Антиквариат

Антиквариат

Дверь была старинной. Не старой и обшарпанной, а именно старинной. Таящей в себе минувшие десятилетия. И ее очень портили коричневая краска, облупившаяся местами, четыре разнокалиберных электрических звонка и допотопные таблички с именами напротив каждого: Э.В.Семилесова, Г.В.Васильева, И.П.Добров и Абдулзакиев М.З. Разнокалиберность и третьесортность двадцать первого века. Если уж тут представлялось имя, только одно, обязательно золотом. А рядом – молоточек. Элегантный, бронзовый.

Тася, непонятно из каких побуждений, надавила на звонок напротив Доброва И.П., прислушиваясь к уходящим в бесконечность трелям. Потом поставила на пол свою дорожную сумку и начала рыться в ее бездонных карманах, в поисках связки ключей. Видимо, процесс настолько увлек молодую женщину, что она совершенно не услышала, как к двери подошли с той стороны и открыли. В темный коридор пролился поток света из квартиры.

- Вы к Ивану Петровичу? – вопрос задала дама преклонного возраста.

Статная, высокая, с аккуратной прической и удивительно ухоженными руками. Почему-то не в силах оторвать от них взгляда, Тася молча кивнула.

- Он умер.

- Я знаю, - наконец, она посмотрела даме в лицо. – Меня известили о его кончине три недели назад.

- А, - в лице собеседницы мелькнуло понимание. – Простите, как ваше имя?

- Доброва Таисья Егоровна. Вот, - паспорт по счастью сунулся под руку, - документы.

- Наследница, - с непонятным, но скорее с негативным оттенком молвила дама и отошла в сторону, пропуская Таю.

Та, наконец, запоздало нащупала ключи. Впрочем, насколько она имела представления о коммунальных квартирах, замки стояли и на дверях комнат.

- Я Эмма Витальевна, будемте знакомы. Ваши апартаменты по коридору налево, - пояснила соседка сдержанно и ушла, довольно быстро и бесшумно для своих лет.

- Спасибо! – в спину поблагодарила Тася.

 

Ключ повернулся легко и как-то знакомо. Просто удивительное ощущение. Словно вернулась к себе домой, после долгой отлучки. А ведь Тася никогда не была здесь, да и самого Ивана Петровича знала только по скупым рассказам отца: был, дескать, у деда родной брат, служил в каком-то важном ведомстве, с родными связей не поддерживал, семьи не имел – и все.

Шагнула внутрь, ожидая почувствовать запах пыли и старости. Но комната встретила наследницу не в пример лучше соседки: солнечными зайчиками, прыгающими по стеклам и зеркалам и фотографией в рамке на столе. Тая с удивлением узнала себя маленькую, молодого еще отца и деда. Любительский черно-белый снимок, аналог которого был утерян в пожаре, поставившем точку на жизни родителей.

- Ну, здравствуй, - прошептала неведомо кому.

Поставила дорожную сумку, сняла куртку и берет. Потом подошла к окну и с шумом распахнула раму. Снизу взвилась стайка воробьев.

- Я бы не советовала открывать окна, - соседка опять застала Таю врасплох, застыв у порога. – Паровое отопление уже отключили, а тепло не скоро будет, дом отсыревает.

- Да, - кивнула поспешно. – Хотела поблагодарить, тут чисто.

- Это не моя заслуга, - поморщилась дама. – Вечером придет Галя, скажете спасибо ей, - и ушла.

Похоже, соседка была с норовом. И считала ее кем-то, вроде захватчика. Ничего, с этим легко можно разобраться. По условию завещания, Таисье предстояло прожить в квартире не меньше года, но ведь не обязательно в компании совладельцев. В конце концов, у нее имеется приличная сумма. Вполне хватит, чтобы расселить троих соседей – знающие люди подсказали, куда можно обратиться.

Кстати, о знающих людях!

Тася присела на стул и набрала номер:

- Я на месте, Свет! Да, добралась отлично. Соседи? Думаю, не хуже, чем у всех. Но пока познакомилась только с одной. Импозантная дама в возрасте, - она не старалась приглушать голос, и, услышав шебуршание в коридоре, усмехнулась. - Ну, ладно, пока, созвонимся еще.

Света - надежный мост в прошлую жизнь. Там, где был неплохой антикварный магазинчик, разросшийся из обычной комиссионки, где Таисья владела трешкой в центре и новенькой иномаркой. Где утро начиналось с надежды на лучшее, а вечер заканчивался в полном одиночестве. Где была накатанная колея, с которой, казалось, уже не свернешь.

Тася принялась обходить свои владения. Две смежных комнаты. Неожиданно современная мебель, впрочем, так только казалось, потому что, перестук по дверце, обнаружил дерево, а не пластик. Интересно, почему при своей должности Иван Петрович всю жизнь прожил тут, а не переехал в отдельную квартиру? Сейчас бы проблем не было.

Тася провела пальцем по полированной столешнице, сдула пыль. На улице чья-то автомагнитола громогласно возвещала: "Вот, новый поворот, и мотор ревет"... Поистине, пророческие слова.

 

Вечером состоялось знакомство с остальными соседями. Галя - Г.В.Васильева - оказалась хохотушкой лет за тридцать, матерью одиночкой двух сопливых близнецов - Вовки и Вальки. Она пришла в полседьмого вечера, приняла Таино "спасибо" и пригласила на чай. А Абдулзакиев М.З. - Муса - представитель некой творческой профессии, явившийся в изрядном подпитии и громогласно возвестивший:



Екатерина Горбунова

Отредактировано: 05.02.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться