Армагеддон: рекомендации к применению

Размер шрифта: - +

Глава 5. К новой цели.

Так же внезапно, как прервалась, рябь на экране командного центра появилась вновь, сменив удивленное лицо инженера лунной экспедиции. Тихое шипение создавало фон финала комедии в зале.

Зарыдала Сара. В знакомой нам позе, уткнувшись лицом в ладони, словно ангел над могилой. Женщина в белой парандже горько плакала о своей потере.

Бездвижная фигура с кудряшками безвольно лежала за одним из столов сотрудников. Покинутый мир никому не нужен.

– Что ты здесь делаешь? – набравшись смелости, сотрудница командного центра поднялась, подошла к рыдающей и толкнула рыжего ангела в плечо. Та, имея чрезмерно малую массу костей без прослойки жира (все могила сожгла), кубарем слетела к стене.

От удара останется хороший синяк. Кто на них смотрит в разгар потасовки? Напрасно, отсутствие синяков, способно многое прояснить в новой природе тел человеческих.

– За что? – взмолилась Сара. Толчок оторвал ее от грустных воспоминаний потерянной супружеской счастливой жизни в далеком прошлом. Удар о стену вернул в настоящее.

Она поднялась. Вытянула руку вперед для жеста, желающего поговорить, но…

Слова не успели вылететь с губ, как офисный стул хорошенько приложился к рыжей голове. Расхрабрившаяся Жуан радостно восприняла раздавшийся треск за хруст костей. Неведомо ей про новый мир, где жизнь стала тверже бытового мусора. Поломанная пластмасса мебели красовалась средневековым ободным воротником на шее.

– Стой! – Сара выставила руки вперед, предотвращая нападки в свой адрес. – Твой гнев не имеет значения. Еще вчера ты злилась на Лой. Она забрала себе твой степлер, увольняясь с работы. Ты хотела также разбить ей голову. Что остановило тогда?

Остатки занесенного над головой стула зависли в воздухе.

Откуда она знает события вчерашнего дня? Ответа на этот вопрос не ведом самой Саре. Слова сорвались сами собой. Неудивительно. Возродившись из преисподней, еще не такое узнаешь. Все мелочи жизни вскрываются там, откуда прилетел (воплотилась) рыжий ангел. Кто с кем… и о чем думал. Степлер – смешно, о каких мелочах порой сплетничают в адовых котлах!

Жуан остановилась. Стул, повисший в воздухе, плавно сполз на пол. Женщина всхлипнула, закрыла рот обратной стороной ладони и разрыдалась уже всерьез. Это надо было сделать давно. Сейчас, когда ей показали всего одну ее оплошность из прежней жизни. Хламом, вывалившимся из шкафа от одной зацепившейся ниточки, перед ней промелькнули не лучшие делишки минувшей жизни. Завидовала коллеге, что устроилась вместе с ней, но стала ее начальницей; оклеветала на соседа, чтоб по вечерам не шумел (на радиационных рудниках уже не так шумят), и, казалось бы, в мгновение секунды держала на руках четырнадцать младенцев – всех ее детей... Возможных детей, отказанных абортом. Ее руки были в крови, ее чрево было проедено крысами. Но секунду. Всего секунду. Этого хватило. Хватило и толики ада, а как же ты будешь терпеть ее вечность, сужденную тебе? После первого убийства кончатся слезы - пеплу из глаз останется орошать остаток отведенного приговора. Но тебе повезло, и ты не успела искупить все в небытии, ведь сама смерть пришла нынче на Землю из глубин ада.

А куда денутся не отмытые чистилищем грехи тех людей, что дружно идут скопом на восток? Простились? Нет. Они будут осуждены.

Это их боль. Жуан хватит и ее собственной.

Нежные женские руки обняли ее плечи. А грудь, к которой прислонилась ее голова, приятно горяча. Такой не имеет мертвое сердце.

– Все пройдет. Нам дали шанс. Нас любят, – Сара говорила нежным ангельским голосом.

– Кто? 

– Он... – благоговение в горле подступило комом.

– За что? Я монстр.

– Все мы монстры. А для чего все это нам – узнаешь после. А пока будь камнем. Встань и иди!

– Куда?

– За мной.

 

***

Вымерший корабль дрейфовал по космосу.

Каково приходится узникам одиночных камер? А если арест длится не пятнадцать суток, а бесконечное количество перечеркнутых вдоль и поперек черточек? Все произошло слишком стремительно. Не успели узники космоса привыкнуть к реалиям гибнущего мира, как тут же их развели по одиночным карцерам.

О чем оставалось думать в такие моменты? Очередной раз жалеть себя? Нет, а за что? Коротать время, обвиняя кого-нибудь за случившееся. Много толку от этого будет?

На память Дмитрию приходили картины минувших лет. Была семья, какая-никакая жизнь со скудным хощяйством. В эпоху Армагеддона и то за радость.

Помнит он и начало войны. Она завязалась с простой междоусобицы. Княжеские войска казались друг другу победоносными. С венцами на челах, несли гордую победу в дома. То дрались два брата, не страшно… Но вскоре, рыжими веснушками на лице континентов загорались одна за другой страны участницы всеобщего передела мира. Такая война стала губительной для экономик участников. Негде переждать вызревание урожая, некуда отправить офшорные счета. Жить в таких государствах стало невозможно. Заоблачные цены на продовольствие и жизненно необходимые товары доводили порой людей до суицида простых граждан. Иные свирепели от жадности власть имущих, предавая в пламя революций сгнившее внутри общество. Смерть и «ад» шествовали по земле бледной тенью.



Виктор Яиков

Отредактировано: 27.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться