Ангелы на роликах или принцип древесного листа

Берлин 3

По дороге, трясясь в ночном поезде, два детектива обсуждали собранные по делу факты. Хью пришлось посвятить Свена во все детали расследования. И Свен, уминая домашние бутерброды, не преминул ехидно заметить, что в своих поисках «Зимних узоров» Барбер убрел далеко в гущу леса. На это Барбер ему резонно заметил, что поиски затерянной картины увенчались успехом, и то, что происходит теперь не имеет отношения к контракту с Кристин Белли. Конечно, прижимистого Свена эта перспектива остаться без гонорара и съездить за свой счет в Берлин, совсем не обрадовала. Но паре незадачливых детективов не оставалось ничего, кроме как дожидаться утра и изложить свое недовольство Юджине Майер.

В десять часов утра понедельника, как и было условлено детективы прибыли по указанному Юю адресу. В небольшом офисе на Постдамской площади, в самом центре немецкой столицы их ожидал тучный человек в канареечного цвета рубахе. Он представился профессором искусств Бруно Горстом и сразу перешел к делу.

- Я так понимаю, что вы представляете интересы одной известной нам особы, - начал он загадочно подмигивая, но тут же утратил веселость и продолжил, - так вот, мифру Юджина Майер попала в пренеприятнейшую историю, учитывая, что она всеми силами пытается избежать общественного внимания к своей персоне. Юджина представила мне как эксперту портрет танцовщицы кисти Аммона с целью оценки. Она недавно купила ее у случайного владельца, который не подозревал об истинной ценности полотна. Предварительно оценив картину, я пришел к выводу о том, что стоимость ее превышает два миллиона долларов.

После этих слов Свен Свенсон сел на стул и стал вытирать внезапно вспотевший лоб.

- Я понимаю вашу реакцию. Но это не вся суть проблемы. Внезапно приобретенное богатство Юджины может сыграть с ней злую шутку. Картину я сдал в полицию. Так-то. Хотя ей я сообщил тут же об этом решении, — торжествующим голосом сообщил эксперт.

- Почему вы это сделали? - сурово осведомился Хью Барбер.

- Вы сами все поймете, когда увидите то, что я обнаружил. Я хочу показать вам несколько фотографий. - Бруно открыл сейф и достал пачку цветных снимков. - Конечно, это не фото матушки Земли, сделанное экипажем «Аполлон-17», но в современную историю эти снимки войдут, не сомневайтесь.

Свен Свенсон и Хью Барбер бегло просмотрели фотографии, потом осмотрели их подробнее. Переглянувшись с Барбером, шеф Свенсон сказал недовольным голосом:

- Может, мы услышим комментарии? Играть в шарады нет ни времени, ни желания.

- О, прошу меня простить, - засмеялся Бруно, - я думал, что всё очевидно. Типичное заблуждение музейщика. Давайте же я вам укажу на детали.

Отложив фото картины в раме и картины без рамы, Бруно вытащил из пачки снимок. На нем был сфотографирован край картины. Край полотна, который не был покрыт краской, грунтовкой или клеем. Чистый край холста. И даже на фотографии было видно, что холст очень ветхий и истрепанный. Хью недоуменно посмотрел на Бруно.

- Да-да, молодой человек. Это холст семнадцатого века. Уникальное плетение нитей, кустарное производство, пропитка ядами.

- Как такое возможно? - удивился Свенсон, - зачем использовать древний холст, его же никто не увидит и не оценит.

- Наверное, потому, чтобы его никто и не увидел. Никто посторонний, - снова загадочно улыбнулся Бруно Горст. Видимо, ему доставляло удовольствие демонстрировать свою осведомленность - Вот, смотрите, я рискнул снять несколько миллиметров краски с края картины «Портрет Агнес Ли». И сфотографировал полученное под микроскопом. Конечно, сначала хорошенько рассмотрел результат.

- И что вы увидели, - взволнованно спросил Барбер.

- Несколько слоев краски. О, там не просто имприматура, - заулыбался Горст, а на недоуменный взгляд детективов он пояснил — имприматура - это первый красочный слой картины. Этот метод обработки холста применяют художники сегодня, нанося на холст мягкую основу для картины, иногда даже в соответствующем свете. О нет, тут нет имприматуры. Тут есть слои красок, старых и необычных. Мастера прошлого не пользовались таким методом покрытия холста как имприматура, потому что многослойность краски и ее неравномерное высыхание сжимает использованный холст и немного его деформирует. Поэтому мастера прошлого чаще всего если и писали в несколько слоев, то в два-три, не больше. И наносили краску сразу на обработанный грунтовкой холст.

Горст ткнул пальцем в центр фото:

- Возможно, тут не так уж отчетливо видно вам, зато видно любому эксперту. На данном участке мы можем увидеть до семи слоев. Включая грунтовку, имприматуру, масляные краски. Картина-бутерброд.

- Если я правильно понял, - сказал медленно Хью Барбер, - одну картину писали поверх другой.

- Браво! - засмеялся жизнерадостный Бруно Горст.

- И одна картина семнадцатого века, а вторая — двадцатого, - продолжил изумленный шеф Свенсон.

- Осталось только определить, какая картина и чьей кисти скрывается под «Портретом Агнес Ли». Вот этим будет заниматься ваш покорный слуга, но под чутким руководством Берлинской полиции. А, может, и Интерпола.

«Боже мой, - пронеслось в голове Хью, - какая же грандиозная афера тут скрывается? А причастен-то к ней покойный Густав Аммон и его брат, иначе бы он так не суетился... И таких картин может быть сколько угодно...Мои догадки со списком были верны. Список Аманды Мюллер — это список украденных из галерей картин. И список купивших картины богачей...» Однако, он сказал вслух совсем иное.

- Спасибо вам за компетентный комментарий. Разумеется, вы всё сделали правильно, доверив дело полиции. Такое уничтожение памятников культуры — это просто кощунство.

Весьма довольные друг другом высокие стороны распрощались, договорившись держать друг друга в курсе деталей. Когда Хью и Свен вышли из офиса, им показалось, что они оба глотнули свежего воздуха.



Ирина Соляная

Отредактировано: 26.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться