Армагедец, или Валькирия & горгулья

Размер шрифта: - +

Глава 21

Безмятежный пикник на природе и радость предстоящего лицезрения «утертых носов» длилась недолго. Горгулье позвонили. Слушая, как ей что-то говорят на том конце, она изменилось в лице, уставившись на меня с пугающим взглядом.

— Что? — Ара и я напряглись.

— Там… Тебя там… — она неопределенно ткнула руколапой в сторону нашего дома. — Вызывают…

— Да что случилось, говори уже, мы и так все на нервах! — не выдержала я. — Что опять?

— Не уверена, что я должны тебе об этом сказать, — уперлась горгулья. — Подсказка: короче, все на ушах!

— Дайка угадаю, — скривилась я, — меня вызвать могут только в случае, если мои родственники нашлись… — я поскребла по-горгуличьи лоб ногтем, пытаясь представить ситуацию, когда бы бессмертные подданные не смогли без меня обойтись. Пожар есть кому потушить, войной генералы занимаются, всякие проверки еще на этапе планирования пресекались, людей внедрили и в полицию, и в налоговую, и в банке свой человек сидел, а если бы ануннаки напали, мы не только услышали, но и увидели, и старые знакомые ко мне нагрянуть не могли —  я давно поменяла имя и документы. У меня даже могилка была. Иногда, в минуты плохого настроения, я ее навещала. Правда, букеты были с нечетным количеством цветов.

Тьфу-тьфу-тьфу!

Чтобы горгулья вот так расстроилась и обрадовалась одновременно, могла быть только одна причина.

— Все, версии закончились, — констатировала я.

— В общем… да! — радостно сообщила она, и расстроилась, тяжело вздохнув: — Все, закончился министр, а я только-только привыкать к новой должности начала. Столько всего напланировала: и ООН, и ОМОН, и ОБР, и СБР… Жаль, не дожила до этого светлого дня!

— Всех нашли? — поинтересовалась я.

Особой радости я тоже не почувствовала, скорее, тревогу. Я им, в принципе, никто и звать никем. Таких наследников за свою бессмертную жизнь они хоть тысячу настрогают. А еще сокровищницу разорила — мысленно подсчитывала я свои косяки. Скандалить вряд ли будут, на благое дело взяли, но мало ли, может, среди изъятых ценностей было что-то суперценное. И в демонов влюблялась, пока близкие в отключке валялись. И ладно бы избранник был традиционной ориентации… «Тебя же не смущает, что твои подружки горгульи вообще «оно»» — искренне и наивно недоумевал Хрустик, пытаясь подлизаться.

После всего, что произошло, он еще в подруги набивался.

Но нет худа без добра. Я, наконец, смогла утолить свое желание его пощупать и потискать.

Подругу можно.

Подруге было даже приятно.

Честно говоря, мне стало страшно. Ну, не привыкла я к родственникам, и даже не чувствовала, что мне кто-то нужен. Не знала, как себя вести. Понимала, не выдержу фальшивые чувства, а какие могут быть у них чувства, если они видели в последний раз пухленького младенца, а теперь перед ними предстанет взрослая девица, успевшая побыть старой теткой.

— Будь собой, просто будь, — тяжело распереживались за меня обе горгульи. — Это же твоя семья, понимаешь?

— Нет, не понимаю, — отрезала я. — Гуль, а где твоя сестра? Вас же по двое от одной горгульи рождается.

— Не знаю, — пожала она плечом, задумавшись. — Мы, когда маленькие, как крокодильчики, стараемся выжить. Сами по себе. И катит нас ветер, как перекати-поле. Это новеньким горгулькам повезло, их Драг нашел, катиться было некуда, вот и успели осознать себя сестрами. Здорово, наверное.

— Мы, когда рождаемся, не видим и не слышим, и матерей у нас нет, научить жизни некому, — посочувствовала себе Ара.

— Вас было восемь, значит четыре горгульи дали вам жизнь, а им еще две, а тем одна. Может, одна горгулья и поселилась в этом новом мире, да только что-то не заладилось. И, выходит, все вы сестры.

— Да, одна так точно родная мне, только которая из нас? — задумалась Ара, вспоминая своих. — А у тебя, считай, родственников целый воз и маленькая тележка. Цени! — позавидовала она.

— У меня уже были родственники, только они мне не радовались.

— Приемные! Приемные… Прости! Знала бы, сдала бы в детдом, —  покаялась Гуля. — Только где тебя потом искать? Никто ж не думал, что все это затянется на столетия. Я на пару дней всего. И... — она замялась, подняв на меня виноватые глазенки. — У меня приказ был: одну тебя не оставлять — не должна была я возвращаться, пока за нами не придут. Может, и не казнят — ты ж выжила, но накажут — однозначно.

— Я бы на твоем месте так же поступила. Будь ты со мной, они бы так и валялись там до скончания времен. Зачем мне, счастливой, бессмертной и красивой, лезть к каким-то мертвецам? Я в замок поперлась, чтобы карму изменить.

Горгульи собрали посуду в корзинку, свернули покрывало и карту.

— Пойдем, — позвали меня, — а то и вправду подумают, что мы не рады.



Анастасия Вихарева

Отредактировано: 12.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться