Арход. Жезл Ктора

5. Побег

Не такой уж ценной птицей я была. На сопровождение дали всего-то двоих стражников. Один из них, совсем еще юнец, стоял у обочины и сосредоточенно плевал в придорожную канаву. Второй, годящийся мне в деды, разговаривал со своим конем.

- Вот сейчас сдадим убийцу, вернемся и напьемся. Оба.

- А я? – спросил юнец, прерывая серию плевков. – Можно я с вами?

- С конем – можно, - хмуро ответил старший. – А всякую гадость тебе потреблять рано.

- А вам поздно, - огрызнулся пацан.

- Зато не так погано становится на душе, - проворчал дед. – Жалко девку, такая молодая, а уже убийца. Видать, черный совсем выел ее душу.

- Кто?

- Если черный душу выест, - продолжал старший, - ничего человеку не поможет. Вот я и спрашиваю - чего мы эту девку сюда привезли?

- А куда же еще?

- В Шаат-тор, вестимо. Ей там самое место.

- В рудниках у эльфов тоже хорошо, - хохотнул парень и вернулся к оплевыванию канавы.

Всего два стражника – это хорошо, думала я, слушая сей глубокомысленный диалог. Два - это не пять и не десять.

И то, зачем выделять больше? Пусть я и государственный преступник, но по сути всего лишь сопливая девчонка. Задача проста: довезти до границы, сдать с рук на руки эльфам, вернуться обратно. Все.

Интересно, что за черный выел мою душу? Никогда про него не слышала. Наверное, фольклорный элемент, аналог вселенского зла. Чего только не придумывает народ, чтобы объяснить жестокие преступления, каких только сущностей не плодит.

Бочком-бочком, стараясь не дышать и придерживая перекинутый через плечо ремень тубуса, я прокралась вдоль кареты и остановилась возле заднего колеса. Хотелось посмотреть, как именно мой спаситель станет объясняться со стражами.

- Простите, господа, - сказал Бадриэль, выйдя из кареты, - я не могу забрать у вас преступницу. По крайней мере, сейчас.

Тот, что постарше, нахмурился:

- Это еще почему?

- Да потому. Я внимательно изучил протокол допроса. И что увидел? В нем содержится огромная дыра! Гигантская дырища!

Страж, который помоложе, прекратив плевать, внимательно посмотрел на протянутый эльфом лист, взял его, покрутил, осмотрел с обоих сторон и хмыкнул:

- Ошибаетесь. Лист целехонек. Ни дыры, ни надрыва.

Не такой уж он и юнец, если приглядеться. Не младше меня, это точно.

- Надрыва нет, согласен, - кивнул Бадриэль. - А дыра, простите за настойчивость, имеется. В фигуральном, так сказать, смысле. Дыра процессуальная. У вас тут сказано что? Сработал артефакт. Запретный. Однако не указано, какой именно, на каком расстоянии, в каком качестве… Неплохо было бы также дать подробное описание артефакта, указать изготовителя, дату изготовления, материал, применяемый…

- Погодите, - наконец дошло до стража, - вы хотите сказать, нам ее обратно везти?

- Именно это я и хочу сказать. Сейчас составлю протокол разногласий, и езжайте. А на словах можете передать господину дознавателю, что его работа никуда не годится.

Дальше я не слушала. Мне дали возможность убраться отсюда как можно дальше, а я стою как идиотка, уши развесив.

Идти в город пешком не хотелось. Скоро, как раз часа черед два, станет темно, и придется ночевать в поле, зарывшись в какой-нибудь стожок. И хотя погода стояла теплая и смерть от переохлаждения мне вряд ли грозила, сену я предпочитала им же набитый тюфяк. К тому же не было никакой гарантии, что поутру в стожок не придет потыкать вилами его хозяин. Некоторые особо бдительные селяне таким образом боролись с ворами и разбойниками. Не факт, что притаившейся в стожке бандит не обидится на потыкивание вилами и не засветит хозяину в глаз. Тем не менее, утренние рейды селян были делом волне обычным.

Поэтому, отойдя от тюремной кареты на порядочное расстояние и дождавшись, пока мимо проедет возок с пассажирами, а вернее – пассажирками, бабами, едущими в столицу по каким-то своим бабским делам, я уселась на запятки и преспокойно поехала лишним пассажиром.

Бабы болтали о своем – погоде, урожае, делились советами по хозяйству. Я же размышляла о предстоящих делах. Итак, первым делом найти того, кто заказал переписать руны. Выяснить, что они означают. Тут все более-менее понятно. Пойду в лавку к мастеру Тряку, спрошу, где живет заказчик и поговорю с ним. Возможно, тут все и разрешится. А если не разрешится? Если Тряк откажется со мной разговаривать? Если он был на концерте и видел, как призрак эльфийки указывал на меня? Придется убеждать, что я ни в чем не виновата. В конце концов, мастер Тряк всегда относился ко мне по-отечески.

Другое, более сложное дело – найти себе напарника, на которого можно положиться. Кого выбрать на эту роль? Все девчонки и ребята из института, мои товарищи по общежитию, разъехались по домам. Со столичными студентами я не была настолько дружна, чтобы доверить им свое горестное положение. А неразлучная троица – Сероль, Валлар и Алежур – вряд ли захочет связываться с предполагаемой преступницей. Мальчишки - уж точно. Сероль, конечно, не откажет в содействии, она девушка добросердечная, но наверняка привлечет Алежура, а тот ни за что не станет рисковать высоким положением своих родителей. Увы, я не забыла, как он прятал взгляд, когда меня обвинили в убийстве.



Натали Синегорская

Отредактировано: 13.04.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться