Антимиры

Глава третья. Москвария

  Когда очарование прошло, Каринка замотала головой и переспросила:

      — Что?

      — Москвария. Как Москва, только Москвария, — улыбнулся Дмитрий, отряхнул полы пиджака, поправил бабочку, пригладил волосы. — А что не так?

      — Да нет, просто… Не антимир, а зазеркалье какое-то, — нахмурилась Семиградская, снова оглядев цветные дома, впрочем, кое-где походившие на вполне обычные московские в центре. — Или?

      — Зазеркалье тоже антимир, — как ни в чём не бывало ответил Коротов, затем уже более тихо добавил: — Но лучше о нём вслух не говорить, если честно, это не лучшее место, скажу я вам.

      — Почему? — удивилась Каринка. — Это же всего лишь оборотная сторона зеркала.

      — То-то и оно, что всего лишь, — вздохнул Дмитрий. — Она собирает всё человеческое уродство, все страхи и печали, всю горечь… Зазеркалье — это часть Великого Зла, впитавшего в себя людские боль и страдания. Жуткое место, мы стараемся обходить его стороной.

      — Что за Зло? — Семиградская не слишком хорошо понимала, о чём он говорит, уже успела немного запутаться и теперь удивлённо смотрела на Коротова.

      — Да тут надо обо всём по порядку… — задумчиво ответил тот. — Идёмте-ка, поговорим обо всём в гораздо более приятной обстановке.

      — Да вроде бы красивые улицы, дома тоже, — пожала плечами Каринка. И в самом деле, пожаловаться было не на что: перед ней стоял длинный синий особняк, весь усыпанный позолоченными звёздами, а на балконе висел серебряный месяц. Поодаль высился высокий дом ярко-жёлтого цвета, изукрашенный непонятными узорами, а слева начинался ряд выложенных мозаикой разноцветных зданий с небольшими окнами и крохотными цветочками в таких же весёлых кадках. Жёлтая дорожка вела прямиком в парк, под тень зелёных деревьев, на красные скамеечки или к мраморному фонтану в виде единорога, у которого из рога же била прозрачная и, верно, прохладная вода. Чем не место для беседы?

      — Но с крыши Первого магического университета вид открывается такой, что дух захватывает, — с улыбкой оповестил Коротов, деликатно взял её под локоть и повёл за собой. Они повернули вправо, обошли синий особняк, свернули куда-то, пошли по узкому переулку, где с обеих сторон давили пастельных оттенков дома: светло-голубого, нежно-розового, кремового, молочно-кофейного. Каринка крутила головой, вылавливала взглядом вывески «Парикмахерская», «Прачечная», «Кафе «В гостях у свинки»… Кажется, Москвария была обыкновенным городом с обыкновенной жизнью.

      — Просто чуточку более ярким, — добавил Дмитрий, видимо, прочитав её мысли, поймал удивлённо-возмущённый взгляд, снова улыбнулся. Он вообще был ужасно улыбчивый, и это Каринку по-своему подкупало: эдакий лучик солнца, живой и добрый.

      — Вы слишком громко думали, — пояснил Коротов. — А я нечаянно услышал, простите.

      — Да ничего, я, наверное, сама виновата, — попыталась исправить неловкую ситуацию Каринка. — Не берите в голову.

      Остаток пути они прошли молча. Каринка продолжала глазеть по сторонам, Коротов что-то сосредоточено искал в телефоне, пару раз споткнулся и чуть не упал: брусчатка местами была не очень ровная, и кое-где камни вылезали наружу. Наконец он остановился перед высоким, похожим на МГУ зданием. Оно было таким же высоким и громоздким, но не простым и бежевым с рыжими линиями, а бело-золотистым, с мраморными колоннами при входе и с явным смешением стилей. Каринка заметила и барочные валюты, и фрески Рафаэля (Семиградская была уверена, что здесь и не на такое способны), и вполне греческий фронтон… Тут можно было проводить экзамен по истории искусств, во всяком случае, по той их части, которая касается архитектуры. Каринка застыла, разглядывая Университет, но Дмитрий вновь потянул её за собой.

      — Не знаю, кто это строил, но вышло в итоге забавно, — заметил он. — На самом деле, каждый грандмастер привносил в здание что-то новенькое, так что… Нет, всё равно забавно.

      — Кто привносил? — не поняла Каринка. Слово это, конечно, она слышала и раньше, но здесь, в антимирах, всё было иначе.

      — Грандмастера. Самые сильные и талантливые маги. По традиции они становились директорами Университета у нас или в провинциях, — пояснил Коротов, взбегая по ступеням. Каринка за ним едва поспевала, цеплялась за руку и молилась, чтобы не упасть.

      — Так, — сказала она, оказавшись уже у самых дверей. — Есть маги, архимаги и грандмастера?

      — Ещё мастера, — отозвался Дмитрий. — А перед магами идут люди со способностями, ученики и сказители прошлых жизней.

      — Кто-кто? — Каринка снова перестала что-либо понимать.