Арт-Бой

Эпизод 5

Черный вход клуба «Два ноля». Павел припарковывает машину и выходит навстречу идущим к нему ребятам. Они все одеты разнопланово и пестро: кто-то выглядит как истинный панк, некоторые походят на хиппи из 70-х. Павел по очереди обнимается с каждым из подошедших ребят, обмениваясь крепкими рукопожатиями. Вслед за ним руки музыкантам жмет Павловский.

 

Паша (распахивая дверь и помогая выбрать Алине из машины): Я вас сейчас усажу за столик — отдыхайте, общайтесь. И оставлю. Увидимся уже после концерта.

 

Один из ребят, с ирокезом, в черной кожанке, узких джинсах-скинни и тяжеловесных высоких ботинках, разглядывает Алину, затем перевод насмешливый взгляд на Павла.

 

Парень с ирокезом: А мы чет думали, ты не приедешь.

Паша (сухо): Передумал. (Кивает на Алю). Вот, привел вам зрительницу.

Парень с ирокезом (снова с интересом разглядывая девушку и обращаясь к ней): Мадам, мы очень рады! Вы позволите?

 

Он подставляет ей руку, Алина с улыбкой берет его под локоть. Вся толпа направляется в здание.

 

Паша (парню с ирокезом): Серег, усадишь моих за столик? Я пойду, переоденусь.

Серега (дурашливо): О чем речь? Коротков, а девушка занята или можно поухаживать?

Аля (смешливо): Я вообще здесь, если что. Можно и у меня спросить.

Паша: Занята.

Аля: Свободна.

Серега: Не понял.

Павловский (хлопая парня с ирокезом по плечу): И не поймешь. Давай, брателло, иди. Мы тут с Алей сами разберемся.

***

Павловский с Алиной усаживаются за столик, с которого открывается отличный вид на сцену. Девушка разглядывает зал.

 

Палыч: Ты че пить будешь?

Аля (неуверенно): Не знаю. Я как-то...

Палыч (решительно): Значит, шампанское.

Аля (пожимая плечами): Как скажешь. А что это за место?

Палыч: Клуб для неформалов. Для своих, фактически. Здесь уже своя сложившаяся тусовка. Отличная атмосфера, чужих нет. Наш друг Костик его открыл лет пять назад. Для души, так сказать. Сам он автомобилями занимается. А клуб — так, для друзей-приятелей. Ща, подожди. Пойду нам выпивку закажу.

 

Алина смотрит на сцену, где уже появились музыканты. Их неправдоподобно много. Три гитары, бас-гитара, контрабас, клавишные, барабаны, губная гармошка, обычная гармонь, две микрофонные стойки. Наконец выходит Коротков: снова в черных подкатанных брюках, кедах на босу ногу и майке. Он переговаривается с музыкантами, пока подстраивает под себя микрофонную стойку, смеется, берет в руки бубен.

Возвращается Павловский с бутылкой шампанского и двумя бокалами. Вслед за ним бармен несет ведерко со льдом.

 

Палыч (с шумом открывая бутылку и разливая игристое вино по бокалам): Ну, за знакомство!

Аля (берет в руки бокал): За знакомство.

Палыч (добродушно): Рассказывай, что ли...

Аля: О чем?

Палыч: Как давно снимаешь?

Аля: С детства. Лет с шести.

Палыч: Что фоткаешь?

Аля (помявшись): В основном людей.

Палыч: А как же собачки, киски и красивые закаты?

Аля: Ну, в шесть лет было. Каюсь.

 

Павловский раскатисто смеется.

 

Аля (нерешительно): Я могу у тебя кое-что спросить?

Палыч: Валяй.

Аля: Почему Павел так не любит говорить о прошлом?

Палыч: Ага, заинтриговал он тебя все-таки!

Аля (спокойно): Я думаю, такой человек в любом случае интригует, разве нет? Нравится он мне или нет — это уже другой вопрос.

Палыч (удивленно): Он тебе не нравится?

Аля (задумавшись, глядя на Короткова): Не знаю. (И настойчиво). Так что там с его прошлым?

Палыч: Ничего особенного. Никаких больших трагедий. Да и маленьких тоже. Сплошная драма... Когда мы познакомились на первом курсе, он был очень замкнутым и закрытым. У него нет отца, растила мать. Жили в полной нищете, такой, что иногда жрать дома нечего было. Одет был плохо, и на фоне мажористых студентиков смотрелся белой вороной. Университет-то престижный. Это его задевало, поэтому он предпочитал держаться от всех в стороне. Я после армии уже поступил. Был рубахой-парнем, дружил со всеми. Чем он меня цепанул — ума не приложу. Но, блин, он все время ходил с таким лицом, что любопытство разбирало: что у него в голове творится? Сдружились мы, правда, только ко второму курсу. Как-то это незаметно произошло. Сначала просто сидели рядом на лекциях, и он время от времени такие комментарии бросал, что меня даже пару раз с лекций выгоняли. Ржал аки конь. Потом я его потихоньку начал вытаскивать на прогулки. Потом бухнули вместе. До утра спорили. Как сейчас помню, на почве творчества Ван Гога сцепились. Чуть не подрались. А может, и подрались. Не помню.



Эппле Гриин

Отредактировано: 02.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться