Аполлинария

Часть 14: Кровавое послание.

«Из всего написанного люблю я только то, что написано кровью».

Фридрих Вильгельм Ницше. Так говорил Заратустра

Князь

Обговорив заранее с мастером и капитаном, что при разговоре с мальчишкой в какой-то момент «забудем» о нем и начнем обсуждать наше положение без прикрас, дабы посредством страха подтолкнуть его память к восстановлению, мы действительно немного подзабыли о ребенке, что и так сидел, не привлекая внимания. Но я все же следил за выражением его лица и глаз. Откровение по поводу его приемной матери его не задели, мне даже показалось, что он усмехнулся, зная больше о Ксандре и об их планах на тот момент. По маскирующемуся под кашель смеху понял, что деревня кентавров действительно где-то под боком. Сосредоточенно слушал мои указания, чуть заметно кивая, в знак одобрения. Но когда я заговорил про Корвен, лицо его побледнело, напряженное тело замерло подобно камню,   глаза с расширенными зрачками уставились на руку, как будто в ней что-то было. Вот он отмер, и поднял взгляд на меня, в образовавшейся тишине, было хорошо слышно, как я сглотнул вставший в горле ком. Я смотрел в пустоту, пугающую пустоту в глазах ребенка, что выворачивала душу наизнанку.  О, да, теперь догадываюсь, почему он все забыл. Та самая гребенка прошлась по нему, одиннадцать лет назад начали трагически погибать благородные семьи, опора небольшого королевства Корвен. Только как он оказался здесь, на противоположной  от империи стороне, один? Нужно будет узнать из какой он семьи, возможно в живых кто-нибудь остался, нам нужны союзники, а опальных пусть не много, но они являются значимой силой.

Вот он моргнул, пустота отступила, но на ее место пришла боль, правая рука смяла ткань рубашки на груди.  Поль сморщился и попытался было встать,  но в следующее мгновение зашелся кашлем, что согнул его пополам.  Красная капля крови сорвалась с его губ и упала на пол, а за ней вторая и третья, мальчик замер. Я подскочил с места, уж слишком неожиданным было видеть такой болезненный приступ, ведь казалось, что мальчишка идет на поправку, хоть и слаб. Посмотрел на мастера, его взгляд помрачнел, плечи напряглись, но смотрел он не только на, замершего на диване, мальца. Он щурился, словно пытаясь разглядеть что-то невидимое всем остальным. А вот выражение лица капитана было противоположный, по глазам явно читалось, что теперь он верит, что перед ним живой человек, а не нечто, притворяющееся таковым, но посмотрев на кровь тут же поморщился и потер грудь, наверное, вспомнив, как сам харкал кровью при ранении.  Аластер придерживал Поля одной рукой за плечо, вторая же, светясь мягким светом целительской силы, поглаживала мальчишку по спине. Целитель был хмур, но по выражению его лица можно было сказать, такого он ожидал. Только я хотел спросить о его состоянии у мага, как тот еще  больше сдвинул брови и покачал головой.

- Помолчите, вы мешаете, - так словно даже наши мысли отвлекали его от сосредоточения в лечении. Все может быть, сила целителей крайне непроста, зачастую в момент проявления силы, они чувствуют, видят и слышат многим больше, чем все остальные маги. Я сел стараясь  вообще не думать о мальчишке, и о том что с ним происходит, впрочем, сейчас меня волновало не только это.  Моя отстраненность от дел сыграла на руку, княжество, пусть не полностью, выпало из подозрения империи в защите «нелюдей», официально таковых и вовсе на нашей территории единицы. К тому же для всех я не обладаю даже зачатками магии, пусть отчасти это  правда. Но сейчас незнание для нас непозволительная роскошь, придется обложиться отчетами, книгами, прощупать обстановку в княжествах, связаться со старыми проверенными друзьями и союзниками, на то мы и Свободные княжества, чтобы оставаться свободными. Пока обдумывал не заметил как прошло около четверти часа, взглянул на целителя и мальчишку, кажется, они все время просидели в таком положении, единственное изменение было в том, что левая рука мальчишки сменила положение, хрупкая ладонь  теперь прикрыла рот.

- Принесите влажное полотенце, - устало произнес молодой маг, не поднимая глаз от пациента. Капитан поднялся и вышел, крикнул служке указания и тут же вернулся, не зря. Стер тяжело вздохнул и, все так же, не поднимая взгляда, заговорил.

- Я ведь не просто так никого  к нему не пускал, княже, - укоризненный, чуть громче шепота голос услышали все.

- Аполлон до сих пор слишком близок к грани. Яд, побывавший в его теле очень не прост. Он может не проявляться внешне, но при этом разъедает внутренние органы, превращая их в кашу, обычно это происходит уже после смерти, слишком он смертелен. А теперь представьте, сколько сил понадобилось телу ребенка, чтобы просто остатьс-с-ся в ж-ж-живых, - целитель был крайне зол, даже прошипел сквозь зубы окончание фразы. От этого скривились все кроме самого Аластера и Поля.

- Сейчас у него в относительной целости от силы половина левого легкого, сердце работает надрывно с переменным успехом, пищеварительная система, слава богам, еще худо бедно действует, не отторгая жидкую пищу и лекарства. Нервная система просто искорежена, от чего, собственно говоря, и произошла потеря памяти, он не замечает, что периодически выпадает из реальности, не теряя сознания, как сейчас. Он не слышит, что я сейчас вам говорю, не осознает где находится, но, надеюсь,  и боли не чувствует, что вряд ли. А самое страшное, что в действительности я не могу ему, по сути, ни чем помочь, лишь его собственное упрямство и тяга к жизни держат его здесь, но любая, даже не физическая нагрузка губительна для него. Я все понимаю, но дайте ему хотя бы еще неделю, иначе он может вообще никогда не вспомнить из утерянного, - стоило голосу мага затихнуть, как Поль медленно разогнулся, все так же зажимая рот ладонью. В дверь постучали. Все рефлекторно повернулись к ней, а отповедь мага так и звучала в моих ушах, но, даже, понимая, что это ни в чем не повинный ребенок, пожалуй, я был готов принести его жизнь в жертву для спасения если не тысячи то сотни жизней.