Анклав. Творение Зодчего

Глава 12. Решить или выбрать решение

Если убить убийцу, количество убийц не изменится.

Уинстон Черчилль

 

Всё повторяется. Всё в этом мире повторяется снова и снова, из поколения в поколение, но мы настолько нерадивые ученики, что никак не можем ничему научиться, хоть и говорят в народе, что повторение – мать учения. Мы не только не учимся ничему, мы даже не научились решать, да что там – не научились выбирать решение из предложенных вариантов. Большинство людей так несчастны и ведут такую скудную серую жизнь из-за страха сделать ошибку, из-за страха принять неверное решение. Раньше ходили к гадалкам и священникам, теперь ходят к психологам и экстрасенсам, и лишь единицы осмеливаются заглянуть за обратную сторону зеркала – своей души. Заглянуть, понять, чего больше всего хотят в этой жизни, и принять решение, осознавая все его последствия. Если они решили неверно – гибнут легко и без страха, который перешагнули при жизни, если же решили правильно – живут ярко, в трудах и борьбе, но получив то, о чём грезили…

Маша хотела забрать Женьку из больницы к себе домой, но та решительно воспротивилась этому.

- У Саши рука сломана, Маша, тётя Настя в больнице ещё несколько недель проведёт, слуги в смятении, Лиза совсем измотана беспокойством за сестру и племянников, к тому же она переживает за Игоря и Гримасу, и за дядю Моню, который совсем скис. А там ещё в доме безумная Юляша и полоумная Светлана Афанасьевна. Кто-то должен вести дом и заботится о Саше. Я поеду в особняк. 

- Я иногда думаю – что между нами общего? – задумчиво сказала Маша.

- Любовь к красным туфлям на каблуке и красивым мужчинам, - ответила Женька, - а ещё мы дочки чебурашки. Но главное – это забота о близких, верно?

- Точно, - усмехнулась Маша, - на каблуках там пока не ходи. Всё скользко. И кстати, старика я туда к тебе отправлю, как в санаторий. Присмотришь?

- Да. Только по утрам я в институте.

- Верно. Тогда вот что. Тогда я ещё одного старика туда отправлю.

- Деда Василия?

- Точно. Он и за скотиной присмотрит, а то Рифа без Лизы сутки не поили. 

- Почему? – удивилась Женька.

- Подойти боялись. Это ж зверюга.  

- Ладно. А ты что будешь делать?

- Буду делать, что должно, и пусть будет, что будет, - мрачно сказала Мария.

- Ты меня пугаешь.

- Не бойся. Ты моя кровь, моя семья. Я никогда тебя не обижу. Пусть меня боятся те, кто похитил тебя и Ленку, кто покалечил Сашку и тётю Настю с Игорем.

- Маша!

- Поезжай в особняк Лапиных, Женя, позаботься о нашем Зодчем.

Гримаса и Пират увозили из больницы Лизу и Женю, Сашку и дядю Моню. Сергей отправил с ними и заплаканную Лену, еле оторвав её от матери. Сам он отправлялся с матерью домой сменить пиджак и затем с майором и полковником – в управление МВД по городу.

- Едем в Управу искать на подлецов управу? – мрачно спросил майор, - сразу говорю – дело гиблое.

- Сам знаю. Это только ради мамы. Её репутация не должна пострадать. Потом, конечно, сами разберёмся, но сейчас напишем официальное заявление.

- Лучше мне с Настей остаться.

- Лучше тебе не бесить меня, майор. С ней Синица с воробьями. А ты мне нужен для ускорения процесса.

- Она очень плоха.

- Поэтому моя сестра остаётся в больнице. Едем.

Они все разъехались в разные стороны, подняв машинами выпавший снег…

***

Сергей взвыл, ухватив раненое плечо здоровой рукой.

- С-суки! Второй раз! И Сашка!

- Слушай, может переломать им руки? – предложил Рустем.

- Валяй, - простонал Сергей, поддерживая вывихнутое плечо, - пусть тоже повоют. И пусть запомнят, что бывает, если поднять руку на Хозяина и его людей.

Раздались удары и крики, потом стоны и отборная ругань. Сергей с Пиратом огляделись. В том самом подвале, где держали девушек, они собрали и отметелили охрану противника, а теперь ещё и руки им сломали, как они поступили с Зодчим.

- Здесь всё моё! – громко сказал Сергей, подняв здоровую руку и велев всем заткнуться, - запомните уже, бестолочи! Это мой район, мой аэродром, мой бизнес. Только я решаю, кто здесь будет строить, торговать, устраивать войны или праздники. Даже бомжи в этом районе мои и пьют за меня! Каждому, кто поднимет руку на мою семью, я пущу пулю в лоб, каждому, кто поднимет руку на моих людей, я её сломаю. Считайте это последним предупреждением. А теперь все вон из Ножика! Больше я говорить не буду! Пули будут говорить! Вон!

Молодые мужчины с искажёнными болью лицами проходили мимо него к выходу, а он стоял как скала, каждому глядя в глаза, и никто не выдерживал этого взгляда – все отводили глаза в сторону.

- Пламенная речь, Серый! – подошёл к нему Пират, сияя фингалом, - только тупо это всё. Только парней зря покалечили. Твою власть никто и не оспаривал, парни вообще не местные, они из конюшни этого барана, дружка твоего дядьки.



Злата Прага

Отредактировано: 05.10.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться