пальто гостя на пол текла вода, но тетя Катя на то внимания не обращала. А Володя склонился над ангелом, чуть не уронив на него тубу. Едва удержался. И еще больше округлил глаза.

- Кто ему… вот это… Как это? Борзой? – готовый идти бить, и сам не думал, что на него так повиляет вид пораненной спины тощенького малыша, не по-зимнему одетого в легкие шорты с нелепой ромашковой расцветкой и рваную грязную майку.

- Да не, - снова отмахнулась та, поднимая ангела и пихая прямо в руки Володе, который так растерялся, что подхватил холодное тельце и прижал к груди. С руки свесилось одно крыло. Одно. На месте второго был рваный грязный обрубок, покрытый темной коркой. А Катя продолжила.

- Он сам бухал с дружками, они поцапались, и этот полез его защищать, и что-то у них там плохо вышло. Знать не хочу. Принес, говорит, дурак его ангел, разве пропить осталось, пользы никакой. Он его не любит. А мелкий за ним летает и спасти все пытается. Дурак.

Детей у Володи не было. Не срослось как-то с этим. А животных он и подавно не заводил, хотя с детства мечтал про собаку. И к чему эти мысли? Ангелы без крыльев не живут. Он это знал. Читал, сотрудники рассказывали.

- А я… чего я… причем… - залепетал Володя, чувствуя себя глупым и бессмысленным в этот момент. В памяти отчего-то возникли супергерои из современного кино, такие бы схватили малыша и метнулись бы прям через окно к ближайшей клинике. Или исцелили бы касанием руки. А он мнется, глупый никчемный инженеришка. Неудачник.



Александра Хортица

Отредактировано: 31.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться